ФНС предложила рассматривать споры с помощью медиаторов

Смертность от коронавируса в России повторила страшный антирекордПод Петербургом пробка из-за смертельного ДТПВ Купчино неизвестный открыл стрельбу по маршруткеСоздатели «Спутника» сказали, когда спадет четвертая волнаВ Москве от осложнений коронавируса скончался артист Валерий ГаркалинНа северо-востоке Петербурга найдено тело с рублеными ранамиКинотеатры обратились к властям с просьбой ослабить антиковидные мерыНа Гавайях нашли «пивной ручей» с высоким содержанием спиртаВ КПРФ рассказали, кто может сменить Зюганова на выборахСКА потерпел пятое поражение подрядХет-трик Дзюбы помог «Зениту» обыграть команду КержаковаВ работе Instagram и WhatsApp произошли сбоиВакцинируются как не в себя: в Петербурге новый рекордВ ООН призвали Россию отменить или пересмотреть закон об иноагентахПосле аномальной жары в Петербурге газоны заменят по 255 адресамВо Владимирской области утонули три ребенка. Их тела нашли на берегуПредыдущие новостиАрхив материалов

ФНС делает Петербург одним из пилотных регионов по внедрению практики медиативных переговоров с должниками. Это означает, что теперь с налоговой будет проще договориться, и если не оспорить начисленную недоимку, то хотя бы избежать дополнительных санкций.

ФНС предложила рассматривать споры с помощью медиаторовавтор фото Эмин Джафаров/«Коммерсантъ»Поделиться

Как рассказал в понедельник, 9 ноября, на встрече с представителями бизнеса глава УФНС по Петербургу Александр Гнедых, его ведомство недавно завершило первую в своей истории медиативную процедуру.

Без привлечения суда в рамках трехстороннего переговорного процесса одной из городских компаний была предоставлена возможность без дополнительных санкций уточнить свою налоговую декларацию и в оговоренные соглашением сроки погасить задолженность.

Одна их особенностей такого решения — оно регистрируется у нотариуса и носит признаки официального документа — как мировое соглашение.

Медиация — это система досудебного решения гражданских споров. Суть в привлечении третьей стороны — независимой и незаинтересованной, которая не должна разбираться в верности или ложности аргументации двух сторон, а лишь способствовать нахождению общих для них целей и выстраиванию общей позиции исходя из них, а не из противоречий.

Деятельность медиаторов регламентирована законом от 2010 года и уже успела занять свою нишу, например, в семейных спорах, иногда в бизнес-конфликтах и других сферах.

В Петербурге работает несколько объединений медиаторов, к примеру, «Лига медиаторов» предлагает на своем сайте выбрать одного из 50 специалистов только в городе и еще столько же по всей стране.

Петербургская налоговая гордится результативностью своей работы. Число выездных налоговых проверок снизилось за пять лет в 4 раза — бизнес предпочитает платить, не дожидаясь их. Те же, кто проявляет принципиальность, платят все больше и больше.

«Эффективность одной налоговой проверки за 5 лет выросла с 33 млн до 157 млн рублей», — рапортует Александр Гнедых. Также он рассказал, что объем средств, выплаченных в рамках уточнений деклараций без проведения выездных проверок, за 9 месяцев 2020 года вырос больше чем в 2,5 раза по сравнению с прошлым годом.

Разумеется, у этой эффективности есть и обратная сторона, которая кажется особенно рельефной, когда мы понимаем, в каких экономических условиях ее удалось достичь: спад в промышленности и торговле из-за пандемии, общее падение деловой активности, снижение ВВП и прочие коронавирусные следствия.

До сих пор одна из главных проблем городского бизнеса в общении с налоговой заключалась в закрытости механизма принятия решения.

После того как инспектор выносил решение о недоимке или об отказе в возмещении НДС, компания могла написать жалобу с разъяснением своей позиции, однако логика принятия решения по ней непрозрачна. ФНС лишь присылает уже готовое решение.

Единственный законный и предусмотренный процедурой способ привлечь каких-то третьих лиц к этому «спору в одни ворота» — подать иск в суд, говорит Владимир Меньшиков, председатель НП «Союз малых предприятий СПб».

Однако пока идут тяжбы, ФНС имеет полное право ограничить движение по счетам строптивых компаний, по сути заблокировав их работу. То есть самый простой путь, по которому и идет большинство бизнесменов, — сперва заплатить все, что требует налоговая, даже если это кажется несправедливым, а лишь потом идти в суд и пытаться вернуть свои деньги.

Едва ли не самый благоприятный в таком случае исход — мировое соглашение. Оно особенно актуально, к примеру, если у компании на счетах недостаточно денег, чтобы оплатить недоимки и требуется время, чтобы собрать их.

Однако отсрочка очень нечасто применяется даже в этом случае или оговаривается в трудновыполнимой для налогоплательщика форме, сетует Игорь Шикалов, первый вице-президент Союза промышленников и предпринимателей Петербурга.

Но, даже чтобы прийти к такому исходу, у компаний уходит очень много времени, особенно в этом, особенно успешном для налоговой, году. «Процедура судебных разбирательств усложнена.

Заседания происходят с колоссальной отсрочкой.

Некоторые предприятия не доживают до того, как их дела разбираются», — говорит Дмитрий Панов, председатель петербургского регионального отделения «Деловой России».

Еще одно узкое место — регламенты, по которым работает ФНС, практически не оставляют инспекторам возможности проявлять гибкость в общении с налогоплательщиком.

Даже такой лояльный механизм, как мировые соглашения, который позволяет по максимуму соблюсти интересы бизнеса, а налоговой проявить хотя бы видимость компромисса, по сути, является судебной процедурой и в обязательном порядке утверждается в арбитраже, — обращает внимание уполномоченный по правам предпринимателей в Петербурге Александр Абросимов.

Как рассказал Александр Гнедых, практика досудебного решения вопросов уже показала свою эффективность, и Петербург в ней чуть ли всероссийский ориентир: 11% городских неплательщиков (в трактовке налоговой) воспользовались правом уточнить свои декларации без выездных проверок — на основании лишь контрольно-аналитических действий инспекторов и последующих бесед с компаниями. Из 20 миллиардов рублей, собранных по такой процедуре по всей стране, на Петербург приходится восемь.

«Если мы видим разрывы по уплате НДС, видим, что у компаний есть признаки других неисполнений налоговых обязательств, мы приглашаем их для общения и показываем, что они своими действиями завели себя в рисковую зону. Затем показываем, как без дополнительных мероприятий они могут себя из этой зоны вывести», — рассказывает Александр Гнедых.

При этом финансовые стимулы у предприятий не доводить дело до выездной проверки более чем весомые.

Поданная после такой беседы уточненная декларация не снизит размера налоговой претензии, так же обязательно будет заплатить пени (1/300 ставки рефинансирования в день или даже меньше).

Налоговая при этом теряет основания для начисления финансовых санкций, которые в разных случаях могут составлять 20–40% от суммы недоимки, если она будет найдена в ходе выездной проверки.

Однако, разумеется, далеко не все бизнесмены готовы платить все, что им насчитает налоговая, по первому требованию. Многие из них уверены в своей правоте и желают поспорить.

Те беседы, которые сейчас проходят в стенах налоговых инспекций, по сути, не имеют никакой процессуальной значимости.

И если даже предприниматель сможет с документами в руках доказать, что инспектор ошибся в своих расчетах, за этим крайне редко следует именно что снятие претензий.

Еще одна проблема — убедить налоговую повременить с выплатой даже признанного долга не так-то легко — у инспекторов крайне мало законных механизмов сделать это.

И чтобы не доводить такие разборки до суда, как раз и подойдет медиатор, сделка с его участием придаст договоренностям формальность, а аргументы бизнеса будут восприняты более объективно, рассказывает Александр Гнедых.

Ну, и вишенка на торте — в отличие от уже привычных мировых соглашений медиативные процедуры не требуют обязательного обеспечения обязательств налогоплательщика (закладывания имущества или банковской гарантии).

Вместе с тем у представителей бизнеса есть несколько вопросов, которые не нашли ответа в ходе онлайн-встречи в понедельник.

Так, Юрий Бурчаков, президент СПб Торгово-промышленной палаты, обращает внимание на случаи, когда с предпринимателя пытаются снять долги, которые имеются у его подрядчика.

«Не знаю, насколько медиация способна это решить», — говорит Бурчаков, вспоминая, что до сих пор использование медиаторов в других, не налоговых спорах, не смогло продемонстрировать большую эффективность, а в дискуссиях с ФНС это, на его взгляд, может выглядеть как «примиренческая процедура».

Сама процедура привлечения медиатора в налоговые споры пока недостаточно формализована, и в Петербурге используется по внутренним регламентам. Александр Гнедых признается, что пока только планирует направить в центральный аппарат предложение о том, чтобы она была принята на вооружение в федеральном масштабе, и в этом случае регламенты будут прописаны уже четко.

Пока же взаимодействие в таком формате для петербургских предпринимателей будет происходить, по сути, на ощупь.

«Неясны риски, не прописана возможная ответственность за неисполнение, непонятно, сколько это будет стоить», — перечисляет Марианна Чугаева, глава комитета по правовым вопросам НП «Гильдия профессиональных участников рынка оказания услуг в области таможенного дела и ВЭД».

Для справки: Стоимость работы медиатора, когда речь идет об имущественных спорах, — от 10 тысяч рублей при размере претензий до полумиллиона рублей, и от 300 тысяч рублей, когда на кону 500 миллионов и больше.

Вместе с тем у предлагаемой теперь петербургским УФНС медиативной формы переговоров есть свои неоспоримые плюсы.

Читайте также:  Как юридический отдел ведет учет договоров компании ?

«Медиация позволит дать очевидную документальную форму соглашениям и сократить сроки этих процедур», — объясняет директор Центра медиации СПбГУ Евгения Васькова.

А Сергей Хаванский, представитель научно-методического центра медиации, подчеркивает: западный опыт показал, что это — действенный инструмент регулирования конфликтов.

Денис Лебедев, «Фонтанка.ру»

ФНС предложила рассматривать споры с помощью медиаторовавтор фото Эмин Джафаров/«Коммерсантъ»© Фонтанка.Ру

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

piterskiy10 Ноя 2020 в 17:21А что господин Гнедых «поскромничал» и не рассказал о своем главном ноу-хау: когда предприятия в добровольно-принудительном характере сначала «просят» сдать неправильную декларацию, а потом «проведя комплекс мероприятий» налоговые органы выявляют недостоверность декларации и предлагают сдать уточненку? И типа показатели растут.
Даже Корязина в свое время до этого не додумалась, чтобы показать свою эффективность. Но мужичек пришлый в этом плане ее переплюнул.

Вообще кому в голову пришло его поставить во главе питерского УФНС?

статус10 Ноя 2020 в 10:15это правильно ли я понимаю, что ФНС узаконило «решал»?! вот это новость, следующие кто будут реша…, а нет извините медиаторы от ФТС,МВД,ФСБ…9мая1945года10 Ноя 2020 в 04:57здравствуйте все очень рад общению с вами!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!читать все комментариидобавить комментарий

Налоговая медиация: новый механизм в спорах с ФНС

За два дня переговоров с участием медиатора петербургским компаниям отменили штрафы на 30 млн руб. Оказалось, что налоговики готовы пойти навстречу бизнесу и даже предоставить рассрочку, если предприниматели добровольно признают недоимку. Расскажем подробнее, как работает налоговая медиация, и чем она может быть полезна малому и среднему бизнесу.

С чего все началось: пилотный проект ФНС в Санкт-Петербурге

В конце 2020 года руководитель Управления ФНС России по Санкт-Петербургу Гнедых А.В. на встрече с экспертами и представителями бизнеса рассказал об удачном опыте применения механизма налоговой медиации для решения налоговых споров. В частности, были заключены два медиативных соглашения:

  • в первом случае компания признала недоимку в размере 120 млн руб. и получила рассрочку на 3 месяца для выполнения финансовых обязательств;
  • во втором случае речь шла о недоимке в размере 30 млн руб.

В отношении обеих компаний ФНС понизила уровень риска. Это значит, что организациям не грозят штрафные санкции, уголовная ответственность, а также выездные проверки. Поэтому в Петербурге решили провести эксперимент с этим направлением. Возможно, в будущем такая практика будет действовать по всей России. 

Какие вопросы можно решить с помощью медиатора?

Медиация – это процедура урегулирования споров с участием третьей стороны. Медиатор, будучи независимым приглашенным экспертом, помогает предпринимателям и представителям налоговой службы достигнуть взаимопонимания по вопросам, связанным с хозяйственной деятельностью организации или ИП.

Медиативные соглашения не должны противоречить закону или менять «правила игры» (п. 27 Постановления ВАС РФ № 50 от 18.07.2014). Поэтому медиатор не может договориться с ФНС о снижении налоговой ставки или набежавших пеней, равно как освободить от обязанности по уплате налогов. 

Проще говоря, стороны не могут договориться о взаимных уступках: задача медиатора – максимально полно и достоверно прояснить для каждой стороны обстоятельства, сложившиеся в рамках конкретной ситуации. 

После ознакомления с мнением сторон и документами, медиатор может указать на факты, способные скорректировать сумму налоговых обязательств, исправить расхождения в налоговой отчетности или устранить риски совершения правонарушений. В качестве таких факторов стороны могут рассмотреть:

  • смягчающие обстоятельства;
  • ранее неучтенные суммы расходов или налоговых вычетов;
  • подтверждение правовой квалификации бизнесмена (расходы экономически обоснованы и подтверждены документально, использование налоговых режимов правомерно, величина потерь не превышает средние показатели по отрасли и пр.).

Участие медиатора в диалоге между налогоплательщиком и ФНС позволяет обойтись без выездной проверки, снимает возникшие вопросы и помогает предпринимателю разобраться с налоговыми обязательствами.

Эксперты Неба могут взять на себя разговор с ФНС или помочь составить грамотный ответ на требование налоговиков. Напишите на help@nebopro.ru и наши менеджеры свяжутся с вами.

Как проходит медиация?

Механизм налоговой медиации регулируется Федеральным законом № 193-ФЗ от 27.07.2010. Согласно этому документу, стороны при взаимном согласии приглашают третью сторону – медиатора. Для начала процедуры нужно заключить соглашение о применении процедуры медиации и заверить его у нотариуса.

Налогоплательщик может выбрать несколько медиаторов или ограничиться услугами одного эксперта. Если ФНС навязывает вам своего медиатора, вы можете отказаться: по закону для назначения посредников нужно согласие обеих сторон.

Далее процедура проходит следующим образом:

  1. Медиатор встречается с каждой стороной по очереди, чтобы выслушать точку зрения, изучить представленные факты и документы.
  2. Независимый эксперт организует совместную встречу, на которой в спокойной, уважительной и доброжелательной обстановке проходит обсуждение ситуации.
  3. Если за одну встречу вопрос решить не удалось, медиатор может организовать дополнительные совещания.
  4. Участники могут в любой момент прекратить процедуру, если посчитают дальнейшие беседы бесперспективными.

После того как стороны пришли к согласию, все участники оформляют медиативное соглашение. Будучи заверенным у нотариуса, документ послужит гарантией исполнения обязательств каждой стороны.

Медиативные соглашения являются конфиденциальными: в отличие от решений суда их не будут публиковать в открытом доступе. 

Разберем на примере, как проходит медиация в реальных условиях:

  1. ФНС в ходе камеральной проверки выявляет недочеты. Например, недоимку по НДС или незаконные, на взгляд инспекторов, вычеты.
  2. В адрес организации отправляют информационное письмо, где перечисляют все претензии.
  3. Компания не соглашается с мнением ФНС. 
  4. Сотрудников организации приглашают в налоговую для беседы. Но обе стороны остаются при своем мнении.
  5. ФНС предлагает процедуру медиации. Кстати, инициатором может выступить и представитель бизнес-сообщества.
  6. Руководство компании после консультаций с юристами и учредителями соглашается на переговоры, заключает соглашение о медиации и заверяет его у нотариуса.
  7. Стороны ведут переговоры при участии медиатора. 
  8. Итог соглашения: компания подает уточненную отчетность, ФНС предоставляет рассрочку на погашение долга по НДС, начисленные штрафы отменяются, при расчете налоговой базы учитываются ранее пропущенные расходы. 

Что будет, если компания умышленно откажется выполнять взятые на себя обязательства? К примеру, не оплатит недоимку по налогам? В этом случае в организацию с выездной проверкой придут налоговики, да к тому же еще и выпишут штраф в размере 40% от суммы недоимки (п. 3 ст. 122 НК РФ). 

Плюсы и минусы медиации для бизнеса и ФНС

Участие медиатора повышает шансы на взаимовыгодное решение спора, в том числе:

  • доначисление налогов в бюджет;
  • улучшение показателей по сбору отчислений;
  • экономия ресурсов государства – нет расходов на организацию выездной проверки и судебных разбирательств;
  • экономия на услугах юриста и судебных издержках для бизнеса;
  • отмена начисленных штрафов;
  • рассрочка оплаты недоимки без обеспечения имуществом или банковской гарантией;
  • отказ от выездной проверки или возбуждения уголовного дела.

Впрочем, есть существенные минусы:

  1. ФНС может простить только штрафы – все начисленные пени придется оплатить.
  2. Медиатор не оказывает юридических или консультационных услуг. Все предложения по урегулированию спора он вносит с согласия сторон. Именно поэтому в сложных ситуациях лучше заручиться поддержкой опытного адвоката. 
  3. По результатам работы медиатор и налогоплательщик подписывают медиативное соглашение. Если документ заверить у нотариуса, то он станет исполнительным, то есть ФНС сможет передать его на взыскание. О том, что заверять соглашение у нотариуса не обязательно, налоговики предпочитают умалчивать. 
  4. На время проведения медиативной процедуры приостанавливаются сроки исковой давности. К примеру, налоговая обнаружила несостыковки в старой отчетности и пригласила на беседу представителей компании. Срок исковой давности по этим документам подходит к концу: если предприниматель согласится на медиацию, то сроки заморозят, а значит у налоговиков будет достаточно времени для всестороннего изучения вопроса и обоснования своих претензий. 

Остается открытым вопрос оплаты услуг медиатора. Согласно ч. 3 ст. 15 ФЗоПМ, деятельность медиатора не является предпринимательской, а значит не направлена на извлечение прибыли. Поэтому частные посредники могут выбирать между платным и бесплатным оказанием услуг. 

Кто должен платить, если в переговорах участвует платный медиатор? Во сколько обойдется такое посредничество? Пока что закон не определяет размер вознаграждения медиатора, а также кто и в каких долях должен оплачивать услуги посредника. В бюджете ФНС расходы на медиаторов не заложены, поэтому эксперты опасаются, что финансовый вопрос будут решать за счет бизнеса.

Налоговые консультанты и юристы уверены: от медиации лучше отказаться, если у предпринимателя есть реальные шансы через суд снизить размер налоговых обязательств, сократить штрафы и доначисления. 

Сложности применения процедуры медиации в России

По закону в основе процедуры лежит принцип равноправия сторон: здесь нет истца и ответчика, нет цели найти виновного. В идеале медиатор должен гарантировать спокойную атмосферу взаимоуважения и неформального общения равных оппонентов.

На практике же предприниматель сталкивается с крупной структурой, которая может привлечь на свою сторону юристов, финансистов, полицию, Следственный комитет и пр. Не всегда представители малого и среднего бизнеса смогут на равных противостоять ФНС из-за ограниченности ресурсов, хотя в практике есть немало случаев, когда в ходе разбирательств суд вставал на сторону предпринимателей.

Читайте также:  Повторение – мать учения: отправка фас дел на «повторку» устраняет ошибки

Впрочем, основная сложность – отсутствие законодательной базы. Сейчас договорное регулирование взаимоотношений ФНС и налогоплательщика недопустимо по закону: медиаторам запрещено вмешиваться вне зависимости от стадии разрешения спора. Опыт петербургской ИФНС – это эксперимент, в котором нет четких правил:

  • не прописаны требования к квалификации медиатора;
  • не рассмотрен вопрос вознаграждения посредника;
  • нет правовых гарантий равенства сторон;
  • не определен правовой статус медиатора;
  • не достигнут баланс между сутью механизма медиации и законодательным регулированием налоговых отношений.

По мнению экспертов, налоговая медиация обладает большим потенциалом, однако для этого нужно пересмотреть действующее законодательство и разработать новые правовые принципы для примирительных процедур. Пока что опыт петербургских инспекторов остается смелым экспериментом и единственным преданным огласке случаем применения налоговой медиации в России.

Медиация в налоговых правоотношениях

 Финансовая газетаФинансовая газета

Как заявляют питерские налоговики, пределы содержания медиативного соглашения налоговые органы определяют в соответствии с п. 27 Постановления Пленума ВАС от 18.07.2014 № 50. В нем среди прочего указано: «При рассмотрении налоговых споров допустимо заключение соглашений об их урегулировании, в которых сторонами могут быть признаны обстоятельства, от которых зависит возникновение соответствующих налоговых последствий (например, признание налоговым органом не учтенных в ходе мероприятий налогового контроля сумм расходов и налоговых вычетов, влияющих на действительный размер налоговой обязанности, признание наличия смягчающих обстоятельств, приводящих к уменьшению размера налоговых санкций, и др.)».

Таким образом, медиативным соглашением может быть изменен размер налоговой обязанности налогоплательщика.

Например, в ситуации, когда в ходе медиации будут представлены доводы о смягчающих вину обстоятельствах, снижающих налоговые санкции, или данные о вычетах (расходах), первоначально не учтенных в ходе мероприятий налогового контроля.

Если же таких функций у медиатора не будет, то налоговая медиация будет экзотической процедурой для крупных налогоплательщиков, руководство которых пожелает избежать неблагоприятных последствий в виде субсидиарной ответственности и уголовного преследования.

https://www.youtube.com/watch?v=yUeASc18cqc

Остается нерешенным и ряд других вопросов. Например, о том, кто будет оплачивать услуги медиатора – налогоплательщик, налоговый орган или же, например, пополам – компания и бюджет.

Тем не менее, на мой взгляд, налоговая медиация может стать востребованной процедурой на стадии предварительного анализа, в тех случаях, когда налогоплательщик чувствует, что его позиция в предстоящем налоговом споре не безупречна.

Но в целом эксперты пока очень осторожны в своих прогнозах относительно будущего этой новации (см. на стр. 12–13). Многие отмечают как наличие успешного зарубежного опыта в этой области, так и потенциальную перспективность такого подхода в России. Но говорят и о спорности, и даже об авантюрности подобной практики.

Владимир Кузнецов, председатель Общероссийского профсоюза медиаторов

– Заключение медиативного соглашения, как и мирового, – это всегда нахождение компромисса между участниками, то есть каждой из сторон приходится отказываться от части своих требований или корректировать их. Особенность медиации между ФНС и налогоплательщиком заключается в высоком уровне сложности достижения такого компромисса.

Как правило, бизнес не согласен с результатами налоговых проверок и настроен на активную судебную защиту своих интересов. Налогоплательщики рассчитывают значительно уменьшить размер доначислений и штрафов. Речь не идет о снижении на 5–10%.

Законопослушные налогоплательщики, которые изначально не имели умысла использовать незаконные способы ухода от налогообложения, настаивают на своей абсолютной невиновности и правильности исчисления налогов.

В ряде случаев они видят и готовы признать ошибки компании в части оптимизации налогов, но в существенно меньшем объеме.

Для внедрения медиации здесь необходимо, безусловно, какое-то политическое решение на уровне ФНС России. Ключевым показателем будет соотношение объема уплаченных налогов и фактических (реальных) сроков поступления денег в бюджет.

Конечно, нельзя ориентироваться исключительно на скорость уплаты налогов. При доначислении в 100 млн рублей договориться об уплате 1 млн рублей, зато на следующий день – абсурд.

Как, наверное, противоречит здравому смыслу и измерение эффективности работы налоговой системы только по объему доначислений на бумаге.

Разумеется, любое снижение должно быть обосновано, в том числе экономически. Это очень тонкий момент. Общероссийский профсоюз медиаторов и я, как его председатель, должны со своей стороны сделать все возможное, чтобы ФНС была готова к такой медиации.

Очень важно понимать преимущества альтернативного урегулирования споров, проводимого грамотным профессиональным посредником. Выгоду должны получить и бизнес, и государство.

Перевод конфликта интересов в плоскость судебного разбирательства – это всегда увеличение сроков. Пока идет суд, обе стороны задействуют значительные ресурсы, которые, как и время, приводят в конечном итоге к финансовым потерям.

Медиация поможет существенно снизить все эти издержки.

Сергей Кошелев, руководитель проекта «АналогиЯ», налоговый консультант, государственный советник РФ 2-го класса

– Федеральная налоговая служба – это не только фискальный орган, но и, как она сама себя позиционирует, сервисная служба. Почувствовав напряжение налогоплательщиков во взаимоотношениях с инспекциями, вызванное их некорректными действиями, а также запрос общества на диалог с властью, еще и накануне выборов в Госдуму, она решила использовать ласкающий слух и успокаивающий термин «медиация».

Налоговая медиация, по моему мнению, – это миф.

Удобная, новая, красивая обертка комиссий по побуждению, использующихся периодически в сложные моменты взаимоотношений с налогоплательщиком, позволяющая снять напряженность, показать: мы готовы к бесконфликтному администрированию и диалогу.

На этой волне в свое время были созданы отделы аудита и процедура досудебного урегулирования споров. Работающий инструмент, позволяющий снять напряженность и проводить бесконфликтное администрирование.

Что мешает использовать этот инструмент эффективно сейчас? Как и везде, это отчетность (эффективность показателей и материальное стимулирование на их основе инспекторов).

При рассмотрении возражений налогоплательщика на действия инспекции в той же инспекции, действия которой обжалуются, или в Управлении срабатывают эффект «чести мундира» и необходимость выполнения других, более значимых в удельном весе оценки эффективности показателей.

Претензии (доначисления) предъявляются инспекцией в одном периоде, и даже если плательщик прав и в дальнейшем она проиграет в суде, то все равно это будет уже в другом, отдаленном периоде (с учетом длительности рассмотрения судами).

Эту проблему, возможно, решит перевод рассмотрения жалоб на уровень Межрегиональных инспекций, показатели работы которых не будут зависеть от инспекций и Управления.

Должностные лица налоговых органов на различных встречах и брифингах не раз говорили, что сумма вменяемых налогов и пеня не могут быть предметом медиации – лишь штраф.

Получается, что существующий порядок досудебного обжалования более широк, чем медиация.

А правильно построенный (в рамках НК РФ, с четким соблюдением его статей) процесс коммуникации налогоплательщика с налоговым органом снимает все предпосылки к возможным необоснованным претензиям в ходе «камералки» и ППА.

Все это схоже с сюжетом «1984» Оруэлла с его министерствами изобилия, мира, любви… Как ты его ни назови – досудебный аудит, медиация или сервисная служба, сам процесс обеспечения роста поступлений в бюджет будет оставаться неизменным.

Как в «Ну, погоди!», волк всегда будет пытаться догнать и съесть зайца. Поэтому считаю, что имеющиеся инструменты администрирования позволяют его проводить бесконфликтно.

И сейчас просто сторонам необходимо соблюдать нормы НК РФ, а не показатели ФНС.

Юлия Крохина, руководитель практики бюджетного права МКА «Арбат», завкафедрой правовых дисциплин Высшей школы государственного аудита (факультет) МГУ им. М.В. Ломоносова, профессор, доктор юридических наук

– Федеральный закон от 27 июля 2010 года № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» прямо запрещает применение процедуры медиации в налоговых спорах на любой стадии.

Однако ФНС России начала эксперимент по ее использованию в области налоговых споров, а также не исключает применения медиативных подходов в ходе организации работы с налогоплательщиками при досудебном разрешении налоговых споров.

Все предусмотренные российским правом способы примирения сторон в налоговых спорах не универсальны и не имеют потенциала к массовому применению: налоговый мониторинг используется только в отношении немногочисленного круга налогоплательщиков; заключение мировых соглашений допускается только на судебной стадии, а на практике либо полностью отвергается судами, либо распространяется только на условия, связанные с фактическими обстоятельствами. При разрешении таких споров с помощью медиации речь должна идти не о взаимных уступках (это не частное право!), а о взаимном максимально полном и достоверном выяснении всех обстоятельств, которые имели место в конкретной ситуации. Это и есть форма примирения в публичных отношениях.

В ряде стран (Бельгия, Германия, Нидерланды, США) есть положительный опыт разрешения налоговых споров с помощью медиации. Достижение соглашения позволяет не только получить в бюджет суммы неуплаченных налогов, но и сократить издержки (например, затраты на выездную проверку, судебный процесс).

Однако следует учитывать, что повышение эффективности института досудебного урегулирования налоговых споров, в том числе с помощью медиации, оказывает прямое влияние на показатели результативности судебной работы налоговых органов. Это может привести к злоупотреблениям налоговых органов на досудебной стадии примирения, склонению налогоплательщика не только пряником, но и кнутом к «перемирию».

Вопрос возможности применения медиативных процедур на всех стадиях налогового спора требует серьезной научной и практической проработки.

На мой взгляд, применение налоговой медиации лишь на досудебной стадии ограничит процессуальные возможности сторон по примирению на любой стадии арбитражного процесса, вплоть до стадии исполнительного производства.

Не секрет, что часто условия для примирения возникают именно при рассмотрении налогового спора в суде. Однако здесь возникнет конкуренция медиации с судебными способами урегулирования спора (например, мировое соглашение).

Читайте также:  «КИТ Финанс»: два миллиона рублей за три месяца работы

Необходимо четко определить правовой статус медиатора в налоговых спорах. Безусловно, что процедура медиации должна проводиться независимым профессиональным медиатором, специализирующимся на налоговых спорах. Обеим сторонам следует предоставить возможность участия в процедуре его выбора.

Чтобы обеспечить принцип равноправия сторон, медиатор не должен назначаться государством. Не менее сложен вопрос квалификации медиатора. Она должна быть не меньшей, чем у представителей налогоплательщика и налогового органа.

В противном случае закономерен вопрос: если стороны не смогли урегулировать спор самостоятельно, исходя из своих знаний и опыта, то почему они должны доверить свою финансовую судьбу стороннему посреднику? Здесь, на мой взгляд, следует обратить внимание на институт налоговых консультантов, который вполне может быть использован для организации качественной помощи в примирении сторон.

Если введение налоговой медиации неизбежно, то вижу такими ее правовые рамки. Она должна быть возможна только после начала стадии досудебного обжалования и может быть инициирована обеими сторонами налогового спора. Медиация должна быть бесплатна для налогоплательщика.

Медиативное решение не должно быть обязательным для сторон, они должны иметь право не учитывать замечания, рекомендации медиатора. Выводы медиативного решения не должны иметь силу административного прецедента, а быть обязательными только для сторон конфликта и исключительно по данной конкретной ситуации.

Следует предусмотреть, что соглашение может быть достигнуто частично, а оставшиеся вопросы – вынесены на рассмотрение вышестоящего налогового органа или суда.

Ольга Сафонова, юрист адвокатского бюро CTL, член Палаты налоговых консультантов

– Медиация в налоговой сфере имеет ряд особенностей, что связано с содержанием самого спорного публичного правоотношения, в рамках которого в настоящий момент недопустимо договорное регулирование прав и обязанностей налогоплательщика и налоговой инспекции. Это существенно снижает сферу применения налоговой медиации.

Кроме того, редакция п. 5 ст. 1 Федерального закона от 27.07.2010 № 193-ФЗ прямо говорит, что медиация не применяется, если споры затрагивают или могут затронуть публичные интересы. Вопрос соблюдения баланса между законодательным регулированием налоговых правоотношений и сути медиации как саморегулируемой процедуры – самый актуальный на данный момент, требующий внесения изменений в закон.

С другой стороны, до необходимых изменений в законе отсутствие открытого конструктивного диалога налоговых органов с предпринимателями затрудняет ведение бизнеса в стране и приводит к значительным судебным и временным затратам с обеих сторон. Таким образом, на сегодняшний момент, на мой взгляд, именно налоговая медиация может стать эффективным механизмом для вывода бизнеса «из тени».

Итогом проведения медиации может быть не только заключение медиативного соглашения, но и соглашение сторон по обстоятельствам дела, частичный или полный отказ от претензий со стороны налогового органа и (или) признание их со стороны налогоплательщика. Результат будет в существенном ускорении рассмотрения и более качественном разрешении спора в суде.

На мой взгляд, медиация имеет большой потенциал в сфере налоговых правоотношений как альтернатива досудебному урегулированию спора. Но прежде бизнесу и налоговому органу необходимо осознать значимость самой процедуры.

– Медиация в налоговых взаимоотношениях бизнеса с ФНС – реальность или авантюра? Я склонен думать, что авантюра, и сейчас попробую объяснить свою позицию.

Основоположником налоговой медиации можно по праву считать налоговиков Санкт-Петербурга, которые уже не первый месяц активно пиарят это направление, рассказывая, какое это благо и как всем (бизнесу и государству в лице налоговой) будет от этого хорошо. Да вот только плюсы что-то не просматриваются.

В совете судей думают о примирении // обязательный досудебный порядок предложен для трудовых дел, споров об общем имуществе и с налоговыми органами

Верховный суд (ВС) и Совет судей продолжают искать пути снижения нагрузки на судей путем развития досудебного урегулирования споров и примирительных процедур.

На сегодняшнем пленарном заседании Совета судей его глава Виктор Момотов говорил о возможности введения обязательной процедуры судебного примирения по спорам о разделе совместно нажитого имущества, по трудовым спорам. Кроме того, он допустил введение обязательного досудебного порядка по спорам между гражданами и налоговыми органами.

Глава ВС Вячеслав Лебедев озвучил предложение ввести обязательный досудебный порядок для экономических споров из публичных правоотношений, в том числе в сфере антимонопольного и таможенного законодательства.

Суды рассматривают большое количество дел, в которых спор как таковой отсутствует, а решения не обжалуются, отмечал Виктор Момотов. Судьи завалены делами и вынуждены в короткие сроки перерабатывать огромные объемы информации.

«Жизнь и работа стали для них уже синонимами», — говорил глава Совета судей.

Он опасался, что качество рассмотрения дел может оказаться под угрозой, ведь «человеческий интеллектуальный ресурс в правосудии — ключевой компонент, без которого невозможно обеспечить полноценную защиту прав и свобод граждан».

Для снижения нагрузки в Совете судей предлагают использовать потенциал досудебного урегулирования споров и примирительных процедур.

Однако, несмотря на привлекательность примирительных процедур, количество споров, в которых стороны примиряются после обращения в суд, остается крайне низким.

Виктор Момотов привел пример: с 2011 по 2020 год медиация использовалась при рассмотрении менее 0,01% дел судами общей юрисдикции и при рассмотрении около 0,002% дел арбитражными судами.

Для продолжения развития института примирения сторон в Совете судей предлагают расширять круг споров, по которым стороны обязаны использовать досудебное урегулирование (оно не ограничивается при этом только претензионным порядком).

Например, ввести такие процедуры по делам о разделе совместно нажитого имущества, об определении порядка общения с детьми, по трудовым спорам. Еще одно предложение озвучил Вячеслав Лебедев: ввести обязательный досудебный порядок для экономических споров из публичных правоотношений, в том числе в сфере антимонопольного и таможенного законодательства.

Кроме того, ВС планирует принять постановление Пленума по досудебному урегулированию споров в гражданском и административном судопроизводствах.

Допускает Виктор Момотов и расширение сферы использования обязательных досудебных примирительных процедур по спорам с участием органов власти.

Например, передавать налоговые споры с участием граждан сначала в вышестоящий налоговый орган и только после этого, в случае недостижения удовлетворительного результата, в суд.

Если такая обязательная примирительная процедура закончится безрезультатно и заявитель будет вынужден обращаться в суд, то госорган и заявитель должны составить протокол с перечислением юридически значимых фактов, которые сторонами не оспариваются. Этот механизм есть в Германии, сказал глава Совета судей.

Рассказал глава Совета судей и про судебных примирителей. Этот институт появился в законодательстве в октябре 2019 года. Но пока граждане неактивно прибегают к судебному примирению.

По данным Виктора Момотова, в 2020 году с участием судебного примирителя окончено 798 гражданских дел и 1 административное дело в судах общей юрисдикции. В статистику не вошли отказ от иска, признание иска ответчиком в результате применения.

Это существенный показатель работы судебного примирителя, но в целом это говорит о низком уровне использования возможностей такой примирительной процедуры, говорил выступавший.

Чтобы поощрять применение сторонами примирительных процедур, Совет судей предлагает экономические стимулы. Сейчас такие механизмы уже есть. Например, в 2019 году в ст. 333.40 НК были внесены изменения о дифференцированном возврате госпошлины, если стороны используют результаты примирения.

В первой инстанции может быть возвращено 70%, в апелляции — 50%, в кассации и надзоре — 30% от уплаченной при обращении в суд госпошлины.

Следующий возможный шаг, говорил Виктор Момотов, — ввести правила, которые освобождают должника от уплаты исполнительского сбора при заключении мирового соглашения на стадии исполнительного производства.

«Необходимо создать такую экономическую модель правосудия, которая сделает экономически привлекательными досудебные процедуры примирения и будет материальным барьером для необоснованных исковых требований недобросовестных участников судебного процесса», — говорил глава Совета судей.

О других планах по развитию законодательства рассказал глава ВС Виктор Лебедев. Так, ВС предлагает увеличить порог требований для судебного приказа в гражданском и арбитражном производстве до 1 млн руб. (сейчас 500 тыс.).

Для рассмотрения дел в упрощенном порядке ВС предлагает увеличить сумму требований до 500 тыс. в гражданском судопроизводстве (сейчас 100 тыс.), а в арбитражном — до 800 тыс. для ИП (сейчас 400 тыс.

) и до 1,6 млн для организаций (сейчас 800 тыс.).

Наконец, в этом году ВС планирует принять постановления Пленума о преступлениях против интересов службы в коммерческих организациях (гл.

23 УК) и внести изменения в постановления Пленума о компенсации за нарушение права на судопроизводство и исполнение судебного акта в разумный срок, об особом порядке рассмотрения уголовных дел, о судебной экспертизе и рассмотрении уголовных дел в кассации.

Изменить текст нужно в связи с поправками в законодательстве, которые появились с момента принятия постановлений Пленума.

Гульнара Исмагилова 

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *