Торговля в условиях пандемии: business view

Весной бизнес получил настоящую встряску, пережить которую и остаться на плаву оказалось непростой задачей. Причем такой непрогнозируемый риск, как пандемия, дал понять, что глобальной разницы между крупным и малым бизнесом практически нет. Особенно ярко это проявилось на примере ретейла: пострадали и малые, и крупные предприятия.

Если с непродовольственным сектором все очевидно — он вынужден был практически полностью приостановить деятельность, а онлайн-каналы при всем желании не могли компенсировать потерю офлайн-продаж, то с продовольственными магазинами ситуация обстоит сложнее.

У нас принято считать, что ретейл постоянно в плюсе, ведь еда нужна всегда, а ажиотажный спрос в период самоизоляции только повысил выручку торговли. Это весьма поверхностный и в корне неправильный взгляд. В условиях, когда спрос колеблется от ажиотажного до минимального, доходность падает по всей цепочке «производитель — поставщик — ретейл — покупатель».

Ситуацию можно выправить, мотивировав спрос, но это только в том случае, когда у покупателей есть средства, а у производителей — ресурсы для вывода на полки новых продуктов и расширения ассортимента.

В период распространения COVID-19 мы оказались в ситуации, когда реальные доходы потребителей начали стремительно сокращаться, производители и поставщики были вынуждены справляться с растущими издержками, а торговля оказалась буквально «зажата» между этими двумя факторами. Самым логичным и безболезненным выходом из сложившейся ситуации стало грамотное перераспределение издержек по всей цепочке, чтобы на выходе минимизировать риски для каждого ее участника.

Незолотая антилопа

В конце марта мы столкнулись с таким ажиотажным спросом, которого в современных условиях и в масштабах страны еще ни разу не встречали.

Да, в зарубежной практике много примеров, когда во время чрезвычайных ситуаций население практически полностью опустошало близлежащие продовольственные магазины. В отдельных регионах России такие случаи тоже, безусловно, встречались.

Например, во время наводнений. Но обычно это была очень локальная история, которая не требовала колоссальных усилий для урегулирования.

С необычайно возросшим спросом в национальном масштабе мы все столкнулись впервые, и надо признать, что тогда никто не был к этому готов. Более того, не было понимания, сколько продлится эта ситуация. Конечно, такой ажиотажный спрос — явление недолгосрочное, но точного прогноза не дал бы никто.

На эту тему

Торговля в условиях пандемии: business view

Есть ошибочное мнение, что продовольственная торговля стала бенефициаром пандемии, потому что буквально за неделю получила такой товарооборот, который характерен минимум для месяца работы. Действительно, по отдельным категориям рост достигал 300%. Самыми востребованными оказались рис, гречка, сахар, мясные консервы.

Они были драйверами роста продаж вплоть до конца марта. По остальным продовольственным товарам рост был не такой серьезный, но все же ощущался. Например, спрос на супы быстрого приготовления и замороженные продукты увеличился более чем на 40%, на макаронные изделия — более чем на 20%.

В онлайн-заказах рост более чем на 100% показали молоко, вода и соусы.

Среди непродовольственных товаров наибольшим спросом пользовались санитайзеры, влажные и сухие салфетки, мыло, средства для мытья пола.

Спрос на санитайзеры к началу апреля, например, и вовсе вырос более чем на 20 000% по сравнению с показателями прошлого года, когда они не пользовались популярностью.

Более чем на 50% вырос спрос на салфетки (влажные и сухие), на 20% — на мыло и средства для мытья пола.

Правда, на деле торговля оказалась в ситуации, когда в считаные часы приходилось принимать решения, выводить дополнительные мощности, нанимать персонал, менять логистику и графики поставок, чтобы не допустить дефицита и не спровоцировать новую волну паники.

Издержки за время карантинных мероприятий росли кратно, добавлялись и ранее отсутствовавшие расходы, например на средства индивидуальной защиты.

И сразу за ажиотажем оборот продаж резко упал: населению не нужны были продукты в таком количестве, запасы стали тратить, в магазины ходить реже.

Стресс-тест российская торговля прошла достойно.

Был ускоренный оборот продуктов с долгим сроком хранения (самым популярным товаром в середине марта — начале апреля оказалась гречка), уже упомянутых средств личной гигиены (ажиотажный спрос фиксировался на туалетную бумагу, гигиенические и столовые салфетки) и средства индивидуальной защиты (санитайзеры, которые полностью раскупались в первые часы выкладки на полку, маски и нитриловые перчатки). Однако процесс поставок в этот период организовали так, что в течение нескольких часов выбывший товар снова выставлялся на полки.

На эту тему

Торговля в условиях пандемии: business view

С дефицитом мы не столкнулись. И тут значимыми оказались два фактора.

Во-первых, в отличие от не совсем удачного опыта, скажем, Великобритании, российские ретейлеры сумели достаточно быстро мобилизовать дополнительные ресурсы — с начала карантина крупнейшими торговыми сетями было нанято более 80 тыс. новых сотрудников.

В Британии, например, даже при наличии продовольствия оказалось просто некому заниматься его доставкой и выкладкой. Ретейлеры там столкнулись с серьезными логистическими проблемами, а средние сроки доставки заказов онлайн увеличились у них до 18 дней.

Во-вторых, мы начали выстраивать работу с небольшими поставщиками, которые не могли покрыть весь необходимый для торговых сетей объем, но закрывали часть потребностей. Эта мера в дополнение к сотрудничеству с крупными производителями позволила нам избежать перебоев с поставками.

Кроме того, еще с середины марта было принято решение о создании сверхзапасов товаров практически во всех категориях. Теперь они формируются с расчетом до четырех недель вместо двухнедельных, которые считались нормой еще в феврале.

Поэтому если смотреть на опыт США, Канады, Франции, Германии, Италии и Великобритании, то наша отрасль гораздо эффективнее работала с растущими нагрузками.

При этом стремительное развитие ситуации весной потребовало от ретейла значительных инвестиций — порядка 5 млрд рублей в месяц выделялось только на сохранение ассортимента и трансформацию логистических процессов, более 3 млрд в месяц выделялось на соблюдение повышенных мер безопасности. Сейчас мы тщательно анализируем те условия, в которых вынужденно оказались, переосмысливаем товарные матрицы и резервы.

Долгая реабилитация

Адаптация к новым условиям и «залечивание ран» после кризиса — первоочередная задача для продовольственного и непродовольственного ретейла.

Мы вышли из режима самоизоляции со значительными потерями для бизнеса.

Апрельский спад потребительской активности даже в продовольственном сегменте стоил нам 9% товарооборота, по непродовольственной торговле средние оценки потерь по итогам этого года приближаются к 6 трлн рублей.

Очевидно, что сейчас изменились экономические условия, изменился и сам потребитель. У нас нет иллюзий, что в скором времени все вернется к докризисным показателям и наш бизнес заработает по прежнему сценарию.

Есть неутешительные прогнозы по ухудшению экономической ситуации, есть риски новой волны коронавируса. Это все нельзя игнорировать, и мы учитываем эти факторы, когда строим долгосрочные прогнозы по развитию бизнеса.

Но одно очевидно — какой бы сценарий ни реализовался осенью, это не должно стать основанием для очередной приостановки деятельности торговли.

На эту тему

Торговля в условиях пандемии: business view

У нас уже есть опыт прохождения пандемии, есть понимание, как соблюдать меры безопасности и гарантировать безопасность нашим сотрудникам и покупателям.

Поэтому сейчас первоочередной задачей именно на государственном уровне должна стать разработка регламента работы различных бизнес-организаций при реализации риска новой волны.

Поскольку уверенности, что запаса прочности бизнеса хватит еще на один этап приостановки работ, нет.

Сейчас мы находимся на стадии реабилитации, которая займет еще какое-то время и потребует определенных усилий и дополнительных инвестиций от бизнеса. Например, по итогам июня трафик непродовольственных магазинов и торговых центров в Москве примерно на 35% ниже прошлогоднего уровня, в Санкт-Петербурге — практически на 60%.

Такие показатели стали закономерным следствием двух факторов — резкого сокращения реальных доходов населения и повсеместного введения ограничительных мер, которые действовали вплоть до летнего сезона.

Прогнозы сейчас — дело неблагодарное

Делать прогнозы по развитию ретейла в текущих условиях — дело неблагодарное и неперспективное. Сейчас наша задача — минимизировать убытки от ограничительных карантинных мер и подготовить бизнес к встрече с аналогичными рисками в будущем.

На эту тему

Торговля в условиях пандемии: business view

Очевидно, что мы будем детальнее прорабатывать юридические аспекты взаимоотношений с арендодателями, чтобы избежать ситуации, в которой мы все оказались в текущем году.

Не имея аналогичного опыта, мы втянулись в долгосрочные переговоры, в которых обе стороны по факту являлись пострадавшими.

Мы несли убытки из-за неработающих объектов и вынужденных платежей, арендодатели не хотели терять свой заработок, потому что это тоже, по сути, их бизнес. Наши договоры не предусматривали такого развития ситуации, как пандемия.

Второе направление работы — закрепление успехов онлайн-продаж в сегменте быстро оборачиваемых товаров (продовольствие, средства гигиены, косметика и пр.). За время пандемии доля онлайн-оборота выросла там практически в три раза и превысила 3%.

И если раньше этот показатель считался незначительным, то теперь мы уже должны с ним считаться. Онлайн больше не просто сопутствующий инструмент — он уже становится равнозначной альтернативой офлайн-магазинов.

За время пандемии у потребителей уже выработалось доверие к покупкам в интернете, сформировалась привычка приобретения товаров онлайн.

И главное — необходимо дальнейшее развитие процессов саморегулирования отрасли и отношений с поставщиками, что в целом сделает всю цепочку поставок продукции потребителю более устойчивой к различным рискам, в том числе — аналогичным пандемии коронавируса.

Пандемия ускорила темпы роста российской онлайн-торговли — РБК

Режим самоизоляции привел в российскую онлайн-торговлю не менее 10 млн покупателей, утверждают аналитики Data Insight. По их оценке, новые потребительские привычки ускорят рост интернет-торговли с прежних среднегодовых 28 до 33%

Торговля в условиях пандемии: business view

John Stillwell / ТАСС

Пандемия коронавируса увеличит динамику роста российской интернет-торговли, утверждают аналитики Data Insight в отчете, с которым ознакомился РБК.

С 2019 по 2024 год среднегодовой темп его роста составит 33,2%, за пять лет объем продаж товаров в онлайне вырастет с 1,7 трлн до 7,2 трлн руб. (с НДС).

Читайте также:  Суды уменьшают неустойку. Какие у кредитора есть возможности добиться возмещения

Без обусловленного пандемией режима самоизоляции органический рост с учетом инвестиций в интернет-торговлю крупнейших игроков был бы на 6,6 п.п. меньше и его объем в 2024 году составил бы только 5,6 трлн руб.

В 2011–2019 годы среднегодовой темп роста равнялся, по оценке Data Insight, 28%. За эти годы продажи товаров через интернет выросли с 235 млрд до 1,7 трлн руб.

Прогнозы и анализ Data Insight построены на данных продаж товаров российскими интернет-магазинами отечественным покупателям. Не учитываются продажи услуг, контента, лотерей, а также покупки нерезидентов России и покупки россиян в иностранных интернет-магазинах, не имеющих российского представительства и местных складов.

Аналитики Data Insight называют несколько факторов, как коронавирус изменил рынок интернет-торговли.

  • Три месяца самоизоляции привели в онлайн-магазины не менее 10 млн человек. Большинство новых покупателей, по мнению Data Insight, после снятия ограничений на передвижение продолжат совершать покупки через интернет.
  • Наибольший вклад в развитие отрасли внесут онлайн-продажи товаров повседневного спроса: в этой категории, составляющей более половины всей розничной торговли в России, до сих пор самый низкий процент проникновения интернет-торговли. В первой половине 2020 года онлайн-продажи товаров повседневного спроса выросли по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в 4,3 раза.
  • Падение покупательской способности оказывает влияние только на премиальное потребление, тогда как обычные онлайн-покупки растут за счет каннибализации офлайн-продаж.
  • Изоляция привела к тому, что потребители совершали в онлайне больше покупок, чем обычно, тратя каждый раз больше денег. Такое поведение продолжится еще в течение нескольких месяцев — покупатели будут избегать многолюдных точек продаж традиционной розницы.
  • Вынужденный переход на удаленную работу повлечет за собой пересмотр многими компаниями офисной политики: 5–7 млн человек в России могут перейти на удаленную работу, часть из них может уехать из мегаполисов, что даст стимул для развития интернет-торговли в регионах.

Офлайн и онлайн: как пандемия развивает бизнес?

E-commerce, интернет-магазины

15 апреля 2020, 12:08

1637 просмотров

Торговля в условиях пандемии: business view

Понадобилось всего несколько недель, чтобы торговля в России круто изменилась. Штормит всех: и офлайн, и онлайн. Спусковой механизм – пандемия – сработал молниеносно. Проблемы, о которых раньше говорили только в кулуарах, нужно решать здесь и сейчас.  

В этом письме мы разберемся, как пандемия влияет на развитие интернет-торговли в России, а также поделимся решениями, которые помогут вам качественно улучшить бизнес. Все они будут представлены 19-20 августа на выставке ECOM Expo’20.

Хроника событий

Вернёмся к началу марта. С 9 числа объём FMCG-продаж растёт на 8-10% от недели к неделе. К 23-29 марта он увеличился на 45%. Аптеки не отстают: продажи медикаментов с 16 по 22 марта выросли на 61%. Люди активно закупаются.

 С 28 марта по указу Президента России объявляется нерабочая неделя с сохранением зарплаты. Шаги поддержки: снижение Центробанком комиссии за эквайринг для интернет-покупок до 1%, закон об онлайн-продаже лекарств. Это то, о чём все говорили давно и без чего невозможна жизнь людей в условиях “карантина”, однако малым и средним компаниям это не сильно облегчит существование.

Как реагирует отрасль на ситуацию?

Крупные ecommerce-ритейлеры договорились о единых правилах, чтобы защитить клиентов и персонал от коронавируса. Среди них: бесконтактная доставка до двери либо выдача заказа в ПВЗ, никаких примерок, обязательная предоплата картой, вызванная отказом от наличных. Меры предосторожности для всех – санитайзеры, пропуск покупателей в торговые точки и ПВЗ по одному.

В своём видеообращении Татьяна Бакальчук призвала игроков
food
-сектора к более активному переходу в онлайн, чтобы клиенты покупали на сайте, а в самом магазине только забирали заказ. Однако основательнице и генеральному директору Wildberries пришлось пояснить, что она не призывала к закрытию офлайн-магазинов и не собиралась забирать у них долю рынка.

Что будет с вашим бизнесом?

Интернет-покупки набирают обороты – люди вынуждены закупаться не выходя из дома. Вероятно, привычка покупать останется у новичков в онлайн-шоппинге и после спада пандемии, ведь зачастую это очень удобно и экономит время людей. Для всех интернет-магазинов это шанс нарастить количество клиентов и качественно развить бизнес.

Сложнее обстоят дела у офлайн-бизнеса. Продажи стоят. Появляется понимание того, что выход в онлайн всё же необходим. Кто-то из компаний может развернуть работу в Сети прямо сейчас, а кому-то потребуется время и дополнительные ресурсы. Есть и те, у кого стоит вопрос иначе: обанкротиться или все-таки существовать из последних сил.

Что нужно сделать?

Любая кризисная ситуация – это не только потери для бизнеса, но и новые возможности. Российские ритейлеры и эксперты интернет-торговли объединяются, проводят круглые столы, антикризисные совещания в прямом эфире. Помните, что вы можете обратиться за консультацией в отраслевые ассоциации.

И интернет-магазинам, и офлайну важно прямо сейчас начать оптимизацию бизнес-процессов. Ниже мы предлагаем несколько типичных проблемных сценариев. Мы подскажем вам, к кому обратиться за помощью. Все эти компании будут представлены на выставке ECOM Expo’20.

Справится ли логистика – один из главных вопросов, который звучит в соцсетях и на форуме Oborot.ru. Где оперативно найти новых курьеров? Причем таких, чтобы быстро включились в работу и соблюдали все правила бесконтактной доставки в карантинный период? Ведь ПВЗ и постаматы в большинстве своём не доступны покупателям, так как многие магазины закрыты.

Ситуация в Москве и по всей стране постоянно меняется, а доставка должна работать бесперебойно. Выход – работать с несколькими логистическими компаниями одновременно. В зависимости от нужных условий и загруженности.

Такой агрегатор служб доставки компания Pimpay представит на выставке ECOM Expo’20. Он поможет вам скомбинировать логистов под ваши запросы, чтобы ваши клиенты получали заказы в срок. Подробности – на стенде Е5.2.

Предоплата выходит в лидеры – без неё нет смысла в бесконтактной доставке. Люди остерегаются бумажных денег, карточек – любых поверхностей и коммуникаций. Проконсультировать и оперативно подключить онлайн-оплату могут компании RoboKassa (стенды F4.7 и F4.8), а также CloudPayments (стенд F1). Ещё больше инструментов – на нашем сайте в разделе “Платежи и финансы”.

Перегруз операторов. Как долго вы будете информировать об изменении статусов своих клиентов звонками? Такой подход отнимает значительные ресурсы – вам стоит перейти на автоматическое подтверждение заказов – например, с помощью СМС.

Развитие электронной торговли в условиях пандемии covid-19 — вестник алтайской академии экономики и права (научный журнал)

1

Бойкова А.В. 1
1 Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова
В условиях ограничений на передвижение, непосредственно вызванных пандемией COVID-19, резко возросла роль цифровых технологий в современной жизни общества. Это определило новые тенденции развития современной цифровой экономики.

В свою очередь, в сфере торговли также возросла роль дистанционных форм продажи под влиянием пандемии. В Российской Федерации наблюдается существенных сдвиг в использовании технологий электронной торговли, а темпы роста онлайн-торговли превышают рост ее традиционных форм. Произошло резкое увеличение доли покупок с использованием технологий электронной коммерции.

В этой связи в статье соответственно рассматриваются такие аспекты развития цифровых форм продаж, как необходимость совершенствования телекоммуникационных сетей, внедрение новых технологий в современном бизнесе и связанное с ним совершенствование средств защиты информации, в частности, использование технологии Блокчейн, проблемам защиты персональных данных.

Важное значении отводится оптимизации ассортиментной матрицы и связанной с ней ценовой политике в современной торговле. Вышеуказанные аспекты имеют важное социальное значение как в обеспечении населения товарным ассортиментом, так и в занятости населения Российской Федерации. Большое значение также имеет развитие региональной электронной торговли.

формирование ассортимента

1.

Александров О.В., Добролюбова Е.И. Влияние пандемий на торговлю и пути его минимизации // Торговая политика. 2020. № 1 (21). С. 7-14.
2. Белякова М.Ю. Влияние пандемии covid-19 на состояние туризма и возможности его развития после прекращения пандемии // Россия и мир. Мировая экономика и международные отношения в эпоху многополярного мира: сборник научных статей. СПб., 2020. С. 14-20.
3.

Бойкова А.В., Никишин А.Ф., Хапенков В.Н. Повышение конкурентоспособности организаций электронной торговли на основе управления ассортиментом // Экономика и предпринимательство. 2017. № 1 (78). С. 419-422.
4. Брагин Л.А., Панкина Т.В., Никишин А.Ф. Конкурентоспособность организаций малого бизнеса в сфере торговли // Российское предпринимательство. 2018. Т. 19. № 11. С. 3493-3502.
5.

Дубровина Л.В. Пандемия и ее влияние на розничную торговлю // Тенденции развития науки и образования. 2021. № 70-3. С. 23-26. 6. Каращук О.С. Оценка инвестиций в торговлю России и перспективы инвестирования в отечественном сетевом сегменте // Вестник Российского государственного торгово-экономического университета (РГТЭУ). 2014. № 2 (82). С. 94-103.
7. Костин А.В.

Повышение инвестиционной привлекательности как реакция на кризис и пандемию коронавирусной пандемии // Актуальные вопросы экономики: сборник статей V Международной научно-практической конференции. Пенза, 2021. С. 106-109.
8. Красильникова Е.А. Регионы драйверы развития электронной торговли в Российской Федерации // Проблемы теории и практики управления. 2019. № 11. С. 22-34.
9.

Майорова Е.А., Никишин А.Ф., Панкина Т.В. Социальные сети в деятельности розничных торговых организаций // Экономика. Бизнес. Банки. 2016. № 3 (16). С. 57-67.
10. Митяева О.А., Швецов С.А., Ильяшенко С.Б. Инвестиционный потенциал региона как фактор экономического роста // Российское предпринимательство. 2018. Т. 19. № 11. С. 3503-3512.
11. Оболенский В.П.

Экономика и внешняя торговля России: полгода в условиях пандемии // Вестник Института экономики Российской академии наук. 2020. № 5. С. 24-34.
12. Панасенко С.В., Мкртчян В.С. Перспективы использования нейротехнологий в различных отраслях цифровой экономики // Российское предпринимательство. 2018. Т. 19. № 11. С. 3269-3278.
13. Плотникова Т.В., Котик А.В.

Направления развития Интернет-торговли в условиях пандемии // Экономика и предпринимательство. 2020. № 9 (122). С. 792-795.
14. Россинская М.В., Мамаева Л.И. Пандемия как двигатель онлайн-торговли // Наукосфера. 2020. № 12-2. С. 283-287.
15. Gnezdova J.V., Barkovskaya V.E., Ramazanov I.A., Kalugina S.A.E., Latortsev A.A. Nonuniformity of digital transformation of industry.

Читайте также:  Торговая компания продает контрафактную продукцию. Каких санкций могут добиться юристы правообладателя

International Journal of Civil Engineering and Technology. 2019. Т. 10. № 2. С. 1733-1739.
16. Сайт ассоциации компаний Интернет-торговли [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.akit.ru (дата обращения: 03.04.2021).

Введение

Ответные меры на пандемию COVID-19, режим социального дистанцирования, карантин, локдауны и прочие ограничительные меры привели к глобальному сдвигу в структуре использования цифровых инструментов коммуникации, а следовательно, и в электронной коммерции. Значительное увеличение дистанционного потребления услуг и спроса на онлайн-покупки являются свидетельством фундаментального роста электронной торговли как в B2C, так и в B2B сегментах.

В сегменте B2C в течение 2020 года наблюдался впечатляющий рост онлайн-заказов в категориях медицинских товаров, предметов первой необходимости и продуктов питания. Под влиянием ограничительных мер потребители стали запасать продукты питания онлайн, что послужило росту доли Интернет-торговли на российском рынке ритейла, которая впервые превысила 10% по итогам первого полугодия [16].

Что касается сегмента физических товаров, негативная тенденция связана с задержками и сбоями доставки, вплоть до полной отмены заказов. Карантинные меры привели к перебоям производства и нарушениям работы международной логистики, не говоря о всеобщем снижении предложения и роста безработицы.

Однако, требования социального дистанцирования привели также и к резкому росту электронной торговли. Несмотря на то, что данное явление может носить краткосрочный характер, изменения в привычках онлайн-потребителей могут потенциально продлить её рост и по окончании кризиса. В первом полугодии она достигла 10,2%, что является историческим максимумом.

Во многом это было связано с режимом самоизоляции и ограничениями на офлайн торговлю из-за коронавируса. Доля локального рынка в 2020 году увеличилась до 86%. На трансграничную торговлю приходится лишь 14% покупок (в 2019 году – 71% и 29% соответственно). Особенно стоит отметить увеличение потребительского спроса на доступ в Интернет.

Это связано с востребованностью социальных медиа[9], онлайн-платформ и видеозвонков.

Современные тенденции развития электронной торговли рассматривались в работах Брагина Л.А.[4], Красильниковой Е.А.[8], Панасенко С.В.[12], Гнездовой Ю.В.[13] и других авторов.

Непосредственно влияние пандемии на электронную торговлю анализируется Дубровиной Л.В.[5], Плотниковой Т.В.[14], Россинской М.В.[15] и многими другими.

Как показано в вышеуказанных работах, цифровые технологии в современной торговле в условиях пандемии имеют широкий потенциал своего развития.

Целью настоящего исследования явилась оценка тенденций и возникших проблем электронной коммерции в Российской Федерации в пиковый период пандемии COVID-19.

Материал и методы исследования

В статье были использованы такие методы, как: наблюдение, анализ и синтез, индукция и дедукция, сравнение и описание, качественный и количественный анализ, системный подход, логический подход. Наблюдение автора позволило выявить современные тренды в развитии Интернет-торговли в условиях ограничений, вызванных пандемией коронавируса.

В ходе исследования была использована статистика ассоциация компаний Интернет-торговли, а также работы ряда российских и зарубежных авторов.

Результаты исследования и их обсуждение

Возросший спрос на цифровые услуги и увеличение потребителей онлайн-контента в условиях пандемии COVID-19 привели к проблемам с доступом в Интернет. Операторам связи пришлось адаптироваться к новым кризисным реалиям и изменять как ценовую политику предоставления услуг, так и качество передачи данных, расширять диапазон частот и увеличивать пропускную способность сетей.

В пиковый период пандемии использование мобильных средств связи стало жизненно необходимым, поэтому перебои связи, вызванные увеличением нагрузки на телекоммуникационную инфраструктуру представляют собой серьезную проблему.

Кроме того, кризис обострил проблему цифрового разрыва внутри страны из-за сбоев доступа к сети Интернет в отдельных регионах.

Традиционные препятствия, такие как перебои электричества и надежный доступ к телекоммуникационной связи с приходом пандемии стали ещё более серьёзными.

Адаптация к новым реалиям невозможна без перехода к цифровизации, начиная с бытового уровня. В качестве примера можно указать доступ к онлайн-платежам и возможность диверсификации учебы в онлайн-формат.

Пандемия усугубила отрыв от потребителей, обладающих цифровой грамотностью и доступом к Интернет-ресурсам и теми, кто по тем или иным причинам данными навыками и ресурсами не обладает.

Соответственно, увеличивается цифровой разрыв внутри страны между молодыми и более старшими поколениями, богатыми и бедными классами, крупными городскими агломерациями и сельскими районами.

Важно отметить, что крупным коммерческим предприятиям легче внедрять новые технологии, позволяющие автоматизировать и цифровизировать свою работу, нежели малому и среднему бизнесу. Таким образом, проблема цифрового разрыва способна привести к глобальному неравенству в обществе.

С развитием цифровых технологий и увеличением спроса на онлайн-покупки, все более широко распространяется и онлайн-мошенничество. К сожалению, отсутствие цифровой грамотности потребителей нередко приводит к оплате некачественных товаров или услуг, а также покупке небезопасных товаров, либо вовсе к краже денежных средств.

Мошеннические действия и введение покупателей в заблуждение нередкое явление в электронной торговле. Нарушение сроков доставки товаров, оказание некачественных услуг, отказ возврата и необоснованное изменение цен может привести к снижению спроса на онлайн-покупки по окончании кризиса в долгосрочной перспективе.

Соответственно, необходимы новые инструменты и методы борьбы с недобросовестными продавцами.

Одним из таких решений может стать внедрение технологии Блокчейн. Отсутствие достоверной информации о поставщике либо о крупном покупателе в сегменте B2B может стать серьезным препятствием для электронной коммерции.

Поэтому для повышения прозрачности в электронной торговле Блокчейн-платформы могут стать агрегаторами хранения информации. Поскольку, Блокчейн представляет собой последовательную цепь связанных между собой реестров, причём информацию, содержащуюся в таких ячейках невозможно изменить.

Копии хранятся на множестве независимых компьютеров, что позволяет повысить надёжность логистической цепи. Непосредственно важную роль вышеуказанной технологии целесообразно отметить для крупного морского импорта, который является опорой электронной коммерции.

В условиях пандемии применение технологии Блокчейн для повышения надежности поставщиков медицинских препаратов и оборудования могло бы значительно увеличить эффективность логистики и безопасность конечного потребителя.

Несмотря на то, что для многих Блокчейн связан с криптоволютой, данная технология используется в финансовых онлайн-операциях, а также внедрена в системы многих крупнейших банков.

Розница подхватила вирус: как пандемия повлияла на российскую торговлю

Оборот розничной торговли в прошлом году упал на 4,1% на фоне ограничительных мер, введенных из-за пандемии коронавируса.

Эксперты НИУ ВШЭ отмечают, что больше всего в кризис пострадали небольшие торговые компании и региональные сети, и прогнозируют дальнейшую консолидацию рынка.

При этом, значительный стимул для развития получила онлайн-торговля, и традиционные ретейлеры вынуждены трансформировать бизнес, чтобы выдержать конкуренцию.

Центр исследований структурной политики, Институт анализа предприятий и рынков и Институт «Центр развития» ВШЭ провели научный семинар, посвященный влиянию пандемии COVID-19 на розничную торговлю и тенденциях послекризисного развития отрасли.  Семинар стал частью проекта Вышки по анализу реакции ведущих отраслей российской экономики на коронакризис. Проект реализуется при поддержке Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП).

Директор Центра исследований структурной политики ВШЭ Юрий Симачев пояснил, что розничная торговля – это весьма сложный и неоднородный сектор экономики, важный с позиции инноваций и трансформации бизнеса. Ее оборот в 2019 году составил 33,1 триллиона рублей, это восьмой показатель в мире. Розничная торговля дает около 4,8% ВВП России, в ней занято около 12 миллионов человек.

Нынешнюю ситуацию характеризуют переосмысление назначения традиционных магазинов, их комбинация с общественным питанием и развлечениями, усиление конкуренции на рынке с одновременной консолидацией ключевых игроков. Выросло число торговых платформ и их роль в торговле, увеличилась доля продовольственного ретейла в торговом обороте. В 2005-2019 гг. значительно – с 40,2% до 70,1% – выросла доля магазинов самообслуживания. 

На пять ведущих розничных сетей в России приходится 29% оборота, ожидается, что их роль возрастет. Например, на пять ведущих сетей в Германии приходится 74% оборота, во Франции – 56%

Заместитель директора «Центра развития» Светлана Мисихина отметила высокое качество статистики торговли. Она хорошо устроена, с ней легко работать и сделать достоверные выводы о влиянии снижения доходов населения на отрасль, что не всегда можно сделать в других секторах.

Розничная торговля в России по сравнению с рядом других стран отличалась высоким ажиотажным спросом и впоследствии резким падением.

На докризисную ситуацию в отечественной торговле негативно влияли сокращение доходов населения, ужесточение нормативно-правового регулирования (санитарно-гигиенического, правил расстановки товаров и запрет возврата скоропортящихся продуктов), уход из страны значительного числе ретейлеров, а также санкции и контрсанкции.

В пандемию обострились проблемы вызванные прежними решениями, касавшимися  регулирования отрасли, в частности, высокие ставки эквайринга и введение маркировки товаров, которое требует дополнительных затрат, увеличение НДС. За прошлый год оборот розничной торговли снизился на 4,1%, в том числе продовольственного сектора – на 2,6%, непродовольственного – на 5,2%, при этом продовольственный сегмент восстанавливался быстрее.

Карантин стимулировал рост электронной торговли, а компании, которые начали переход в онлайн заранее, оказались в выигрыше.

Они стремятся персонализировать общение с потребителем, развивать собственную доставку или партнерство с транспортными  компаниями.

Санитарные ограничения изменили отношения с поставщиками и покупателями, развивались контакты с маркетплэйсами, для сохранения оборота были запущены межсезонные ранние распродажи.

Негибкость отношений с арендодателями ударила по небольшим торговым фирмам, многие из которых не имели возможности договориться о снижении или рассрочке платежей. Кроме того, отмена единого налога на вмененный доход, трактовавшаяся как мера, уравнивавшая условия работы участников рынка, усложнила положение малого бизнеса.

Роль государства в кризис оказалась двоякой: оно пыталось поддерживать отрасль, но одновременно усилило давление с целью удержать цены и не допустить дефицита товаров на полках магазинов. Больше поддержки досталось крупным компаниям, но субсидии населению и отсрочка арендной платы помогли и малому бизнесу. Компании второго эшелона и региональные сети получили меньше помощи.

Эксперты Вышки полагают, что после кризиса консолидация отрасли продолжится. Еще одной важной тенденцией стало появление на рынке игроков из других секторов – Сбера, Тинькофф  и других компаний. Налицо также изменение бизнес-модели: переход к гибридным вариантам торговли, интеграции торговли и производства, покупке сельхозпредприятий и компаний по производству продуктов.

Читайте также:  Принудительный обмен жилого помещения на основании решения собрания кредиторов признан незаконным

Торговля также все больше становится частью индустрии развлечений, а поход в магазин превращается в социокультурный фактор

Издержки и требования безопасности толкают ретейлеров к цифровой трансформации, в частности более масштабному внедрению касс самообслуживания. Новая ситуация стимулировала также спрос на менеджеров в онлайн-ретейле и руководителей, способных провести цифровизацию бизнеса.

Ведущий научный сотрудник Центра исследований структурной политики ВШЭ Анна Федюнина отметила, что в сфере торговли есть региональные особенности. В период действия ограничительных мер отмечались проблемы с доставкой в малые населенные пункты из-за состояния дорожной сети, что сдерживало онлайн-торговлю. Соответственно, для ее развития необходимо решение проблем доставки «последней мили».

Юрий Симачев считает, что традиционные форматы торговли продолжат работу, хотя и будут меняться. Россия – это не только крупные города, где есть большие торговые и развлекательные центры. Форматы, которые направлены на общение, продажу продукции местных производств и промыслов, сохранятся, особенно в провинции. В сельской местности магазин долго будет оставаться центром общения.

Анна Федюнина добавила, что помочь традиционной торговле может желание потребителя изучить, в прямом смысле пощупать то, что потом можно заказать в интернете, поэтому сохранится сочетание прежних и современных форматов.

Темпы перехода в онлайн будут разными для разных сегментов, считает главный научный сотрудник Института анализа предприятий и рынков ВШЭ Татьяна Долгопятова.

Для некоторых из них, в частности, одежды, важны тактильные ощущения.

Директор союза независимых сетей России Сергей Кузнецов отметил снижение уровня доходности во всех сегментах торговли – даже у крупных компаний он не превышает 4-5%. Это сказывается на фирмах с низкой маржинальностью и приводит к уходу игроков из продовольственного сегмента.

Запрос на онлайн-торговлю, по его мнению, был заметнее в непродовольственном секторе. Опыт пандемии показал, что опасения покупки через интернет товаров низкого качества не оправдались.

Тем не менее, после снятия ограничений доля онлайн-торговли в продовольственном сегменте несколько снизилась.

Кризис 2020 года показал необходимость снизить ставки эквайринга, обеспечить гибкость отношений между арендодателем и торговыми компаниями, в том числе облегчить малому бизнесу получение своих площадей, считают авторы исследования. Он также обострил вопрос госконтроля и регулирования цен.

Следует изменить и практики регулирования в целом: попытки принимать законы в прежней идеологии означают, что они устаревают к моменту издания, императивные нормы следует заменить диспозитивными, считают эксперты Вышки.

Изменения регулирования торговли потребуют серьезной подготовки и проверки их действия в пилотных проектах, своего рода «регуляторных песочниц», полагает Юрий Симачев.

Желание торговать: как изменятся мировые рынки после пандемии

Пандемия вызвала немало разговоров о кризисе глобализации, о том, что мир становится более фрагментированным.

Торговые войны, политическая напряженность, нарушения цепочек поставок из-за карантина — все это стимулирует многие страны снижать зависимость от импорта.

Вернется ли привычный нам глобальный мир после отмены ограничений? Чтобы оценить прогнозы, прежде стоит отметить несколько фактов.

Свой путь, ведущий в никуда: как пандемия ускорила смерть свободного рынка

Отскок и новая развилка

Первое: международная торговля уже восстановилась, и это произошло достаточно быстро. После глобального финансового кризиса 2008–2009 годов восстановление заняло восемь кварталов, в этот раз всего четыре.

Торговля резко упала в 2020 году, но, по прогнозам, в 2021-м превзойдет предкризисные уровни (в долях от ВВП), в частности, из-за растущих цен на природные ресурсы, которые составляют существенную долю в мировых торговых потоках.

Второе: в начале пандемии мы плохо понимали, как такой кризис может повлиять на экономику.

Ожидалась существенно большая рецессия, около 10% ВВП, но оказалось, что после шока, вызванного первой волной, экономика уже не была так сильно связана с течением самой пандемии, она стала более устойчивой к росту заболеваний, а правительства начали лучше понимать, какие ограничения нужно вводить, а какие нет.

Государственная помощь в развитых странах способствовала тому, что падение занятости не привело к существенному падению совокупного спроса. Так, совокупное падение ВВП в развитых странах составило 6–7%, при этом спрос на товары длительного пользования существенно вырос, компенсируя падение спроса на услуги.

Третье: мировая экономика быстро восстанавливается после кризиса, в частности из-за успешной кампании вакцинации, и сейчас беспокойство вызывает скорее дефицит товаров и производственных компонентов, нежели нехватка совокупного спроса.

Если в начале пандемии опасение вызывал риск дефляции из-за нехватки спроса на фоне роста безработицы, то сейчас основные риски сопряжены с инфляцией — как из-за стимулирования экономики, так и из-за недостаточно быстрого восстановления предложения. Решающей станет вторая половина 2021 года.

В США уже несколько месяцев инфляция составляет 4–5% — рекордные показатели за 40 лет. Продолжение инфляционного тренда ожидаемо приведет к повышению процентной ставки ФРС.

Здесь возникает риск для мировой экономики, в особенности для развивающихся рынков.

Если их восстановление будет отставать от роста в США, они окажутся не готовы к поднятию процентных ставок, а их финансовые системы — к укреплению доллара, вызванному односторонним повышением ставки ФРС.

Другими словами, высокие процентные ставки будут тормозить инфляцию в развитых странах и замедлять рост на развивающихся рынках.

Десять «черных лебедей»: какие события могут значительно повлиять на мировую экономику и рынки в 2021 году

Локализация торговли

Пока же мы видим, что развивающиеся экономики, в основном азиатские, восстанавливаются быстро, во многом благодаря торговле и глобальному спросу на товары и компоненты, ряд которых, например полупроводники, оказался в остром дефиците.

Происходит перебалансировка экономики, в которой еще не все отрасли (например, туризм) восстановились, но в некоторых наблюдается избыточный спрос. Это становится источником резкого роста цен на ряд товаров.

В такой ситуации у многих компаний и стран появляется возможность занять новые ниши на рынках, которые до кризиса либо отсутствовали, либо были заняты.

При этом торговые цепочки действительно могут стать более локальными. Тенденции к региональным торговым союзам существовали еще до пандемии, и кризис 2020 года дал им дополнительный толчок.

В последние 25 лет основной прогресс в снижении торговых барьеров происходил не в рамках ВТО, объединяющей почти все страны мира, а путем заключения договоров о свободной торговле (FTA — free trade agreements), как правило, объединяющих от 5 до 20 стран по географическому принципу и не достигающих уровня интеграции таможенного союза. Зоны свободной торговли существенно увеличивают товарооборот между странами-членами и, как правило, сокращают торговлю с не вошедшими в зону экономиками. Переговоры между небольшим числом участников чаще приводят к успеху, чем занимающие десятилетия многосторонние переговоры в рамках ВТО.

Пандемия показала, что глобальные цепочки поставок и разделенное между многими странами производство несут в себе риски. Карантин и экономические ограничения в одной точке могут привести к остановке всего производственного процесса.

Перенос цепочек на локальный уровень, с большей синхронизацией экономического цикла, снижает эти риски, но сокращает международную торговлю.

Альтернатива состоит в географической диверсификации поставок производственных компонентов, что увеличивает торговые потоки.

В целом не стоит преувеличивать эффект пандемии на уровни международной торговли, в отличие от миграционных потоков, которые действительно могут снизиться надолго. Международная торговля сопряжена со значительным выигрышем для всех участников, что создает сильные стимулы для ее роста.

Эффект COVID-19: как мировая экономика переживает пандемию и каким будет 2021 год

Не упустить шанс

Что касается России, краткосрочный рост цен на природные ресурсы в связи с выходом мировой экономики из пандемии даст толчок росту и экспорта, и ВВП.

Тем не менее это вряд ли позволит значительно увеличить среднесрочные темпы роста без экономических и институциональных реформ.

Даже оптимистические прогнозы не обещают России динамики, которой можно было бы ожидать от страны с таким уникальным географическим положением, объединяющим европейские и азиатские рынки, и человеческим капиталом.

Как мы подробно обсуждаем в докладе «Застой-2», на относительно высоком уровне развития и доходов, на котором находится страна, невозможно представить стратегию роста, которая не была бы ориентирована на глобальный рынок товаров и технологий, необходимых даже в условиях импортозамещения. Для России недоступна стратегия более бедных азиатских стран, чья конкурентоспособность достигается за счет низких зарплат. Российская стратегия должна опираться на человеческий капитал и высокотехнологичные рабочие места, создающие спрос на дополнительные рабочие руки в сфере услуг.

Главный вопрос сейчас: сможет ли Россия воспользоваться быстрым восстановительным ростом мировой экономики и занять новые ниши на локальных и, возможно, глобальных рынках.

У России сильный потенциал в области быстрорастущей (в частности, в результате пандемии) цифровой экономики, где многие российские компании успешно выходят на международные рынки, включая американский.

Мы видим стартапы, связанные, например, с доставкой еды и других товаров, высококонкурентные на мировом уровне.

Тем не менее цифровая экономика требует подходящей институциональной среды, в частности надежных прав собственности, защищенных в первую очередь от государственного вмешательства, и отсутствия международных репутационных рисков.

В цифровой экономике фирмы исключительно мобильны, они могут работать из любой точки мира, обслуживая рынки с высоким спросом.

Поэтому вопрос в том, смогут ли российские компании эффективно выходить на соседние постсоветские, европейские и азиатские рынки или эти рынки достанутся конкурентам из Центральной и Восточной Европы.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора

Китай теснит США, фармацевты и страховщики занимают места нефтяников: как пандемия меняет крупнейший бизнес

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *