Доказать нарушение амз в суде? можно и без решения антимонопольщиков

Доказать нарушение АМЗ в суде? Можно и без решения антимонопольщиков

Если вас обвиняют в мошенничестве, можно попасть под УК РФ, а в дальнейшем и за решетку. Суть обвинения заключается в получении неправомерной выгоды посредством обманных или иных действий.

При этом потерпевшая сторона передает деньги или собственность с уверенностью, что поступает правильно. В такой ситуации трудно рассчитывать на собственные силы, ведь речь идет об обвинении по статье 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Ниже рассмотрим, куда обращаться в такой ситуации, и как защищаться от ничем не подкрепленных обвинений.

Мошенничество: общие положения

В статье 159 УК РФ сказано, что мошенничество — преступное деяние, которое осуществляется по отношению к другому человеку посредством создания доверительной атмосферы и дальнейшего обмана.

Пострадавший под влиянием второй стороны позволяет забрать какое-либо имущество без сопротивления. Задача следствия в том, чтобы доказать факт мошеннических действий.

В результате злоумышленник отвечает за преступление по упомянутой выше статье.

Бесплатная консультация юриста по защите от обвинений>>

К категории мошенничества относятся:

  1. Обманные конкурсы и лотереи.
  2. Реализация какой-либо продукции с необходимостью оплаты части стоимости товара.
  3. Подделка документов и увеличение таким способом стоимости продукции.
  4. Мошенничество с объектами недвижимости, чаще всего при сделках покупки-продажи.
  5. Мошеннические действия в секторе ЖКХ и сфере управления многоэтажными объектами.
  6. Совершение преступных деяний на работе.
  7. Преступления в банковской сфере связанные с кредитами и иными финансовыми услугами.

Указанный выше перечень можно продолжать бесконечно. Причина в том, что в ст. 159 УК РФ слишком поверхностно рассматривается вопрос мошенничества и нет точного определения этого термина. Следовательно, под эту категорию подпадают многие преступные деяния.

Ложное обвинение

Заявитель обязан подкреплять слова доказательствами. В ином случае уже он может стать жертвой преследования со стороны правоохранительных органов. Такая ситуация возможна в следующих случаях:

  1. Голословное, то есть не подкрепленное доказательствами обвинение со стороны другого человека. Обвинитель не понимает сути преступления и при этом обращается в правоохранительные органы по первому (в том числе надуманному) поводу.
  2. Специальный наговор. В таком случае обвинитель ставит первостепенной задачей обвинить другого субъекта в преступлении, которое тот не совершал. Конечная цель заключается в том, чтобы ухудшить репутацию другого человека или даже посадить его в тюрьму. Такие действия считаются преступлением.
  3. Обвинитель не обвиняет заявителя, но при этом просит проверить, имеется ли факт совершения преступного деяния.

В ст. 159 УК РФ предусмотрено много ситуаций, когда партнеры обвиняют друг друга в противоправном поведении для вытеснения с рынка. При этом они предлагают проверить деятельность контрагента и озвучивают заведомо поддельное доказательство вины. Такие ситуации нередко случаются в бизнес-сфере.

Похожие ситуации возможны и в случае со страховщиками, которые не желают выплачивать деньги в полном объеме. Для этого они заявляют о факте мошенничества со стороны страхователя. Они утверждают, что автовладелец специально попал в ДТП или создал условия для страхового случая и получения выплат.

Что делать в случае обвинения

Люди часто не представляют, что делать, и куда обращаться, если их обвиняют в мошенничестве. Их вводит в ступор ситуация, когда знакомый человек вдруг заявляет о противоправных действиях, которых на практике могло и не быть. Он обращается в полицию и рассказывает о попытке завладения имущества в корыстных целях во время доверительных отношений.

Если вас пытаются привлечь к ответственности по ст. 159 УК РФ, необходимо срочно идти к юристу и просить у него защиты. Попытки предпринять шаги по «усмирению» заявителя не дают результата. Если другой человек решит обвинить в мошенничестве для получения какой-либо выгоды, он вряд ли заберет заявление о мошенничестве. Представители полиции обязаны среагировать и открыть дело.

Важно учесть, что на начальной стадии уголовного дела обвиняемая сторона вправе рассчитывать на помощь адвоката. Это правило действует всегда и не зависит от преступного деяния. Но здесь имеется риск, что назначенный защитник не проявит необходимого рвения в защите интересов клиента. В таком случае может потребоваться помощь платного юриста по уголовным делам.

Полезные советы

Если на вас наваливаются обвинения в мошенничестве, следуйте простым советам:

  1. Откажитесь от участия в любых мероприятиях по расследованию дела без привлечения адвоката.
  2. Ни в коем случае не ставьте подпись ни в одном документе без совета с юристом.
  3. Не пытайтесь решить вопрос мирным путем с якобы потерпевшим, который подал заявление. Он может обернуть это против вас и обвинить в дополнительном давлении.
  4. Внимательно подойдите к сбору доказательной базы и ее передаче по требованию полиции. Важно учесть, что именно письменные документы лежат в основе любого дела.
  5. Слушайтесь адвоката и следуйте выработанной стратегии. Это актуально для всех этапов разбирательства.

При создании плана защиты важно доказать, что обвинение несет незаказной характер, а обвинитель заинтересован в привлечении якобы мошенника к ответственности. Для решения этого вопроса необходимо предъявить адвокату мельчайшие детали дела. Если у обвинителя на руках 100-процентная доказательная база, задача адвоката оказать максимальную помощь и минимизировать уровень ответственности.

Для решения задачи адвокат должен свести к минимуму реальный размер нанесенного ущерба для переквалификации дела на менее тяжкий состав. Кроме того, если юристу удастся доказать минимальность ущерба (до 1000 рублей), дело могут переквалифицировать на административное правонарушение. Наказание по таким делам много меньше, чем уголовное преследование.

Чем поможет квалифицированный юрист

Эксперты рекомендуют обратиться к юристу в случае, когда из полиции приходит информация о факте поступления обвинения, выраженном в подаче заявления.

Если затянуть с ответом и действовать на более поздней стадии, решить вопрос будет трудно.

Правоохранительные органы отправляют уведомление только в том случае, если на руках имеется достаточная доказательная база для старта процесса по ст. 159 мошенничество.

Бездействовать не нужно, ведь в случае успеха обвинения можно получить крупный штраф или оказаться в тюрьме на срок до двух лет. При наличии отягчающих факторов срок заключения может быть еще выше.

Адвокатская помощь подразумевает конкретные меры, подразумевающие следующие шаги:

  1. Внимательное рассмотрение дела, изучение фактов и доказательств обвиняемого. Сразу проводится проверка действительности обвинения, имеет ли место фальсификация информации.
  2. Помощь в опровержении обвинения и составлении обжалования. Если это требуется, оформляется встречное исковое заявление в суд, формируется план защиты.
  3. Поддержка в сборе материалов для опровержения.
  4. Участие в судебных заседания, создание стратегии защиты против обвинения.

В процессе судебного разбирательства юрист остается все время с клиентом и выявляет факт обмана, если таковые имеются, доказывает невиновность клиента.

Итоги

Обвинение в мошенничестве несет серьезные риски. Вот почему нельзя оставаться в стороне и наблюдать за разрешением ситуации. Если своевременно не принять меры, можно оказаться за решеткой, и тогда уже никто не сможет спасти от крупного штрафа, принудительных работ или даже тюрьмы.

Помощь адвоката в защите от обвинений в мошенничестве

Получите бесплатную консультацию у наших ведущих адвокатов и юристов. Заполните форму ниже и наш специалист свяжется с Вами в ближайшее время.

(20

Верховный суд указал ФАС России на незаконный отказ в возбуждении антикартельного дела

Доказать нарушение АМЗ в суде? Можно и без решения антимонопольщиков

Как следует из материалов дела и установлено судами, оспариваемое решение вынесено антимонопольным органом по результатам рассмотрения заявления общества о наличии в действиях обществ «ВМЗ», «ЕВРАЗ НТМК» (производители) признаков нарушения пунктов 1 и 2 статьи 10, статей 11 и 11.1 Закона о защите конкуренции, что выразилось в поддержании монопольно высокой цены на колеса в период с декабря 2016 года по июнь 2019 года, изъятии продукции из обращения, в результате которого произошло повышение цены на продукцию, а также заключении антиконкурентного соглашения между производителями и осуществлении между ними согласованных действий.

Отказывая в возбуждении антимонопольного дела, ФАС России, ссылаясь на пункт 2 части 9 статьи 44 Закона о защите конкуренции, указала, что в действиях обществ не была установлена совокупность признаков, необходимых для квалификации действий лица в качестве недобросовестной конкуренции.

Рассматривая спор, суды руководствовались положениями Закона о защите конкуренции», Административным регламентом Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденным Приказом ФАС России от 25.05.2012 № 339.

Читайте также:  Исчезающий суд и ускользающая победа. Тайны судебной статистики

Признавая незаконным отказ антимонопольного органа в возбуждении дела по признакам нарушения антимонопольного законодательства, суды исходили из того, что административным органом не представлены доказательства надлежащего исследования заявления общества на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые данное лицо указывало при обращении в антимонопольный орган, а также отсутствовала оценка доказательств, на которые заявитель ссылался в подтверждение этих доводов. В частности, решение антимонопольного органа не содержит мотивов, по которым антимонопольный орган отклонил доводы общества о нарушении обществом «ЕВРАЗ-НТМК» пункта 1 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции в ноябре 2018 года – июне 2019 года, пункта 2 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции в 2019 году.

«Это редкий случай в практике, когда заявитель смог доказать в суде, что ФАС не прав, отказывая в возбуждении дела о картельном сговоре. Теперь ФАС России придется повторно проверить указанные доводы заявителя на предмет нарушения АМЗ в действиях ООО “ЕВРАЗ-НТМК”»

– прокомментировали на канале Закупки и госзаказ.

Документ: Определение ВС РФ от 25 октября 2021 года №305-ЭС21-15096 по делу №А40-341712/19 

Верховный суд разъяснил, как применять антимонопольное законодательство | Компания права Респект

Если коммерческая организация занимается благотворительностью или иной общеполезной работой, не связанной с извлечением выгоды и конкуренцией, такая деятельность находится вне сферы антимонопольного регулирования.

Если выгода предполагается, пусть и не сразу, антимонопольные требования действуют. Пленум привел пример: компания не берет деньги за переданные потребителям товары, но потом получает плату за техобслуживание.

Эти же требования распространяются на некоммерческие объединения предпринимателей в части решений, которые влияют на рынок и позволяют зарабатывать членам объединения. Похожий вывод Верховный суд уже делал в 2018 году применительно к объединению автостраховщиков.

Группа лиц

При решении вопроса о том, входит ли лицо в группу, нужно учитывать не только формальные признаки, но и степень свободы в выборе поведения. Если компания самостоятельно определяет свое поведение, к ней может не применяться правовой режим группы при рассмотрении антимонопольных споров.

Несмотря на то, что группа лиц рассматривается как единый участник рынка, за нарушение антимонопольных запретов отвечают только ее виновные члены.

При доказывании картельного сговора между лицами, входящими в одну группу, которым заключение таких соглашений запрещено, необходимо подтвердить, что указанные лица являются конкурентами.

Критерии доминирующего положения

Говоря о критериях доминирующего положения, стоит отметить позицию Пленума относительного такого признака, как возможность ущемления интересов неопределенного круга потребителей.

Пленум отметил, что не требуется устанавливать точное число потребителей на тот или иной момент. Нужно оценить, могут ли быть нарушены в целом права потребителей (отдельной группы потребителей) как участников рынка. К аналогичному выводу Верховный суд уже приходил ранее.

Одного лишь факта, что в течение рассматриваемого периода на рынке не появилось новых конкурентов, недостаточно для признания компании доминирующей. Во внимание могут приняты следующие обстоятельства:

  • есть ли административные барьеры для доступа на рынок;
  • требуются ли для вхождения на рынок какие-то значимые экономические преимущества;
  • могут ли потребители на этом рынке перейти к новому участнику без существенных затрат.

Злоупотребление доминирующим положением

Общие моменты. Доминирование на рынке само по себе не запрещено. Запрещено злоупотреблять им. Похожее разъяснение ранее давал Президиум ФАС.

Тот факт, что доминирующая на рынке компания недобросовестно исполняет обязательства перед контрагентами или потребителями, сам по себе не говорит о нарушении антимонопольных запретов. Нужно установить, могла бы компания так себя вести при отсутствии доминирования.

Доказать отсутствие злоупотребления можно следующим:

  • компания соблюдала правила безопасности, установленные в соответствующей сфере, иные обязательные или обычные для этой сферы требования;
  • поведение компании экономически выгодно для контрагентов, которые будут с ней взаимодействовать.

Приказ о возбуждении дела о злоупотреблении можно оспорить, если на момент его издания факт доминирующего положения не был установлен. Например, не проводился анализ состояния конкуренции.

Навязывание невыгодных договорных условий. Пленум привел примеры навязанных невыгодных условий:

  • продажа первого товара при обязательной покупке второго, если товары можно использовать по отдельности или их по отдельности продают другие поставщики;
  • покупка дополнительного товара у конкретного производителя или пользование исключительно инфраструктурой определенного лица;
  • отказ предоставить гарантию качества на товар при отказе от покупки сопутствующего товара.

Довод о том, что покупатель не возражал против спорных условий при заключении сделки и исполнил ее, могут не принять.

Необоснованные различия в ценах на одни и те же товары. Не является злоупотреблением зависимость скидок от объема купленного у доминирующей компании товара, если они предоставляются контрагентам равным образом.

Необоснованное прекращение производства товара или отказ от заключения договора. Не имеет значения, является ли производство товара или заключение договора обязательным в силу закона.

При оценке обоснованности прекращения производства товара учитываются:

  • наличие на момент отказа от заключения договора объективной возможности производства или реализации товара, в том числе с учетом внешних условий его функционирования на рынке;
  • экономическая целесообразность производства товара на собственных условиях или условиях, предложенных контрагентом, с учетом ограниченности ресурсов хозяйствующего субъекта.

Пленум отметил, что к отказу от договора приравниваются:

  • неоправданное прекращение переговоров, когда другая сторона не могла этого ожидать;
  • предложение контрагенту таких условий, которые он объективно не сможет принять (в том числе из-за их явной невыгодности или противоречивости).

Монопольно высокие цены. Доминирующая компания не вправе закладывать в цену товара расходы, которые не имеют отношения к его производству и реализации. Экономически оправданными являются затраты, связанные с ростом цен на сырье.

Повышение цен, которое используется как инструмент для прекращения отношений с отдельными контрагентами, может быть квалифицировано как злоупотребление доминирующим положением. При этом цена не обязательно должна отвечать критериям монопольно высокой.

Антимонопольные требования к торгам

  • Пленум разъяснил: признанию торгов и заключенного по их результатам договора недействительными не препятствует то, что договор уже исполнен.
  • Потенциальный победитель торгов, чтобы потребовать возмещения убытков, не обязан заявлять отдельное требование о признании торгов недействительными.
  • Если участники договорились выйти на торги совместно только для того, чтобы они состоялись и не применялись правила заключения договора с единственным участником, их действия не квалифицируются как картельное соглашение.

Споры с антимонопольными органами

Пленум привел примеры существенных процессуальных нарушений, которые могут повлечь отмену решения или предписания проверяющих:

  • решение об установлении в действиях ответчика факта нарушения без ранее выданного заключения об обстоятельствах дела;
  • истечение сроков давности;
  • систематическое неуведомление о времени и месте рассмотрения дела;
  • отсутствие кворума при принятии решения;
  • лишение возможности ознакомиться с материалами дела.

В предупреждении о прекращении действий или бездействия, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, не может быть указано на применение мер принуждения (например, нельзя потребовать перечислить в бюджет доход, полученный в связи с нарушением). Аналогичный вывод был сформулирован ВС РФ ранее.

Лицо может устранить признаки и последствия нарушения действиями, отличными от тех, которые определены в предупреждении. Но в любом случае о принятых мерах или об отсутствии оснований для их применения необходимо сообщить антимонопольному органу в установленный срок.

Приказ о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства может быть оспорен в связи с истечением срока давности рассмотрения дела.

Тот факт, что компания не оспорила решение или предписание, не может расцениваться как согласие с установленными в них фактами при рассмотрении иска антимонопольного органа в суде.

Взыскание убытков в связи с антимонопольными нарушениями

Компания, пострадавшая от антиконкурентных действий других участников рынка, не обязана перед обращением в суд соблюдать административный порядок обжалования. Но, если на руках будет решение антимонопольного органа, подтверждающее факт нарушения, его можно использовать в суде. Повторно доказывать нарушение не потребуется.

Пленум указал возможные способы подсчета убытков от антимонопольного нарушения:

  • сравнить цены до, в период или после нарушения;
  • проанализировать показатели рентабельности по отрасли;
  • использовать иные инструменты анализа рынка, в том числе его структуры.

Пленум отметил: если издержки контрагента нарушителя были переложены на конечных потребителей, нарушитель не освобождается от возмещения убытков. Возмещается разница между уплаченной контрагентом завышенной ценой и названными издержками.

Обзор судебной практики. Топ антимонопольных споров. Выпуск № 1/2021

Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.11.2020 по делу № А40-189755/2019 (решение в пользу антимонопольного органа) 

Читайте также:  Обязательная перерегистрация уставов ооо, возможно, станет бессрочной

Участники дела

Прокуратура Московской области против ФАС России 

Резюме эксперта

ВС РФ и ФАС России напомнили, что никто не должен подвергаться наказанию дважды за одно и то же нарушение. Служба привлекла хозсубъект к ответственности за совершение правонарушения в период с 25 мая 2018 г.

по 29 мая 2019 г. Аналогичное нарушение в это же время не образует отличную объективную сторону деяния, не формирует множественность однородных административных правонарушений, а значит, за него нельзя наказать согласно ч. 5 ст.

4.1 КоАП РФ. 

Обстоятельства дела

Исполнитель по договорам гособоронзаказа ООО «СнабСтройТех» нарушил требования закона – не вел раздельный учет результатов хоздеятельности за период с 25 сентября 2018 г. по 29 мая 2019 г. 

В связи с этим прокуратура возбудила дело по ч. 1 ст. 15.

37 КоАП РФ и направила его в ФАС России для рассмотрения по существу. Регулятор установил, что ранее компанию уже привлекали к административной ответственности за аналогичное нарушение (за период с 25 мая 2018 г. по 29 мая 2019 г.).

Поскольку лицо не может быть дважды наказано за одно и то же правонарушение, производство по делу было прекращено на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. 

Прокуратура обжаловала постановление ФАС России в суде. Первая и апелляционная инстанции в удовлетворении требований отказали. 

Кассация отменила акты судов и поддержала прокуратуру, разъяснив:

  • период неведения раздельного учета результатов хоздеятельности по разным договорам не имеет значения для квалификации действий по ч. 1 ст. 15.37 КоАП РФ, поскольку каждое из совершенных деяний, несмотря на идентичность квалификации, содержит самостоятельный оконченный состав правонарушения в связи с разностью их объективной стороны;
  • различие объективной стороны деяний формирует в данном случае множественность однородных административных правонарушений, что не говорит о повторности привлечения к ответственности. 

ФАС России обратилась в ВС РФ. 

Решение ВС РФ и его обоснование

СКЭС не согласилась с выводами кассации и отметила следующее.

  1. КС РФ указывает, что одна из задач законодательства об административных правонарушениях – их предупреждение, а цель административного наказания – предупреждение совершения новых нарушений (Определение от 27.02.2020 № 497-О).

    Реализацию этой цели в аспекте общей и частной превенции обеспечивают неотвратимость наказания и введение соразмерных и справедливых мер юридической ответственности, позволяющих стимулировать участников отношений к правомерному поведению.

  2. Никто не может нести административную ответственность дважды за одно и то же правонарушение (ч.

    5 ст. 4.1 КоАП РФ). А позиция прокуратуры предполагает многократное применение наказания за любые отдельные нарушения исполнителем правил раздельного учета результатов хоздеятельности в рамках исполнения госконтрактов. Такой подход не отвечает требованиям соразмерности и справедливости наказания.

Постановление кассационного суда отменено, решения нижестоящих судов оставлены в силе. 

Участники дела

Гражданин против Московского УФАС России 

Резюме эксперта

Обжаловать бездействие УФАС (непроведение проверки соблюдения хозсубъектом требований антимонопольного законодательства) следует в рамках рассмотрения административного искового заявления в порядке, закрепленном КАС РФ. ВС РФ разъяснил, что подобные заявления не относятся к подведомственности арбитражных судов, поскольку бездействие регулятора в этих случаях не является ни решением, ни предписанием, которые оспариваются в арбитраже. 

Обстоятельства дела

Гражданин сообщил УФАС о наличии в действиях АО «Мособлгаз» нарушения ст. 10 и 14.2 Закона о защите конкуренции. Он просил провести проверку компании, истребовать необходимые документы и привлечь «Мособлгаз» к административной ответственности.

 

Не получив ответа на заявление, гражданин обратился в районный суд с административным исковым заявлением о признании незаконным бездействия начальника отдела антимонопольного контроля УФАС и возложении на УФАС обязанности провести проверку.

 

Суд вернул заявление в связи с неподсудностью. Апелляция и кассация также отказали в принятии административного иска. 

Первая инстанция, ссылаясь на ст. 52 Закона о защите конкуренции, заключила, что решения и предписания антимонопольного органа могут быть обжалованы только в арбитражном суде.

Кассация пришла к выводу, что требования об оспаривании бездействия должностного лица УФАС в рамках административного дела не относятся к делам, вытекающим из публичных правоотношений, и не подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства. 

Гражданин подал кассационную жалобу в ВС РФ. 

Решение ВС РФ и его обоснование

ВС РФ признал подходы судов неверными и указал на следующее.

  1. Гражданин оспаривал бездействие антимонопольного органа, не связанное с прекращением производства по делу в отношении «Мособлгаза». Он не требовал признать незаконным постановление УФАС о прекращении производства или иные решения, принятые в рамках административного дела.

  2. В суде можно оспорить бездействие административного ответчика путем уклонения от принятия решений либо совершения действий в рамках возложенных на него обязанностей (п. 4 ч. 2 ст. 220 КАС РФ).

    Закон о защите конкуренции обязывает антимонопольный орган обеспечивать контроль за соблюдением антимонопольного законодательства хозсубъектами, выявлять соответствующие нарушения, принимать меры по их прекращению и привлечению виновных в их совершении лиц к ответственности. Заявление физлица – одно из оснований для возбуждения и рассмотрения регулятором антимонопольного дела (п.

    1 и 2 ст. 22, п. 11 ст. 23, п. 2 ч. 2 ст. 39 Закона).

  3. Исходя из предмета иска и с учетом приведенных норм законодательства, выводы судов о рассмотрении требований гражданина в порядке, предусмотренном КоАП РФ, несостоятельны.

    Глава 30 КоАП РФ не предполагает возможность обжаловать иные решения и действия, кроме постановлений по административному делу и определения об отказе в его возбуждении. Также как не устанавливает правила обжалования бездействия должностных лиц в ходе производства по административному делу, тем более после его прекращения.

    Статья 52 Закона о защите конкуренции спорные отношения также не регулирует. А значит, требования гражданина не могут быть отнесены к подведомственности арбитражного суда.

ВС РФ направил дело в районный суд для рассмотрения со стадии принятия административного иска к производству.

 

Суд расценил это как понуждение поставщика продолжать договорные отношения на ранее согласованных условиях, что невыгодно для поставщика и создает конкурентные преимущества для сети. При этом суд счел условие договора, позволяющее поставщику не поставлять товар, если ретейлер не принял предложение об изменении цены, как создающее угрозу прекращения договора и наступления иных негативных для поставщика последствий. Это обстоятельство, по мнению суда, также подтверждает нарушение торговой сетью закона. 

Обстоятельства дела

Затраты АО «Нижнеломовский хлебокомбинат» на производство хлебобулочных изделий увеличились, для внесения изменений в договор поставки компания направила «Тандеру» письмо о повышении отпускных цен.

Торговая сеть оставила это обращение без рассмотрения и продолжила приобретать товар по старым ценам, которые были ниже отпускных и меньше, чем для иных контрагентов.

 

УФАС признало отказ принять предложение о повышении цен на продукцию нарушением подп. «г» п. 4 ч. 1 ст. 13 Закона о торговле. 

«Тандер» обжаловал решение антимонопольного органа в суде. Две инстанции встали на сторону ретейлера, посчитав, что его бездействие не является нарушением. 

УФАС подало кассационную жалобу. Суд округа удовлетворил жалобу, разъяснив несколько моментов.

  1. По договору между «Тандером» и хлебокомбинатом при отказе последнего от поставки товара существовала реальная угроза прекращения договорных отношений. Доля «Тандера» в объеме всех реализованных продтоваров на территории района более чем в два раза больше в сравнении с объемом реализации таких товаров другими торговыми сетями. Поэтому поставщик заинтересован в реализации товара через магазины «Тандера».
  2. Для продолжения сотрудничества с «Тандером» комбинат вынужден был поставлять товар по невыгодным для него ценам. Наличие угрозы прекращения договора свидетельствует о том, что торговая сеть навязывает поставщику невыгодные условия.
  3. Розничные цены в магазинах «Тандера» на хлебобулочные изделия в проверяемый период были ниже, чем отпускные цены поставщика другим контрагентам. Это создавало для ретейлера конкурентные преимущества. При этом суды не учли, что запрет навязывать условия о снижении цены непосредственно связан с установленной минимальной ценой товаров при их продаже хозсубъектами, ведущими аналогичную деятельность.
  4. В данном случае важно, что отпускная цена товаров для одних контрагентов выше, чем для «Тандера», который продолжил получать товар из-за непринятия повышения цен, что создало неравные конкурентные условия на рынке. Между тем суды не исследовали, каким образом «Тандер» воспользовался своим рыночным положением, чтобы принудить поставщика продолжить договорные отношения на невыгодных условиях.

Адвокаты программы «Человек и Закон» – консультации юристов

Многие потерпевшие, заявившие о совершении преступления сексуального характера, хотят отомстить своему обидчику или заработать на этом денег.

В странах Запада это превратилось в высокодоходный бизнес: женщины говорят об изнасилованиях и домогательствах со стороны богатых и обеспеченных мужчин, чтобы привлечь к себе внимание и получить прибыль.

Большинство правонарушений является выдумкой представительниц слабого пола, а когда те понимают, чем это может грозить бывшему кавалеру, менять показания слишком поздно: за клевету законодательство большинства стран предусматривает наказание, а нести ответственность за свои необдуманные поступки, барышни не хотят.

«Если на время следствия подозреваемого не лишили свободы, не будет лишним ещё раз пообщаться с потенциальной потерпевшей, с целью выяснить её намерения.

Идти на встречу следует не с пустыми руками: речь идёт вовсе не о букете цветов, а о диктофоне, спрятанном в кармане. Его функцию может исполнить и сотовый телефон.

Запись беседы может стать главным доказательством как невиновности подозреваемого, так и попытки оговора со стороны «жертвы» сексуальных домогательств», — говорит адвокат по уголовным делам Сергей Матушкин

Суровые реалии судебной системы нашей страны: менее одного процента приговоров являются оправдательными, вернее 0, 3%.

Большинство людей в мантии являются бывшими сотрудниками правоохранительных органов, и с пониманием относятся к работе бывших коллег.

Если она проделана с грубейшими нарушениями и подсудимого признают невиновным, наказание ждёт следователей и прокурора, утвердившего обвинительное заключение 

«Задержание может быть только в рамках возбуждения уголовного дела. Следователи предложат подписать протокол, отказываться от этого нет никакого смысла.

Эта одна из немногих процедур, которую можно провести без привлечения адвоката, а вот любой разговор с оперативниками лучше проводить в присутствии защитника, тем более, ставить свою подпись в официальном документе», — советует адвокат по уголовным делам Сергей Матушкин  

К выбору защитника тоже необходимо подходить внимательно. Государство предоставляет адвоката по назначению, его вызывает следователь. Не сложно сделать вывод, что они зависят друг от друга.

Оперативнику нужен своеобразный помощник, который может закрыть глаза на грубые нарушения УПК, а то и посоветовать подзащитному, признаться в совершении преступления, которого тот не совершал.

В свою очередь, адвокат заинтересован в том, чтобы его звали на следственные действия, ведь это его деньги. 

«Подозреваемый имеет право на общение с защитником до совершения процессуальных действий. Наедине и конфиденциально. Если есть средства на услуги адвоката по соглашению, лучше прибегнуть к его помощи, во избежание вышеописанных проблем.

И самое главное: не стоит врать человеку, от которого во многом зависит будущее задержанного.

Квалифицированный адвокат поможет выстроить линию защиты таким образом, чтобы разрушить позицию обвинения», — считает адвокат по уголовным делам Сергей Матушкин  

Новый вектор в развитии антимонопольного законодательства

Традиционно современное антимонопольное законодательство (АМЗ) связывают с принятием в США так называемого Акта Шермана (1890 г.), то есть закона, провозгласившего преступлением любое препятствование свободной торговле созданием треста (монополии) и (или) вступлением в сговор с такой же целью.

Именно тогда же и зародилась знаменитая для АМЗ доктрина per se (которая, к слову, преобладала и преобладает сейчас в некоторых странах), буквально означающая безусловный запрет на любые указанные выше антиконкурентные действия.

Здесь важно отметить, что для привлечения виновных лиц к ответственности не обязательно доказывать факт наступления неблагоприятных последствий, достаточно доказать факт договоренности.

Доктрина per se сохранилась до сих пор и применяется во всех странах с развитой рыночной экономикой. Считается, что такой жесткий запрет позволит минимизировать всевозможные риски для публичных интересов.

Если же говорить коротко, то любое АМЗ можно подразделить на два вида: запрещающее и дозволяющее. Те самые безусловные запреты относятся к первому виду. Ко второму же можно отнести, например, ст.ст.

12,13 Закона о защите конкуренции, в которых говорится о допустимости соглашений хозяйствующих субъектов; государственный контроль за сделками с экономической концентрацией, который может быть предварительным (ex ante) и последующий (ex post); согласование с антимонопольным органом проекта соглашения между хозяйствующими субъектами и т.д.

До недавних пор предполагалось (по крайне мере так кажется мне — обывателю в некоторых вопросах антимонопольного регулирования), что существующий в России подход к антимонопольному правоприменению сбалансирован, поэтому он не требует фундаментальных (опять же, сугубо на мой личный взгляд) изменений. Изменения должны были быть в другой части: в практике применения арбитражными судами АМЗ, в выработке определенного алгоритма расчета экономически неблагоприятных последствий и их применении к конкретным нарушениям АМЗ и т.д. Но что мы получили за последние несколько лет?

«Третий антимонопольный пакет», которым введено законодательное определение картеля в ч. 1 ст.

11 Закона о защите конкуренции, а также исключены из числа безусловно запрещенных соглашений (то есть тех, которые до введения в действие ТАМП были опасными настолько, что не могли быть признаны допустимыми ни при каких обстоятельствах) ряда горизонтальных соглашений в разряд иных соглашений, которые теперь могут быть признаны допустимыми.

Что же такого произошло, что некогда опасные для экономики действия стали вдруг менее опасными? А случилось то, что экономисты смогли все-таки пояснить, что в некоторых определенных случаях соглашения между хозяйствующими субъектами с этой самой экономической точки зрения даже и полезны.

Проект «Четвертого антимонопольного пакета» тоже предполагает интересные изменения. Например, предлагается более не распространять запреты ст. 11 Закона о защите конкуренции на соглашения о совместной деятельности, заключенные с предварительного согласия антимонопольного органа в порядке седьмой главы Закона. Агентский договор после вступления изменений должен стать «вертикальным» соглашением со всеми вытекающими из этого последствиями.

Не так давно в Уголовный кодекс РФ были внесены очередные поправки, которые коснулись и ст. 178. Ранее в ее названии фигурировало и устранение, и ограничение, и недопущение конкуренции.

Теперь же эта статья называется просто – «Ограничение конкуренции». Ладно, устранение, ограничение и недопущение не играло важной роли, поскольку интерес представляли все же негативные последствия для экономики.

Но зачем надо было исключать некоторые способы совершения преступления – непонятно.

В частности, исключено неоднократное злоупотребление доминирующим положением, выразившееся в установлении и (или) поддержании монопольно высокой или монопольно низкой цены товара, необоснованном отказе или уклонении от заключении договора, ограничении доступа на рынок. Между прочим, злоупотребление доминирующим положением – наиболее распространенное нарушение АМЗ и негативный эффект от такого деяния иногда весьма внушительный. Неужели теперь экономика настолько изменилась, что нарушение ст. 10 Закона о защите конкуренции стало менее опасным? Что это за предложения и ноу-хау по исключению из под антимонопольного надзора субъектов малого и среднего предпринимательства? Глава антимонопольного ведомства Московской области недавно в своей статье в журнале «Конкурентное право» указал на то, что они-то как раз и являются частыми нарушителями.

Что касается сделок по экономической концентрации, то имеет место постоянное изменение пороговых финансовых значений, при котором согласовывать свои сделки и иные действия должны лишь самые крупные участники рынка. Да и последующий контроль за такими сделками (ex post) не всегда эффективен, ведь иногда уже проведенные сделки и иные действия фактически наносят ущерб публичным интересам.

Мне представляется, что сейчас необходимо не делать упор на фундаментальном изменении АМЗ (преимущественно либерализация), а выработать определенный алгоритм расчета экономически неблагоприятных последствий от антиконкурентных действий с целью выработки единообразия правоприменения арбитражными судами (большинство решений антимонопольных органов обжалуются в судебном порядке).

Причем такой алгоритм должен быть научно обоснован и апробирован, ведь в конечном итоге решение по делу принимает суд, который не всегда ясно понимает реально возникшие или же не возникшие неблагоприятные последствия от определенных действий хозяйствующих субъектов, но при этом принимает решение, в том числе и по внутреннему убеждению.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *