КС РФ, ВС РФ: невозможность установить размер реального ущерба или упущенной выгоды не является основанием для отказа во взыскании

КС РФ, ВС РФ: невозможность установить размер реального ущерба или упущенной выгоды не является основанием для отказа во взыскании

  • реального ущерба, то есть расходов, которые лицо, чье право было нарушено, произвело или должно будет произвести, либо утраты или повреждения его имущества;
  • упущенной выгоды, то есть неполученных доходов, которые это лицо получило, если бы его право не было нарушено (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

И если доказывание суммы реального ущерба обычно не представляет серьезных проблем, то вот с определением размера упущенной выгоды на практике нередко возникают трудности.

Вступившие в силу с 1 июня 2015 года изменения в ГК РФ призваны эту задачу участникам гражданского оборота облегчить. Законодатель четко прописал, что суд не может отказать в иске о возмещении убытков только на том основании, что размер убытков не был установлен с разумной степенью достоверности (п. 5 ст. 393 ГК РФ). Ранее такой нормы в кодексе не было.

Несмотря на то, что данное положение касается взыскания убытков в целом, внесенное изменение, по мнению юристов, рассчитано на то, чтобы упростить прежде всего взыскание упущенной выгоды.

В дальнейшем ВС РФ конкретизировал подход к рассмотрению такого рода споров.

Суд указал, что расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер, и это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске (абз. 2 п.

14 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

«Теперь неопределенность в размере упущенной выгоды не является безусловным основанием к отказу во взыскании упущенной выгоды. Потерпевшая сторона не должна терять возможность защитить свои интересы, если она не может с математической точностью определить ее размер», – отмечает юридический советник экспертной группы VETA Ильяс Янбаев.

Позже ВС РФ дал еще один комментарий, указав, что в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения (абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г.

№ 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»; далее – Постановление № 7).

В качестве примера «других доказательств» возможности извлечения упущенной выгоды Ильяс Янбаев называет предварительный договор, а также переписку с контрагентом, в том числе по электронной почте. Главное, чтобы в этой переписке явно прослеживалось намерение сторон к исполнению в будущем определенного обязательства.

Заверить электронную переписку можно разными способами, например, посредством нотариального протокола или заключения эксперта (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 сентября 2012 г. № 13АП-14232/12, постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 20 января 2010 г.

№ КГ-А40/14271-09). Кроме того, советует эксперт, истцам желательно обращаться за помощью к экспертам для проведения расчетов и определения достоверности того или иного размера упущенной выгоды.

Однако ВС РФ дал только общий ориентир – нижестоящие суды могут толковать норму закона по-своему. И на данный момент практика действительно несколько противоречива.  

Судебная практика по рассмотрению споров о взыскании упущенной выгоды

Рассмотрим разницу в подходах судей к вопросу об упущенной выгоде на примере нескольких судебных споров.

О том, при наличии каких оснований возмещение убытков может быть возложено на должника, узнайте из материала «Убытки, подлежащие возмещению в случае нарушения обязательства» в «Энциклопедии решений. Договоры и иные сделки» интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный

доступ на 3 дня!

Получить доступ

В первом случае общество и компания заключили соглашение сроком на пять лет.

По условиям этого соглашения компания была обязана по заявке общества поставлять ему фармпродукт, а общество, в свою очередь, должно было хранить его, продвигать и продавать на территории России, в том числе участвуя в аукционах на право заключения государственных контрактов на поставку фармацевтического продукта. В течение нескольких лет стороны исполняли взятые на себя обязательства. Через три года после заключения соглашения общество направило компании заявку на поставку товара для участия в предстоящем аукционе. Однако компания свое обязательство по соглашению не исполнила и на запрос не ответила. В итоге заявку на участие в аукционе пришлось отозвать, и его победителем стала дочерняя фирма компании. Это стало основанием для обращения общества в ФАС России, которая, подтвердив факт нарушения, выдала компании предписание (п. 5 ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции»). После этого общество обратилось в суд с иском о взыскании упущенной выгоды, то есть тех денег, которые оно могло бы получить при заключении госконтракта, если бы компания не нарушила обязательство по предоставлению фармпродукта.

Во втором случае кинокомпания заключила с департаментом СМИ и рекламы соглашение. Согласно ему департамент обязывался предоставить компании право на использование телефильмов, созданных в рамках городских целевых программ. По согласованным телефильмам стороны добросовестно исполняли свои обязательства.

Однако позже выяснилось, что в нарушение указанных условий соглашения департамент не передал кинокомпании права на 15 новых телефильмов.

Это стало основанием для обращения истца в суд с иском о взыскании с ответчика упущенной выгоды в виде неполученных доходов от реализации исключительных прав на использование указанных телефильмов.

Таким образом, в обоих спорах речь шла о рамочных договорах (соглашениях о сотрудничестве), а также о нарушении ответчиками своих обязательств по этим соглашениям. Но несмотря на определенное сходство рассматриваемых ситуаций, вердикты ВС РФ оказались диаметрально противоположными.

По первому спору ВС РФ полностью удовлетворил заявленные обществом требования (Определение ВС РФ от 7 декабря 2015 г. № 305-ЭС15-4533).

Размер убытков истец обосновал тем, что если бы его право не было нарушено, он в соответствии с ранее заключенными соглашениями мог бы получить прибыль в размере не менее 16,5% от суммы заключенного с «дочкой» ответчика госконтракта. Суд счел эту сумму обоснованной.

А вот по второму спору Суд посчитал, что данного оценщиком заключения, основанного на информации о доходах истца от использования других телефильмов, недостаточно для того, чтобы достоверно определить размер упущенной выгоды.

ВС РФ отметил, что отчет эксперта не содержит указаний на документы, подтверждающие создание истцом реальных условий для получения доходов в заявленном размере (Определение ВС РФ от 24 февраля 2016 г. по делу № 305-ЭС15-9673).

Более того, в данном определении Суда есть фраза о том, что представленное истцом соглашение о передаче ему ответчиком прав на 15 телефильмов путем заключения в будущем лицензионного договора не является документом, подтверждающим «неизбежность получения обществом дохода и совершение им необходимых приготовлений».

И в этом прослеживается некоторая несогласованность с позицией ВС РФ, изложенной в Постановлении № 7, где речь шла не о неизбежности, а именно о возможности извлечения упущенной выгоды.

Тем не менее, пожалуй, единственным существенным отличием между этими делами является наличие грубого нарушения антимонопольного закона со стороны ответчика в первом случае. Однако старший юрист ООО «Бюро присяжных поверенных «Фрейтак и Сыновья» Дмитрий Смольников склонен считать, что именно это во многом и определило исход дела в пользу истца.

Подобное расхождение в подходах наблюдается и в актах судов нижестоящих инстанций. Например, по делу о досрочном расторжении договора в связи с нарушением сроков выполнения работ суд иск удовлетворил. Истец заключил с ответчиком договор, согласно которому последний обязался произвести работы по изготовлению и установке рекламных конструкций.

В срок работа выполнена не была, поэтому заказчик досрочно расторгнул договор и обратился сначала с претензией к исполнителю, а затем и в суд с требованием взыскать с него неотработанный аванс, штраф за просрочку исполнения обязательства, а также возместить понесенные убытки.

Действуя добросовестно, истец систематически производил плату администрации округа за размещение рекламных конструкций на территории округа. Поэтому размер упущенной выгоды истец рассчитал исходя из оплаты права на размещение конструкций и стоимости ежеквартального платежа по каждой из них.

Суд отметил, что истец, являющийся коммерческой организацией, рассчитывал путем размещения рекламных конструкций привлечь потенциальных клиентов с целью получения прибыли и, следовательно, покрыть понесенные расходы. А поскольку ответчик свои обязательства нарушил, эта цель достигнута не была.

В связи с этим суд признал наличие причинно-следственной связи между неисполнением ответчиком своих обязательств по договору и наличием у истца убытков и взыскал требуемую истцом сумму в полном объеме (решение Арбитражного суда Московской области от 27 июля 2016 г. по делу № А41-57142/15).

А вот истцу, который не смог осуществлять свою деятельность в связи с тем, что ему неправомерно было отказано в аккредитации на проведение техосмотра автомобилей, во взыскании упущенной выгоды было отказано. В данном случае суд подобной причинно-следственной связи не усмотрел.

Более того, в решении было отмечено, что представленный истцом расчет возможного дохода за девять месяцев от размера полученного дохода за тот же период в 2013 году не является допустимым реальным доказательством возникновения заявленных убытков (постановление Арбитражного суда Московского округа от 27 июля 2016 г. по делу № А40-171174/2015).

Интересный спор, касающийся причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением убытков, привел в одном из своих обзоров ВС РФ.

Права истца были нарушены распространением о нем недостоверной информации. Однако пострадала не только его деловая репутация. Впоследствии у него стали падать продажи.

Обратившись в суд с требованием взыскать с ответчика упущенную выгоду, истец ссылался на падение финансовых показателей по данным бухгалтерского баланса.

Доказывая размер упущенной выгоды, истец провел экспертную оценку, и оценщики подтвердили, что в период, когда со стороны ответчика было допущено нарушение, финансовые показатели истца начали падать.

Причем падение это было не характерно для рынка – у конкурентов подобный спад не наблюдался. Суд счел эти доводы обоснованными и удовлетворил иск в полном объеме (п. 19 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом ВС РФ 16 марта 2016 г.).

Приведенная судебная практика, с одной стороны, действительно демонстрирует различия в подходах судов к разрешению подобного рода споров. Но с другой стороны, ориентируясь на такие примеры, потенциальные истцы могут сформировать тактику своего поведения в суде.

Читайте также:  Доказать факт работы в компании работник не смог даже в верховном суде

Ведь чем более четко доказано наличие причинно-следственной связи между нарушением ответчиком своего обязательства и возникшими у истца убытками и чем более обстоятельно составлен расчет суммы упущенной выгоды, тем больше у истца шансов на удовлетворение требований.

«В судебной практике никто не снимает с потерпевшей стороны, которая требует взыскания упущенной выгоды, обязанности доказать тот факт, что она приняла все необходимые меры для получения упущенной выгоды», – добавляет Ильяс Янбаев. 

Стало ли взыскание упущенной выгоды более популярным способом защиты?

Несмотря на внесенные в ГК РФ изменения и разъяснения ВС РФ, истцы по прежнему редко обращаются к взысканию упущенной выгоды и убытков в целом.

«Когда вносились изменения в норму о взыскании убытков, разработчики указывали на то, что основная задача, на решение которой направлены эти изменения, – сделать так, чтобы меньше взыскивали неустойку и больше взыскивали именно убытки.

Неустойку взыскать проще, но это совершенно сводит на нет такой универсальный способ защиты как взыскание убытков», – отмечает Дмитрий Смольников. Напомним, по общему правилу убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.

При этом законом или договором могут быть предусмотрены случаи, когда взыскивается только неустойка, когда взыскиваются и неустойка и убытки и когда кредитор сам выбирает, взыскивать ему неустойку или убытки (п. 1 ст. 394 ГК РФ). Выбирая между ними, стороны договора предпочитают именно неустойку – ее фиксированный размер, который легко подтвердить в суде, делает этот инструмент более востребованным.

Так, по словам Смольникова, в 2015 году из более чем 1,5 млн рассмотренных арбитражными судами споров только 30 тыс. касались взыскания убытков, тогда как исков о взыскании неустойки было 139 тыс.

Вместе с тем, если сравнить эти показатели с данными за 2014 год, то эксперты отмечают позитивный рост – в позапрошлом году количество исков о взыскании убытков составляло 24,5 тыс.

Таким образом, изменения в законодательстве создали хороший задел для развития института упущенной выгоды. Некоторая положительная динамика заметна уже сейчас, а устранение существующих противоречий в судебных актах, по мнению специалистов, лишь вопрос времени и развития правоприменительной практики.  

Документы по теме: 

Вс решил «больной вопрос» о взыскании убытков

Тема взыскания убытков в судах стала одной из самых «больных» для адвокатов. Казалось бы, нормы ст. 15 и 393 ГК РФ открывают большие возможности для взысканий, однако в судах взыскатели сталкиваются с большими проблемами, особенно в спорах с государственными и муниципальными органами. Как известно, основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков являются:

  • установление факта нарушения права лица;
  • наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями виновного лица;
  • документально подтвержденный размер убытков;;
  • вина лица, нарушившего обязательство, если вина в силу закона или договора является условием возложения ответственности за причинение убытков.

Из приведенного перечня суды чаще всего признают недоказанными вину, причинно-следственную связь и размер убытков.

ВС: Расширение автотрассы, повлекшее необходимость реконструкции АЗС, причинило предпринимателю убыткиВерховный Суд напомнил, что отсутствие решения об изъятии участка для государственных или муниципальных нужд либо несоблюдение процедуры изъятия не лишает собственника права на возмещение убытков, причиненных фактическим лишением имущества

В этом контексте «приятным сюрпризом» стало Определение Верховного Суда РФ от 3 ноября 2020 г. № 302-ЭС20-6718 по делу А69-303/2018, которым были отменены акты нижестоящих судов об отказе в удовлетворении требований предпринимателя – собственника АЗС о взыскании убытков за ее вынужденную реконструкцию в связи с расширением автодороги.

И хотя точка в этом деле еще не поставлена – оно направлено на новое рассмотрение, а по подобным спорам судебных актов достаточно (см., например, Определение ВС РФ от 4 августа 2020 г. № 306-ЭС20-11557 по делу № А65-10408/2018, постановление АС Поволжского округа от 25 мая 2020 г.

№ Ф06-61135/2020 по делу № А65-10408/2018), – ВС РФ сформулировал основные аспекты, на которые суды должны обращать внимание при разрешении подобных дел.

Во-первых, Суд повторил свою давно озвученную позицию о том, что отсутствие решения об изъятии земельного участка (его части) или несоблюдение процедуры его изъятия для государственных или муниципальных нужд само по себе не лишает правообладателя такого участка права на возмещение убытков, причиненных фактическим лишением имущества (п. 4 Обзора судебной практики по делам, связанным с изъятием для государственных или муниципальных нужд земельных участков в целях размещения объектов транспорта, утвержденного Президиумом ВС РФ 10 декабря 2015 г.).

Отказывая в удовлетворении требований, нижестоящие суды, признав фактическое изъятие земельных участков предпринимателя и отсутствие возмещения, последовавшее за этим нарушение норматива удаленности заправочных колонок от края проезжей части, сочли, что истец не доказал необходимость реконструкции АЗС в связи с фактическим изъятием принадлежащих ему участков.

Сославшись на указанное разъяснение Обзора, суды, на мой взгляд, проявили формальный подход: да, изъятие есть, но оно не обязательно влечет право истца на взыскание убытков.

Эта позиция представляется ошибочной: когда у собственника изымают вещь без соблюдения установленных законом процедур, это уже означает возникновение ущерба или упущенной выгоды.

А вот в чем выражены убытки истца, вопрос: например, это могут быть: уменьшение рыночной стоимости принадлежащих ему земельных участков, снижение прибыли из-за неудобного въезда на заправку для фургонов, необходимость реконструкции АЗС или иные основания.

Теперь арбитражному суду при новом рассмотрении дела придется выяснять этот вопрос и назначать экспертизу. При этом не факт, что она подтвердит необходимость реконструкции.

Во-вторых, ВС напомнил о необходимости соблюдения принципа состязательности: истец в подтверждение своих доводов представил проектно-сметную документацию и расчет затрат на реконструкцию АЗС, ответчики же никаких контрдоводов не выдвинули.

Например, я сам неоднократно сталкивался с подобной ситуацией: излагал аргументацию, представлял заключения специалистов, а орган власти занимал пассивную позицию о несогласии с доводами истца, не приводя мотивированных возражений, и суды поддерживали ответчика в споре (см., например, судебные акты по делу № А66-16201/2017).

Более того, когда ответчиками выступают органы публичной власти (т.е. априори более сильные стороны), в силу их компетенции они обязаны представлять мотивированные объяснения по делу; исходя из положений ст. 68, 71 и 170 АПК РФ, при отсутствии таковых суд должен либо принимать доводы истца, либо назначать по делу экспертизу.

В-третьих, если в спорах возникает вопрос о добросовестности стороны, суды должны исходить из ее презумпции (п. 3 ст. 1 ГК РФ), пока не доказано обратное.

В рассматриваемом деле Верховный Суд указал, что нельзя только по косвенным признакам (приобретение АЗС незадолго до расширения дороги) делать выводы о недобросовестности истца.

Более того, если к спорным правоотношениям можно применить нормы позитивного права, зачем тогда вообще говорить о добросовестности?

Кроме того, интересной представляется приведенная в качестве обоснования отказа в удовлетворении требований предпринимателя ссылка нижестоящих судов на назначение спорной автомобильной дороги: «обеспечение связи между городом Кызылом, Кызылским, Каа-Хемским, Тоджинским и Тере-Хольским кожуунами Республики Тыва, а также возможности для передвижения наземного транспорта граждан, муниципальных служб и правоохранительных органов, создание безопасных условий проживания в населенном пункте, соблюдения правил дорожного движения, публичного правопорядка в целом».

Сразу напрашивается уточнение: разве АЗС не является элементом обеспечения возможности для передвижения наземного транспорта? Более того, разве предприниматель – собственник АЗС – не предоставляет рабочие места и не пополняет бюджет (т.е. выполняет публичные функции)?

В заключение отмечу, что, хотя Верховный Суд не указал в определении ничего принципиально нового, он однако четко сформулировал правовую проблему – необходимость защиты прав лица, у которого изъяли земельный участок без соблюдения положенных процедур; указал, как эту проблему разрешить (см. ранее), а также обозначил правовую цель – пресечение порочной практики изъятий земельных участков без проведения установленных законом процедур и привлечения к гражданско-правовой ответственности виновных лиц.

Убежден, что при новом рассмотрении дела суды исправят указанные высшей судебной инстанцией недостатки и примут законные и обоснованные решения.

Взыскиваем убытки: тенденции судебной практики — новости Право.ру

Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов За последние годы практика российских судов по делам об убытках стала более благоприятной для взыскателей. Тем не менее юристы продолжают жаловаться на отсутствие внятных критериев определения размера убытков и на завышенный стандарт доказывания причинно-следственной связи. Также имеется существенная специфика при взыскании убытков с органов юрлица.

Убытки могут быть прямыми и косвенными, номинальными и реальными, материальными и моральными (моральный вред). Для привлечения лица к ответственности в виде возмещения убытков необходимо доказать: 

  • наличие убытков и их размер;
  • противоправное поведение, повлекшее причинение вреда;
  • причинную связь между противоправностью поведения и наступившими убытками (№ А40-49046/11).

«Наличие того или иного элемента является оценочным понятием. Это остается основной проблемой.

При рассмотрении вопроса о взыскании убытков суд может принимать во внимание степень предвидимости убытков для ответчика, разумность мер, предпринятых виновной стороной для предотвращения убытков, поведение самого истца, способствовавшего или не препятствовавшего причинению убытков, и тому подобные субъективные обстоятельства», – считает Ирина Зорина, старший юрист, руководитель отдела банкротств ЮФ Региональный рейтинг. группа Банкротство (включая споры) 8-9место По количеству юристов
.

Прежде чем рассчитать размер убытков, необходимо позаботиться о наличии подтверждающей их доказательственной базы. «Надежным доказательством послужит первичная документация, обосновывающая исходные данные.

К иной документации суды относятся настороженно, могут принять ее лишь в совокупности», – говорит юрист ЮФ Федеральный рейтинг.
Елена Дмитриева.

Например, сам по себе акт сверки не доказывает осуществление хозяйственной операции, так как не является первичным учетным документом, однако может быть принят совместно с иной документацией, содержащей сведения о задолженности должника (№ Ф05-11573/2019).

Как неоднократно подчеркивал Верховный суд, можно использовать различные методы расчета ущерба: не только общий анализ представленных заявителем документов, но и экспертизу.

Андрей Мазуркевич, юрист Региональный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Банкротство (включая споры) 3место По выручке 8-9место По количеству юристов Профайл компании

Читайте также:  Особенности правового регулирования труда спортсменов

Убытки также делятся на реальный ущерб и упущенную выгоду. Реальный ущерб – это расходы, которые лицо понесло или должно будет произвести для восстановления своих нарушенных прав, утрата или повреждение его имущества. Упущенная выгода – это неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (ст. 15 ГК).

Для доказывания реального ущерба достаточно документального подтверждения. Например, чек за ремонт. «Доказать размер упущенной выгоды сложнее, так как неполученные доходы носят гипотетический характер.

При определении размера упущенной выгоды суды учитывают меры, предпринятые лицом для ее получения, и сделанные с этой целью приготовления», – рассказала юрист петербургской корпоративной практики Региональный рейтинг.

группа Налоговое консультирование и споры группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Корпоративное право/Слияния и поглощения
Елена Рыбальченко.

Взыскатель упущенной выгоды должен доказать, что возможность получения им доходов действительно существовала, но только действия ответчика стали препятствием для этого (№ 305-ЭС16-18600, № А56-39362/2017, № А56-8167/2019). «Имеется практика установления размера упущенной выгоды с помощью назначения судебной экспертизы.

Целесообразно использовать экспертизу не только для подтверждения суммы убытков, но и причинно-следственной связи между убытками и действиями ответчика», – говорит руководитель практики банкротства ООО Региональный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры группа Арбитражное судопроизводство группа Банкротство (включая споры) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство 10-11место По количеству юристов
Антон Томилин. 

Судебная практика по взысканию убытков

«Заметна тенденция расширения ситуаций, в которых можно взыскать убытки», – считает Мазуркевич. Так, суд вправе переквалифицировать заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности на заявление о взыскании убытков (№ 305-ЭС18-15540).

У лица, пострадавшего от двойной продажи, появилась возможность предъявить деликтный иск к самому первому продавцу, если пострадавший не получил возмещения от своего контрагента (№ 303-ЭС16-19319).

Стало реальным подать заявление о возмещении внедоговорного вреда к лицу, действия (бездействие) которого с очевидностью способствовали нарушению абсолютного права покупателя и возникновению у него убытков (№ 306-ЭС17-18368).

А решения участников об одобрении сделок теперь не снимают с директора ответственность за исполнение убыточных сделок (№ 305-ЭС19-8975). 

Партнёр юрфирмы Региональный рейтинг.

группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции Профайл компании
Ксения Рубец отметила расширение возможности доказывания причинно-следственной связи между действиями нарушителя и возникшими убытками. Теперь допустимыми доказательствами являются заверенные участвующими в деле лицами скриншоты с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения (п. 55 Постановления Пленума ВС от 23.04.2019 года № 10). Взаимодействие сторон в мессенджерах, даже если такой способ связи не закреплен в договоре, признается судом исполнением договора при условии подтверждения статуса лица, ведущего переписку (№ А51-9793/2019).

«Суды задают высокий стандарт доказывания размера убытков. Поэтому сохраняется расхождение между размером удовлетворённых исковых требований и изначально заявленных в иске», – считает юрист КА Федеральный рейтинг.

группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Страховое право группа Банкротство (включая споры) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Фармацевтика и здравоохранение группа Уголовное право группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 9место По выручке на юриста (более 30 юристов) 23место По количеству юристов 25место По выручке
Ильнар Абдулов. «Тренд последнего времени – взыскание убытков, рассчитанных абстрактным методом. Он заключается в том, что убытки калькулируются исходя из рыночного показателя обычной затратности действий, направленных на восстановление имущественного положения лица. Пример – договор поставки, при нарушении которого размер убытков может определяться в виде разницы между ценой товаров по договору и их рыночной стоимостью», – говорит партнер практики по разрешению споров Федеральный рейтинг. группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Природные ресурсы/Энергетика группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Цифровая экономика группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Международные судебные разбирательства группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Управление частным капиталом группа Банкротство (включая споры) 3место По выручке 3место По количеству юристов 5место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании
Иван Веселов.

Специфика взыскания убытков с органов юрлица

Взыскание убытков с органов юридического лица урегулировано Постановлением Пленума Высшего арбитражного суда от 30.07.2013 года № 62. «Главная задача – доказывание взаимосвязи между действиями (бездействием) органов управления и убытками, причинёнными юрлицу.

Специфика таких дел заключается в том, что в задачу судов не входит оценка экономической целесообразности принимаемых органами управления юрлица решений. А зачастую без такой оценки крайне сложно получить законный и справедливый судебный акт», – считает Рыбальченко.

«Необходимо найти баланс и не допустить ни фактической безнаказанности руководителя, ни огульного взыскания с него обычных предпринимательских убытков. Ведь возможные убытки составляют неотъемлемый предпринимательский риск», – говорит Мария Михеенкова, к. ю. н., советник Федеральный рейтинг.

группа Антимонопольное право (включая споры) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международные судебные разбирательства группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Рынки капиталов группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Цифровая экономика группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Международный арбитраж группа Природные ресурсы/Энергетика группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Управление частным капиталом группа Банкротство (включая споры) 2место По количеству юристов
. Верховный суд подчеркнул: потенциальная ответственность руководителя за убытки компании – это часть его должности; переложить ее на акционеров и участников общества не получится (№ 305-ЭС19-8975). 

Главная проблема взыскания убытков с органов юрлица не в их доказывании в суде, а в последующем исполнении вынесенного решения. Поскольку органами юрлица в российских компаниях в основном являются физлица, их имущественное положение часто не позволяет выплатить присужденные суммы.

Антон Мальцев, партнер группы по разрешению споров Baker McKenzie 

Имеется существенная специфика при взыскании убытков банкрота с контролирующих лиц. «Во-первых, если действия ответчика привели к банкротству, взыскивается сумма, недостающая для полного погашения требований кредиторов. Во-вторых, в таких процессах бремя опровергать основания иска часто возлагается на ответчика.

И наконец, в некоторых случаях взыскателем становится не только общество, которому органы управления причинили ущерб, но и кредитор, не получивший из-за этого удовлетворения», – рассказал руководитель ПБ Федеральный рейтинг.

группа Банкротство (включая споры) 22место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 30место По количеству юристов 39место По выручке Профайл компании
Эдуард Олевинский.

Практические проблемы расчёта убытков

Партнер группы по разрешению споров Baker McKenzie Антон Мальцев считает проблемой отсутствие внятных критериев определения убытков, когда их размер не может быть установлен точно.

«Закон указывает, что в этом случае, исходя из всех обстоятельств дела, принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению, размер убытков должен быть определён с разумной степенью достоверности. Это приводит к ситуациям, когда суд взыскивает символическую сумму, а оспорить такое взыскание практически невозможно», – говорит Мальцев.

Зорина тоже назвала среди проблем оценочность большинства доводов и изменение исходных данных для расчета убытков, в том числе в зависимости от конкретного срока, на который производится расчет.

Когда истец не может доказать точный размер убытков, суд должен определить его самостоятельно. При этом не совсем понятно, как именно суд будет производить оценку. Получается, истец гарантированно может рассчитывать лишь на возмещения в границах минимальной доказанной суммы.

Елена Дмитриева, юрист ЮФ Федеральный рейтинг.

В чем сложность взыскания упущенной выгоды? практика арбитражных судов

12 февраля 2018 года директор «Центра Правового Обслуживания» Коняева Анна Юрьевна привела примеры практики по взысканию упущенной выгоды для читателей электронного портала «Право.ru»

Насколько часто, в каких областях возникает вопрос о необходимости взыскания именно упущенной выгоды?

Статья 12 ГК РФ устанавливает в качестве способа защиты гражданских прав возмещение убытков. В соответствии с п. 2 ст.

15 ГК РФ под убытками понимается и упущенная выгода, представляющая собой неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его права не нарушались.

Обратиться в суд за взысканием упущенной выгоды вправе лица, которые в результате неправомерных действий второй стороны договора лишились финансовых средств, на получение которых рассчитывали при заключении договора.

В судебном процессе по поводу взыскания упущенной выгоды истец должен доказать, что имел реальную возможность получить доход, принял зависящие от него меры для получения дохода, но не смог его получить из-за допущенной ответчиком недобросовестности.

В большинстве случаев неполученные доходы взыскивают по договорам поставки, аренды, купли-продажи. Однако, обращаются за взысканием неполученных доходов и в менее распространенных случаях:

Читайте также:  Актуальные вопросы судебной практики по делам о восстановлении на работе

Дело № А51-30027/2016 от 30.08.2017 г. Владивосток

Некоммерческая организация обратилась в Арбитражный суд Приморского края с иском о взыскании с Российской Федерации в лице ФССП убытков в сумме около 3 миллионов рублей.

Суть дела:

Некоммерческая организация разместила денежные средства на депозитном счете в банке. Согласно договора срочного депозита, банк зачисляет денежную сумму на счет вкладчика на определенный срок, одновременно обязуясь возвратить депозит в установленный срок и уплатить на него проценты.

Позже судебным приставом – исполнителем в рамках исполнительного производства вынесено постановление об обращении взыскания на находящиеся в банке денежные средства некоммерческой организации, с депозитного счета были списаны денежные средства (позже списание средств будет признано Арбитражным судом незаконным).Некоммерческая организация посчитала, что в результате списания денежных средств ей причинен ущерб в виде неполученных по договору процентов, организация обратилась в суд с иском о взыскании убытков в виде упущенной выгоды.

Какова судебная практика по этому вопросу? Что нужно доказать и насколько реально это сделать?

Может ли быть такое, что упущенную выгоду взыскивают редко лишь потому, что суды неохотно идут навстречу?

В соответствии с ГК РФ упущенная выгода — это неполученные доходы, которые могли быть получены участником правоотношений при отсутствии нарушения его прав. На практике с взысканием упущенной выгоды возникают трудности. В судебном процессе истец должен доказать:

  • противоправность действий либо бездействия ответчика;
  • наличие факта упущенной выгоды и ее размер;
  • причинную связь между действиями контрагента и возникновением упущенной выгоды.

Еще несколько лет назад для взыскания упущенной выгоды требовалось выполнить условие: подробно обосновать ее сумму, которую точно рассчитать во многих случаях невозможно. С 2015 года в ГК РФ внесены изменения, а именно статья 393 дополнена пунктом 5, который устанавливает:

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности.

В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Изменения должны были облегчить процесс взыскания упущенной выгоды, поскольку при невозможности доказать ее размер истцом, расчеты сможет произвести суд. С принятием пункта 5 ст. 393 ГК РФ неточность размера упущенной выгоды перестала являться безусловным основанием к отказу в ее взыскании.

В п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г.

№ 25 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ» разъясняется, что при рассмотрении дел, связанных со взысканием неполученного дохода, которым является упущенная выгода, судам следует принимать во внимание тот факт, что представленный потерпевшей стороной расчет обычно является приблизительным. Тем не менее это обстоятельство не может служить основанием для отказа в исковых требованиях.

Указанная позиция подтверждается еще в одном акте: Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.

2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» в котором разъясняется, что согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования истца о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности.

Несмотря на положительные тенденции на практике взыскать упущенную выгоду все еще сложно. Результаты процесса все так же зависят от субъективной оценки судьи и наличия/отсутствия документально подтвержденных расчетов.

Отсутствует единая формула для расчета упущенной выгоды, поэтому судебная практика по таким делам крайне противоречива.

Рассматривая дело, суд ориентируется на причины появления упущенной выгоды и особенности правоотношений сторон разбирательства, существовавших до ее возникновения.

Примеры дел с ми

На сегодняшний день судебную практику по делам о взыскании упущенной выгоды нельзя назвать единообразной. Результат судебного процесса будет зависеть от качества и количества доказательств, представленных истцом, оценки обстоятельств дела судом и метода расчета упущенной выгоды, примененного судом.

Противоречивость судебной практики по рассматриваемой категории дел демонстрируют решения, принятые Арбитражными судами Северо-Западного и Московского округов в марте и апреле 2017 года:

В первом случае суд взыскал упущенную выгоду в виде разницы между суммой, по которой товар должен быть продан третьим лицам и стоимостью не поставленного поставщиком товара.

Во втором случае истец просил взыскать упущенную выгоду по причине невыполнения ответчиком обязательств по посадке картофеля.

В обоснование размера упущенной выгоды истец представил суду данные статистики за предшествующий разбирательству год, однако суд счел размер упущенной выгоды недоказанным.

Постановление от 31 марта 2017 по делу N А40-117531/2016 Арбитражного суда Московского округа

АО обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ответчику ООО о взыскании денежных средств, суд удовлетворил требования частично.

Решением первого суда и апелляционной инстанции с ООО в пользу АО взыскана задолженность по договору, проценты за пользование коммерческим кредитом штраф, проценты за пользование чужими денежными средствами, расходы на пошлину, расходы по оплате услуг представителя в размере, упущенная выгода в размере 92 400 рублей.

ООО не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решения предыдущих судов и принять новый судебный акт.

При рассмотрении жалобы установлено: между истцом (поставщиком) и ответчиком (покупателем) заключен договор поставки, согласно которого поставщик обязуется передать в собственность покупателю товар, а покупатель (ответчик) обязуетсяпринять и оплатить товар в соответствии с условиями договора.

Порядок и срок поставки согласуется сторонами в спецификациях. Истцом ответчику перечислены денежные средства в счет предварительной оплаты поставки товара, что подтверждается представленным платежными поручениями.

Как указывает истец, товар до настоящего времени не поставлен, денежные средства не возвращены.

Судом первой инстанции и апелляцией исковые требования АО были частично удовлетворены, с ООО взыскана задолженность по договору, штраф, проценты, упущенная выгода в размере 92400 рублей, расходы на представителя, расходы на госпошлину.

ООО не согласилось с такими решениями и обратилось в Арбитражный суд Московского округа. Рассмотрев дело, суд не нашел оснований для удовлетворения требований ООО и поддержал ранее принятые решения.

В отношении взыскания упущенной выгоды суд разъяснил: решение о взыскании 92400 рублей правомерно.

Размер упущенной выгоды должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено; в частности, по требованию о возмещении убытков в виде упущенной выгоды, причиненных недопоставкой сырья или комплектующих изделий, размер такого дохода должен определяться исходя из цены реализации готовых товаров, предусмотренной договорами с покупателями этих товаров, за вычетом стоимости недопоставленного сырья или комплектующих изделий, транспортно-заготовительских расходов и других затрат, связанных с производством готовых товаров.

Как установлено апелляцией, истец предоставил в подтверждение требования о взыскании упущенной выгоды, в том числе, договор и спецификации к нему, что подтверждает стоимость товара и невозможность его передачи третьему лицу по указанному договору, ввиду неисполнения ответчиком обязательств по рассматриваемому договору.Суд постановил, что нарушений арбитражным судом апелляционной инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта не допущено, кассационная жалобы оставлена без удовлетворения.

Постановление от 14 апреля 2017 по делу № А 56-15542 Арбитражного суда Северо-западного округа

ООО обратилось к Учреждению с иском о компенсации упущенной выгоды в сумме более 9 миллионов рублей. Решением суда первой инстанции и апелляционного суда исковые требования оставлены без удовлетворения, поскольку не доказана причинно-следственная связь между действиями Учреждения и возникшими у ООО убытками.

При рассмотрении жалобы кассационной инстанцией установлено:

ООО заключило с Учреждением договор оказания услуг, в соответствии с условиями Учреждение по заданию ООО производит сельхозпродукцию и передает ее ООО, в свою очередь ООО участвует в производстве сельскохозяйственной продукции, финансирует производство продукции и оплачивает произведенную продукцию. По условиям договора Учреждение обязуется передать ООО семенной материал надлежащего качества и в установленном количестве, и несет ответственность за качество и количество материала.

По утверждению Общества Учреждению были переданы материалы, удобрения, топливо и денежные средства, при этом Учреждение свои обязательства не исполнило: уклонилось от обязанности по уборке картофеля с полей, посадку картофеля осуществило в меньшем количестве, чем было определено соглашением, удобрение не использовало, денежные средства использовало не по назначению.

В обоснование исковых требований Общество предъявило суду расчет, содержащий сведения:

  • урожайность картофеля за 2015 год по данным Министерства сельского хозяйства;
  • предполагаемая урожайность картофеля в результате исполнения сторонами условий договора, на основе полученного количества картофеля и площади земель в килограммах;
  • средняя цена картофеля на рынке за 1 кг;
  • предполагаемая прибыль Общества от продажи картофеля.

На основе этих данных размер упущенной выгоды, по расчетам Общества составил более 9 миллионов рублей.

Изучив материалы дела, суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 393 ГК РФ При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Общество не предоставило документального подтверждения совершения действий, направленных на извлечение доходов, которые не были им получены, в связи с нарушениями, допущенными Учреждением.

В материалах отсутствуют документы, подтверждающие заключение договоров с другими хозяйствующими субъектами, исполнение которых стало невозможным по вине Учреждения.

Представленные Обществом в дело документы, подтверждающие, по его мнению, факт несения им расходов и затрат, связанных с организацией производства сельскохозяйственной продукции, и факт передачи Учреждению материальных ценностей, правомерно не приняты предыдущими судами в качестве надлежащих доказательств, поскольку, как указали суды, Общество не представило доказательств того, что при обычных условиях гражданского оборота оно получило бы в спорный период прибыль и что оно принимало какие-либо меры для получения этой прибыли. Кассационная жалоба общества оставлена без удовлетворения.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *