Как президиумы фас и сип от «неуполномоченного» расследования уберегли

Как Президиумы ФАС и СИП от «неуполномоченного» расследования уберегли

В практике многих бизнесменов были случаи, когда на договоре или других документах, связанных с договорными отношениями, подпись от имени одного из контрагентов была выполнена неуполномоченным лицом.

В такой ситуации, например, поставщик рискует не получить деньги за поставленный товар, или подрядчик – не получит оплату за выполненные работы.

Как избежать подписания документов неуполномоченным лицом? Что делать контрагенту, который столкнулся с бумагами, подписанными лицом без соответствующих полномочий?

Кто может подписывать документы от имени компании или предпринимателя?

Обычно от имени компании документы может подписывать её руководитель (например, директор), а от имени предпринимателя – только он сам. Другие сотрудники компании или предпринимателя могут ставить свою подпись на договорах, товарных накладных, актах и т.д., если на их имя оформлена соответствующая доверенность.

Кроме того, в уставе компании могут быть предусмотрены полномочия на подписание документов для других представителей. Например, заместитель директора может быть наделен полномочиями по подписанию договоров с контрагентами на сумму не более 1 миллиона рублей.

Чтобы оценить наличие полномочий у сотрудника компании или предпринимателя, вам могут потребоваться следующие документы: выписка из ЕГРЮЛ/ЕГРИП, Устав, приказ о назначении руководителя или сотрудника, протокол об избрании руководителя и т.д.

Случаи, когда договор подписан неуполномоченным лицом

Подпись неуполномоченного лица на документе может оказаться в двух случаях:

  • подпись подделана (например, подпись директора подделало неизвестное лицо);
  • документ подписало лицо, которое не имеет полномочий для их подписания в соответствии с законодательством РФ.

Что делать, если контрагент отказался платить по причине подписания договора неуполномоченным лицом?

В случае отказа партнера от оплаты по договору в связи с тем, что в договоре или в товарных накладных, актах стоит подпись лица, не имеющего права подписывать такие документы, необходимо будет в судебном порядке доказывать ваше право на получение оплаты.

Согласно закону возможно 3 варианта развития событий:

  1. контрагент в последующем (после подписания неуполномоченным лицом документа) одобрил сделку;
  2. полномочия подписанта явствуют из обстановки;
  3. права и обязанности по договору возникают у лица, которое без соответствующих полномочий подписало его.

Рассмотрим подробнее данные варианты.

Последующее одобрение сделки

Если сам договор подписан неуполномоченным лицом от имени компании, но в последующем компания одобрила такую сделку, то отказаться от оплаты она не может. Под последующим одобрением Верховный суд РФ (Постановление от 23.06.2015 года №25) понимает следующие действия уполномоченных лиц компании или предпринимателя:

  • письменное и устное одобрение – не имеет значение кому оно адресовано;
  • признание претензии контрагента;
  • иные действия полномочных представителей, свидетельствующих об одобрении сделки (например, полное или частичное принятия работ или поставленного товара, уплата процентов по основному долгу, уплата неустойки, реализация других прав и обязанностей по данному договору, подписание уполномоченным сотрудником акта сверки задолженности);
  • заключение или одобрение другого договора, заключенного для исполнения первого договора;
  • просьба об отсрочке или рассрочке в оплате;
  • акцепт инкассового поручения.

Также в качестве одобрения сделки может быть рассмотрено уведомление о расторжении спорного договора (Постановление АС Московского округа от 15.10.2016 №Ф05-13764/2016 по делу №А40-1600239/2015).

Обратите внимание! Указанные действия по одобрению сделки могут совершать только орган или лицо, которые вправе заключать такие сделки или совершать действия, считающиеся одобрением. Также об одобрении могут свидетельствовать действия полномочных сотрудников контрагента.

Пример. ООО «Север Плюс» заключило договор поставки с ИП Ивановым И.И. В данном договоре от имени предпринимателя-покупателя расписался главный бухгалтер, который не имел соответствующих полномочий.

Компания товар поставила, предприниматель его принял и расписался в товарной накладной, но платить отказался по причине того, что в договоре расписалось неуполномоченное лицо.

Факт принятия товара самим предпринимателем, который имел право подписывать договор, будет являться последующим одобрением сделки.

Полномочия подписанта явствуют из обстановки

Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 182 ГК РФ полномочия подписанта могут подтверждаться не только доверенностью, но и явствовать из обстановки.

Негативные последствия для контрагента наступают не всегда из-за подписания договора неуполномоченным лицом. Судебная практика показывает, что суды учитывают следующие обстоятельства, которые свидетельствуют о наличии полномочий:

Совершение сделки неуполномоченным лицом

Последствия совершения сделки неуполномоченным лицом установлены в п. 1 ст. 183 Гражданского кодекса РФ (далее — ГК). Согласно этой норме при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только представляемый впоследствии прямо не одобрит эту сделку.

По вопросам применения ст. 183 ГК было издано информационное письмо Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 (далее — письмо 57).

В нем обращалось внимание на то, что установление в судебном заседании факта заключения упомянутой сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (п. 1 письма 57).

Президиум ВАС РФ совершенно обоснованно отметил, что в случаях превышения полномочий органом юридического лица при заключении сделки п. 1 ст. 183 ГК применяться не может. Дело в том, что в силу ст.

53 ГК действия органа юридического лица, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей юридического лица, признаются действиями самого юридического лица.

В данном случае нет совершения действий одним лицом от имени другого лица, а именно такая конструкция является условием применения ст. 183 ГК. Поэтому, в зависимости от обстоятельств конкретного дела, здесь должны применяться ст. 168 либо ст. 174 ГК (п. 2 письма 57).

Соответственно, лицо или лица, выполняющие функции органа юридического лица, не могут оказаться обязанными по сделке, совершенной с превышением предоставленных им полномочий.

По аналогичным соображениям не применяется ст. 183 ГК и в отношении действий органов публично-правовых образований — Российской Федерации, ее субъектов, а также муниципальных образований. Поскольку к таким образованиям согласно п. 2 ст.

124 ГК применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, то в случае заключения сделки органом публично-правового образования с превышением его компетенции такая сделка признается ничтожной в соответствии со ст. 168 ГК (п. 3 письма 57).

Особый интерес представляет сделанное в п. 4 письма 57 разъяснение, согласно которому п. 1 ст. 183 ГК применяется независимо от того, знала ли другая сторона о том, что представитель действует с превышением полномочий или при отсутствии таковых.

Если в этом разъяснении имеется в виду, что представляемый не становится стороной сделки (то есть никаких правовых последствий для него действия неуполномоченного лица не порождают), независимо от знания другой стороны сделки об отсутствии правомочий или их превышении, то такое разъяснение не вызывает возражений. В любом случае из п. 4 письма 57 следует, что, поскольку ВАС РФ говорит о другой стороне, он проецирует действие ст. 183 ГК на заключение двусторонней сделки, то есть договора.

Однако правовой статус заключенной сделки оказывается неясным с позиции другой стороны сделки.

Приобретает ли она соответствующие данной сделке права и обязанности? Ответ на этот вопрос оказывается различным в зависимости от того, знала или нет другая сторона об отсутствии полномочий у представителя (понятно, что термины «представитель» и «представляемый» применяются в ст. 183 ГК условно, поскольку представительство без полномочий является мнимым).

Если другая сторона знала об отсутствии у представителя полномочий, а также знала правила ст. 183 ГК о последствиях совершения сделки таким представителем (предполагается, что законы должны быть известны каждому), то в момент совершения сделки ее стороной оказывался сам представитель. Это прямо следует из п. 1 ст.

183 ГК. Другая сторона, знающая, что совершает сделку с неуполномоченным представителем, обязана рассматривать такого представителя как сторону сделки.

Последствием того обстоятельства, что представитель, совершая сделку, объявляет другой стороне о том, что он совершает сделку от имени другого лица, не имея на это соответствующих полномочий, является лишь неустойчивость субъектного состава сделки.

В случае последующего одобрения сделки представляемым он занимает место стороны в сделке, против чего другая сторона не вправе возражать, поскольку была заранее согласна с возможностью такого изменения в субъектном составе сделки.

Ситуация оказывается сложнее в случае, если другая сторона не знала об отсутствии полномочий у представителя.

Может возникнуть представление, что в этом случае другая сторона независимо от своей воли окажется состоящей в договорном правоотношении с лицом, с которым она не имела намерения заключать договор, что противоречило бы одному из основных начал гражданского законодательства — принципу свободы договора. Но такое представление было бы неверным, что можно показать с помощью норм, регулирующих заключение договора.

Согласно не допускающему исключений правилу п. 2 ст. 432 ГК любой договор заключается посредством направления оферты одной из сторон и ее акцепта другой стороной. Оферта производит свое действие в момент получения ее акцептантом (п. 2 ст.

435 ГК), а акцепт — в момент получения его оферентом (п. 1 ст. 433 ГК). Рассмотрим действие ст. 183 ГК для двух случаев: в первом случае неуполномоченный представитель (назовем его А.) является оферентом, а другая сторона (назовем ее Б.) — акцептантом, а во втором случае — наоборот.

Представляемого в обоих случаях будем называть В.

Итак, в первом случае А. совершает одностороннюю сделку — оферту, указывая при этом, что совершает ее от имени В., который в силу этого должен рассматриваться Б. как оферент. Поскольку А. не имеет полномочий от В. совершать оферту, А., в силу ст. 183 ГК, сам приобретает статус оферента. Далее Б.

Читайте также:  К вопросу об увольнении директоров общеобразовательных школ

направляет акцепт, но адресатом акцепта оказывается не оферент А., а другое лицо (хотя и через А.) — В., которое статуса оферента не имеет. Правила п. 1 ст. 183 ГК достаточно для того, чтобы путем юридической фикции превратить А. из «ничто» в оферента, но эта фикция не распространяется на сделки, совершаемые Б.

, в данном случае — на совершенный им акцепт, а акцепт этот был адресован В. через А., а не самому А. Повлиять на совершенную Б. сделку и превратить акцепт, адресованный им одному лицу, в акцепт, адресованный другому лицу, п. 1 ст. 183 ГК не в состоянии. В итоге получается, что А. акцепт на свою оферту от Б.

не получил. Следовательно, договор между А. и Б. не заключен. Но если Б. узнает, что оферта, воспринимавшаяся им как оферта В., в действительности является адресованной ему офертой А., то, пока она сохраняет свою силу, Б. вправе произвести ее акцепт, адресуя его именно оференту А.

, что приведет к заключению договора между А. и Б.

Во втором случае совершает оферту Б. Он совершает ее не в адрес несуществующего акцептанта А. (А. к этому моменту еще никакой сделки не совершил и предполагается представителем В.), а в адрес В. через А. Оферты Б. в адрес А. нет, поэтому «акцепт», который произведет А. в адрес Б., будет, в силу п. 1 ст.

183 ГК, считаться совершенным А. от своего имени, но это действие не приобретет статуса акцепта, поскольку будет сделано в отношении не существующей в отношении А. оферты. Еще раз обратим внимание, что повлиять на правовые последствия действий Б., то есть превратить оферту, адресованную им В.

, в оферту, адресованную А., п. 1 ст. 183 ГК не способен. Таким образом, и в этом случае договор между А. и Б. не будет заключен. Действие, совершенное А. в виде акцепта оферты Б., может рассматриваться как оферта, адресованная им от собственного имени Б. Если Б. акцептует такую оферту, договор между А. и Б.

будет заключен.

Проведенный выше анализ позволяет сделать вывод о том, что в рамках п. 1 ст. 183 ГК другая сторона, не знающая об отсутствии у представителя полномочий действовать от имени представляемого, может оказаться состоящей в договорных отношениях с таким представителем лишь в случае выражения на это своего согласия путем совершения акцепта.

Читайте ещё по этой теме:

Эрделевский А.М.

Действия документально неуполномоченного лица

Довольно часто бывают ситуации, когда сторона при возникновении судебного спора в качестве довода о несогласии с какими-то обстоятельствами дела занимает позицию, что действия документально неуполномоченного лица не подлежат судебной оценке в качестве подтверждения тех или иных фактов.

Вроде бы все понятно- нет документально оформленных полномочий, нет и права действовать от имени другого лица, однако судебные органы  оценивают такие действия  не по формальным признакам, а исходя из фактических обстоятельств рассматриваемой ситуации, что можно увидеть на примере нижеследующих дел.

Как не своего «работника» организация  наделила полномочиями

В рамках дела А40-186612/2015 рассматривался спор между перевозчиком и грузополучателем по исковым требованиям последнего о взыскании стоимости похищенной части груза при международной перевозке из Китая в Россию.

Фактические обстоятельства дела были следующие — грузополучатель после подачи заявления перевозчика для оформления коммерческого акта,  до прибытия его  представителей и истечения трех дневного срока изменил состояние груза, в том  числе вскрыл металлический ящик, в котором находился груз, а так же вырезал в нем отверстия.  Т.е. к грузу, принятому «без замечаний» от перевозчика и находившемуся на территории Истца имелся свободный доступ, как до момента прибытия перевозчика, так и до момента проведения истцом экспертизы. При этом, груз от грузоотправителя принимался по весу, а грузополучателем взвешивание не проводилось, экспертиза проведенная им в последующем сравнивала только комплектность такого груза. Как уже ранее указывалось, груз шел из Китая. В соответствии с положениями статьи 22 СМГС перевозчик ответственен за груз до выдачи его на станции назначения.

Одним из доводов грузополучателя являлось то, что перевозчик выдал груз неуполномоченному лицу, соответственно документ о приеме груза  не может рассматриваться как подтверждающий то, что такой груз был им принят им без возражений.

Данный довод был отклонен судами, так как несмотря на то, что в 2014 такие полномочия не были оформлены документально, ранее у рассматриваемого гражданина имелись аналогичные полномочия на получение груза в 2013 г. и 2015 г., кроме того, после уведомления перевозчиком грузополучателя о прибытии груза  именно это лицо прибыло для совершения действий, связанных с получением такого груза истцом.

Необходимо отметить, что груз выдавался в 4 часа 20 минут, что существенно ограничило  круг логических объяснений нахождения  лица, не являющегося  «работником» грузополучателя и не имеющего никаких иных полномочий от него, ночью, на железнодорожных путях, где должна была осуществляться приемка груза пришедшего в адрес Истца.

Таким образом, считать, что грузополучатель не уполномочивал его на совершение данных действий, оснований не было.

Работник есть, но таких полномочий не давали

В рамках дела А40- 6414/18 рассматривался спор между подрядчиком и заказчиком по исковым требованиям последнего о взыскании неустойки за нарушения сроков выполнения работ.

Фактические обстоятельства дела были следующие — Заказчиком проверен объем работ после подписания актов сдачи-приемки, в результате установленном, что объем работ выполнен не полностью.

Подписаны акты, фиксирующие данный факт между лицом, прибывшим от подрядчика и представителями заказчика.

В дальнейшем работы, которые указаны в актах, как отсутствующие были выполнены подрядчиком, о чем так же были составлены двухсторонний акт.

За нарушение сроков работ Заказчиком предъявлено к Подрядчику требование об уплате неустойки, удовлетворить которое добровольно последний отказался, ссылаясь на то, что акты выполненных работ подписаны без замечаний, акты, фиксирующие недостатки в работах были составлены в рамках гарантийных обязательств и не могут рассматриваться, как подтверждающие нарушение Подрядчиком сроков выполнения работ по договору. При этом, у лиц подписавших акты комиссионного осмотра, в которых зафиксировано невыполнения части работ, отсутствуют полномочия на их подписание.

Данный довод, судами так же был отклонен, так как недостатки,  зафиксированные в  актах комиссионного осмотра в последующем устранялись ответчиком, что свидетельствует об одобрении Подрядчиком действий своих работников. При этом каких-либо возражений по поводу неправомерных действий со стороны своих работников ответчик ни в период проверки результата работ и составления актов, ни в период устранения недостатков не заявлял.

Поэтому, при совершении действия в рамках каких-либо обязательств, необходимо помнить, что отсутствие  документального оформления полномочий  на их совершение  не всегда является поводом  считать такие действия,  как не имеющих значений и последствий для Вас, если в рамках соответствующих обязательств возникнут спорные вопросы.

Глава 6. Проблемы правовой квалификации незаключенной сделки

Здесь
вы найдете обсуждение проблем и ответы
на вопросы:


как регулировались последствия заключения
сделки лицом, не уполномоченным или с
превышением полномочий, в ГК РСФСР 1964
г. и как они регулируются в ГК РФ 1994 г.;


каково мнение ВАС РФ относительно
незаконности сделки, совершенной
единоличным исполнительным органом с
превышением полномочий;


недействительная сделка и незаключенная
сделка, их соотношение и правовые
последствия.

Гражданский
кодекс РСФСР 1964 г. в ст. 63 так регулировал
последствия заключения сделки лицом,
не уполномоченным или с превышением
полномочий:

«Сделка,
совершенная от имени другого лица лицом,
не уполномоченным на совершение сделки,
или с превышением полномочия, создает,
изменяет и прекращает гражданские права
и обязанности для представляемого лишь
в случае последующего одобрения этой
сделки представляемым.

Последующее
одобрение представляемым ДЕЛАЕТ СДЕЛКУ
ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЙ (выделено мной. — В.Д.) с
момента ее заключения».

Таким
образом, данная статья предусматривала,
что сделка, совершенная неуполномоченным
лицом или с превышением полномочий,
является недействительной и может
признаваться действительной только с
одобрения представляемого.

Гражданский
кодекс РФ 1994 г. в ст. 183 так регулирует
данный вопрос:

«1.
При отсутствии полномочий действовать
от имени другого лица или с превышением
таких полномочий сделка считается
заключенной от имени и в интересах
совершившего ее лица, если только другое
лицо (представляемый) впоследствии
прямо не одобрит данную сделку.

2.
Последующее одобрение сделки представляемым
создает, изменяет и прекращает для него
гражданские права и обязанности по
данной сделке с момента ее совершения».

  • Статья
    183 ГК РФ породила, по мнению автора,
    совершенно ненужную, искусственную,
    вредную дискуссию о том, можно ли признать
    недействительной сделку, совершенную
    с превышением полномочий или без
    полномочий.
  • Казалось
    бы, совершенно очевидно, что при совершении
    такой сделки грубо нарушаются требования
    законодательства о совершении сделки
    уполномоченным лицом.
  • Указывая
    на то, что такая сделка считается
    заключенной от имени неуполномоченного
    лица или лица, действовавшего с превышением
    полномочий, законодатель, по-видимому,
    преследовал цель заставить исполнять
    обязанности по такой сделке непосредственно
    неуполномоченное лицо (как правило,
    физическое лицо, подписавшее договор).
  • Однако
    если деньги или иное имущество поступили
    по сделке, заключенной неуполномоченным
    лицом, в распоряжение юридического лица
    (или данному лицу фактически оказаны
    услуги), то как можно рассуждать о том,
    что сделка заключена в интересах
    неуполномоченного лица, учитывая, что
    данное лицо по сделке обязательств не
    выполняло, исполнение не принимало и
    не является выгодоприобретателем по
    сделке?
Читайте также:  Заемный труд: запрет или регулирование

Как
уже указывалось выше, ст. 63 ГК РСФСР 1964
г. не считала такую сделку действительной,
оговаривая возможность ее действительности
при условии одобрения представляемым.

Гражданский
кодекс РФ 1994 г., оговорив возможность
считать сделку заключенной от имени
неуполномоченного лица, не оговорил
при этом правовые последствия данной
сделки непосредственно для представляемого,
не одобрившего сделку.

  1. Это
    дало основание судам рассматривать
    данную сделку, совершенную от имени
    представляемого, как незаключенную в
    связи с тем, что она считается заключенной
    от имени неуполномоченного лица.
  2. Сделав
    вывод о незаключенности сделки, суды
    отказывают в совершенно, по мнению
    автора, справедливом требовании о
    признании такой сделки недействительной
    и, как следствие, в применении последствий
    недействительности сделки (реституции).
  3. Из
    Постановления ФАС Московского округа
    от 21 ноября 2003 г. N КГ-А40/9075-03 усматривается
    следующее:

Открытое
акционерное общество «Разрез Изыхский»
обратилось в Арбитражный суд г. Москвы
с иском к коммерческому банку «Бризбанк»
о признании недействительным договора
банковского счета от 23 декабря 2002 г.

N
854, поскольку данный договор от имени
ОАО «Разрез Изыхский» заключен
неизвестным лицом с использованием
поддельных печатей истца и поддельных
подписей его должностных лиц, что
установлено криминалистической
экспертизой от 11 апреля 2003 г.

в рамках
уголовного дела N 22750 (т. 1, л. д. 2 — 3, 11 —
20).

Решением
Арбитражного суда г. Москвы от 25 августа
2003 г.

по делу N А40-16889/03-97-69 в иске о признании
договора банковского счета N 854
недействительным было отказано, так
как суд первой инстанции пришел к выводу,
что поскольку доказательств одобрения
истцом сделки не имеется, то договор
банковского счета от 23 декабря 2002 г. N
854 следует признать от имени ОАО «Разрез
Изыхский» незаключенным в силу статьи
183 ГК РФ и не влекущим для истца
возникновения прав и обязанностей по
этому договору (т. 2, л. д. 53).

ФАС
Московского округа указал на то, что,
отказывая в удовлетворении исковых
требований ОАО «Разрез Изыхский»
о признании договора банковского счета
недействительным, суд первой инстанции
сделал правильный вывод о том, что
подписание сделки неуполномоченным
лицом не является основанием признания
сделки недействительной (ничтожной), а
в силу п. 1 ст. 183 ГК РФ такая сделка
считается заключенной от имени и в
интересах совершившего ее лица, если
только другое лицо (представляемый)
впоследствии прямо не одобрит данную
сделку. Судом первой инстанции было
установлено, что от имени истца договор
банковского счета был заключен по
поддельным документам, что свидетельствует
о подписании договора лицом, не обладавшим
какими бы то ни было полномочиями от
имени ОАО «Разрез Изыхский», т.е.
неуполномоченным лицом.

В
силу ст. 183 ГК РФ заключение сделки
неуполномоченным лицом не влечет ее
недействительности, не создает никаких
последствий для лица, от имени которого
заключена сделка, если только это лицо
впоследствии прямо не одобрит сделку.
При этом лицо признается действующим
от имени юридического лица без полномочий,
когда оно вообще ими не наделялось.

Таким
образом, если уважаемый читатель
обратится в суд с иском о признании
недействительной сделки и применении
последствий ее недействительности в
связи с тем, что сделка была подписана
от его имени лицом, не имеющим полномочий
(или с превышением полномочий), то ему
будет отказано в удовлетворении иска
с указанием на то, что договор заключен
от имени физического лица, подписавшего
сделку без полномочий, а не от имени
истца и, соответственно, не может является
недействительным.

Защитит
ли суд интересы истца в данном случае?
Представляется, что нет, так как истец
будет вынужден вновь обращаться в суд
с иском об обязании возвратить
неосновательное обогащение (например,
здание, полученное по так называемой
незаключенной сделке).

Является
ли решение суда об отказе в иске о
признании сделки недействительной
основанием для регистрирующего органа
аннулировать ранее внесенную запись о
переходе права собственности на здание?
Конечно, нет.

При
этом по требованиям такого рода (о
взыскании неосновательного обогащения)
применяется общий срок исковой давности
— три года, в то время как по требованию
о применении последствий недействительности
ничтожной сделки срок исковой давности
до принятия Федерального закона от 21
июля 2005 г. N 109-ФЗ составлял 10 лет
(согласно вышеуказанному Закону — три
года).

———————————

Федеральный закон «О внесении изменений
в статью 181 части первой Гражданского
кодекса Российской Федерации» // СЗ
РФ. 2005. N 30 (ч. II). Ст. 3120.

Кроме
того, если сделка совершена лицом с
превышением полномочий (например,
крупная сделка или сделка с заинтересованным
лицом), то такая сделка является оспоримой
и согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой
давности о применении последствий
недействительности оспоримой сделки
составляет один год.

С
принятием Федерального закона от 21 июля
2005 г. N 109-ФЗ произошла частичная унификация
сроков исковой давности. В настоящее
время требование о применении последствий
недействительности ничтожной сделки,
а также требование о возврате
неосновательного обогащения могут быть
заявлены в течение трех лет.

Исключение,
как уже указывалось выше, составляют
требования о применении последствий
недействительности оспоримой сделки.
По ним срок давности — один год.

Автор
берется доказать, что сделка, совершенная
с нарушениями, указанными в ст. 183 ГК РФ,
является недействительной.

Итак,
сделка совершена без полномочий или с
превышением полномочий, т.е. имеются
признаки ст. 183 ГК РФ.

Без
полномочий сделка может быть совершена
кем угодно.

С
превышением полномочий сделка может
быть совершена только лицом, наделенным
определенными полномочиями действовать
от имени общества, т.е. представителем
общества.

Представлять
интересы общества можно в силу полномочий,
основанных на законе, учредительных
документах или доверенности.

Определение
представителя содержится в положениях
п. 3 ст. 53 и ст. 182 ГК РФ.

Согласно
п. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает
гражданские права и принимает на себя
гражданские обязанности через свои
органы, действующие в соответствии с
законом, иными правовыми актами и
учредительными документами.

Согласно
п. 3 ст. 53 ГК РФ органом юридического лица
является лицо, выступающее от имени
юридического лица в силу закона или
учредительных документов и действующее
в интересах представляемого им
юридического лица добросовестно и
разумно.

Согласно
п. 1 ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная
представителем в силу полномочия,
основанного на доверенности, указания
закона, изменяет и прекращает гражданские
права и обязанности представляемого.

Согласно
ст. ст. 153, 154, 160 ГК РФ сделками признаются
действия граждан и юридических лиц,
направленные на установление, изменение
или прекращение гражданских прав и
обязанностей.

Для заключения сделки
необходимо выражение согласованной
воли сторон.

Сделка в письменной форме
должна быть совершена путем составления
документа, выражающего ее содержание
и подписанного лицами, совершающими
сделку, или должным образом уполномоченными
лицами.

Таким
образом, в случае, если сделка совершена
не уполномоченным лицом или лицом,
превысившим полномочия, то грубо нарушены
вышеуказанные требования закона.

Согласно
ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая
требованиям закона и иных правовых
актов, ничтожна, если закон не устанавливает,
что такая сделка оспорима или не
предусматривает иных последствий
нарушения.

В
случае если сделка совершена
неуполномоченным лицом или лицом,
превысившим полномочия, недействительность
такой сделки очевидна и отказывать в
удовлетворении требований о признании
сделки недействительной и применении
последствий недействительности сделки,
по мнению автора, нельзя (если только
не будет иметь место последующее
одобрение сделки представляемым в
порядке п. 2 ст. 183 ГК РФ).

Обширная
судебная практика свидетельствует о
том, что вопросы о незаключенности
сделки (невозможности признания ее
недействительной), как правило, возникают
при применении судами ст. 432 ГК РФ, а не
ст. 183 ГК РФ.

Согласно
ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным,
если между сторонами, в требуемой в
подлежащих случаях форме, достигнуто
соглашение по всем существенным условиям
договора. Договор, подлежащий
государственной регистрации, считается
заключенным с момента его регистрации,
если иное не установлено законом.

Из
смысла ст. 432 ГК РФ можно сделать вывод
о том, что недостижение соглашения по
существенным условиям договора влечет
его незаключенность.

Несмотря
на то что ст. 432 ГК РФ, так же как и ст. 183
ГК РФ, не оговаривает невозможность
признания сделки, совершенной с нарушением
требований ст. 432 ГК РФ, недействительной,
арбитражные суды идут по пути отказа в
таком требовании, исходя именно из того,
что незаключенная сделка вообще не
существует и, таким образом, отсутствует
предмет обжалования.

Интересными
представляются в связи с этим вопросы:

1.
Если никто не оспаривает сделку на
предмет незаключенности — то в этом
случае она существует?

2.
Если договор не просто подписан, но и
обязательства по сделке полностью
выполнены, однако в тексте договора не
указано одно (или несколько) существенных
условий для данного договора — договор
существует?

Анализируя
судебную практику, автор постарался
изучить историю вопроса незаключенной
сделки.

Так,
согласно п. 2 информационного письма
Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2002 г. N
69 «Обзор практики разрешения споров,
связанных с договором мены» при
невозможности определить по договору
мены наименование или количество товара,
подлежащего передаче одной из сторон,
договор считается незаключенным.

Читайте также:  Какими важными делами традиционно заняты юристы в начале года?

———————————

Вестник ВАС РФ. 2003. N 1.

Согласно
п. 19 информационного письма Президиума
ВАС РФ от 11 января 2002 г. N 66 «Обзор
практики разрешения споров, связанных
с арендой» суд первой инстанции
признал подписанный сторонами договор
субаренды незаключенным из-за отсутствия
его государственной регистрации, в
связи с чем в иске о взыскании неустойки,
предусмотренной этим договором, отказал.

———————————

Вестник ВАС РФ. 2002. N 3.

Согласно
п. 15 информационного письма Президиума
ВАС РФ от 28 ноября 2003 г. N 75 «Обзор
практики рассмотрения споров, связанных
с исполнением договоров страхования»
отсутствие в договоре страхования
точного перечня застрахованного
имущества само по себе не может служить
основанием для признания договора
недействительным или незаключенным.

———————————

Вестник ВАС РФ. 2004. N 1.

В
соответствии с п. 7 информационного
письма Президиума ВАС РФ от 16 февраля
2001 г. N 59 «Обзор практики разрешения
споров, связанных с применением
Федерального закона «О государственной
регистрации прав на недвижимое имущество
и сделок с ним» : при отсутствии
государственной регистрации договор
аренды недвижимого имущества является
незаключенным.

———————————

Вестник ВАС РФ. 2001. N 4.

В
соответствии с п. п. 4, 5 информационного
письма Президиума ВАС РФ от 24 января
2000 г.

N 51 «Обзор практики разрешения
споров по договору строительного
подряда» : договор строительного
подряда считается незаключенным, если
в нем отсутствует условие о сроке
выполнения работ.

Отсутствие утвержденной
в установленном порядке технической
документации не является безусловным
основанием для признания договора
незаключенным.

———————————

Вестник ВАС РФ. 2000. N 3.

В
соответствии с п. 3 информационного
письма Президиума ВАС РФ от 11 января
2000 г. N 49 «Обзор практики рассмотрения
споров, связанных с применением норм о
неосновательном обогащении» :

———————————

Вестник ВАС РФ. 2003. N 3.

«УСТАНОВИВ
ФАКТ НЕЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОГОВОРА (выделено
мной. — В.Д.), истец потребовал возврата
техники и при отказе ответчика обратился
в суд с требованием о взыскании стоимости
имущества на момент его передачи
ответчику.

Истец обосновывал свое право
требовать возмещения стоимости имущества
тем, что возврат техники в натуре в связи
с ее существенным износом экономически
нецелесообразен…

Суд признал право
истца потребовать от ответчика возмещения
стоимости имущества в связи с невозможностью
его возврата в натуре».

Согласно
п. 1 информационного письма Президиума
ВАС РФ от 17 февраля 1998 г. N 30 «Обзор
практики разрешения споров, связанных
с договором энергоснабжения» :
договор энергоснабжения считается
незаключенным, если в нем отсутствует
условие о количестве ежемесячно и
ежеквартально поставляемой энергии.

———————————

Вестник ВАС РФ. 1998. N 4.

В
соответствии с п. 2 информационного
письма Президиума ВАС РФ от 15 января
1998 г. N 26 «Обзор практики рассмотрения
споров, связанных с применением
арбитражными судами норм Гражданского
кодекса Российской Федерации о залоге»
: при отсутствии в договоре о залоге
сведений, индивидуально определяющих
заложенное имущество, договор о залоге
не может считаться заключенным.

———————————

Вестник ВАС РФ. 1998. N 3.

В
соответствии с п. 10 письма ВАС РФ от 26
января 1994 г. N ОЩ-7/ОП-48 «Обзор практики
рассмотрения споров, связанных с
исполнением, изменением и расторжением
кредитных договоров» : при
отсутствии в договоре поручительства
условий, позволяющих определить, за
исполнение какого обязательства дано
поручительство, договор поручительства
следует считать незаключенным.

———————————

Вестник ВАС РФ. 1994. N 3.

Из
Постановления Президиума ВАС РФ от 14
октября 1997 г. N 1506/97 усматривается
следующее:

———————————

Вестник ВАС РФ. 1998. N 2.

«Общественная
организация «Сибирское отделение
института дипломированных бухгалтеров
и аудиторов» обратилась в Арбитражный
суд Новосибирской области с иском к
арендному предприятию «Горводоканал-Новосибирск»
о взыскании 1620000000 рублей долга и 306787500
рублей пеней по договору от 01.06.95 N 305 на
консультационно-справочное обслуживание.

[…]

Подпись неуполномоченного лица и отказ субподрядчика от проверки – не повод сомневаться в реальности сделки

Инспекция ФНС РФ по результатам проверки строительной компании доначислила ей:

  •  налог на прибыль в сумме 446 тыс. рублей;
  •  пени по тому же налогу в размере 1 млн рублей;
  •  НДС – 976 тыс. рублей;
  •  пени по НДС – 276 тыс. рублей;
  •  штраф по налогу на прибыль – 476 тыс. рублей.

ООО не согласилось с решением налоговиков и подало в суд. Все доначисления удалось отменить.

Компания занималась строительно-монтажными работами. Для исполнения работ по госконтрактам она обратилась за помощью к субподрядчикам. Были заключены соответствующие договоры с двумя фирмами-исполнителями.

Инспекторы усомнились в реальности сделок, достоверности представленных документов и проявлении должной осмотрительности ООО при выборе контрагентов.

Подозрение в нереальности сделок основывалось на доводе о том, что общество располагало своими трудовыми ресурсами и необходимости в заключении договоров субподряда не было. К тому же работники ООО были замечены на объекте, где велись работы субподрядчиком.

Однако компания доказала, что их визит был осуществлен по просьбе госзаказчика по контракту. Он просил устранить замечания по работоспособности одной из инженерных систем.

Указанные командировки не предусматривали выполнение сотрудниками общества тех же монтажных работ, что и принятых по договору субподряда работ.

Кроме того, уклонение от проведения мероприятий налогового контроля и непредставление документов, запрашиваемых инспекторами у компаний-субподрядчиков, также вызывали сомнения в реальности сделок. Но суд указал, что эти факты сами по себе не могут быть доказательством отсутствия выполненных работ.

К комплекту и содержанию подтверждающих документов у ИФНС претензий не было. А вот то, что бумаги были подписаны не руководителем фирмы-субподрядчика, а иным не уполномоченным от его имени лицом, свидетельствовало, по мнению фискалов, о наличии недостоверных сведений в отношении лица, подписавшего документ.

С точки зрения контролеров, общество таким образом не проявило должной осмотрительности в выборе контрагентов.

Арбитры в защиту ООО напомнили правовую позицию, изложенную в Постановлении Пленума ВАС от 20.04.2010 № 18162/09. В нем сказано, что достаточным проявлением осмотрительности является осведомление о правоспособности и госрегистрации контрагента в ЕГРЮЛ. Никаких иных мер проявления бдительности не требуется.

Таким образом, правильно оформленная «первичка» перевешивает все сомнения в реальности сделки.

Публикации

Скачать файл

Файл добавлен 13.10.2017
Презентация .pdf (82 Кб)

В статье 182 ГК РФ предусмотрено, что полномочия могут явствовать из обстановки, в которой действует представитель, например, если это продавец в розничной торговле или кассир.

Покупатель в магазине обычно подразумевает, что продавец действует от лица и от имени магазина.

Возможность действовать без доверенности предусмотрена не только для простых случаев, приведенных выше, но и для любых иных сделок. При этом последствием заключения сделки с лицом без доверенности может стать признание сделки совершенной неуполномоченным лицом. В соответствии с п. 1 ст. 183 ГК РФ такая сделка не создает обязательств для самого юридического лица.

В ГК РФ закреплена доктрина «видимых полномочий», которая существует в правовых системах других государств.

Видимым (подразумеваемым) полномочием следует считать такое поведение представителя, которое дает основание разумному участнику гражданского оборота полагать, что представитель наделен полномочием действовать от имени представляемого.

Иными словами, в подобной ситуации действия «псевдопредставителя» создают правовые последствия для представляемого, даже если в действительности представитель не обладал таким полномочием1.

При этом законодатель не указывает критерии оценки обстановки, в которой полномочия могут подразумеваться, что зачастую создает неопределенность для сторон. Судебной практикой выработаны подходы, которые компенсируют указанный пробел и при должной осмотрительности позволяют сторонам избежать негативных последствий, связанных с отсутствием полномочий у представителей контрагента.

Из правовой позиции, сформированной в постановлениях Президиума ВАС РФ от 03.07.2012 № 3170/12 и № 3172/12, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении предполагается.

При этом нет универсальной «правильной» формулы, которой можно было бы руководствоваться, не опасаясь негативных последствий. Суды всегда оценивают наличие или отсутствие полномочий исходя из обстоятельств конкретного дела. Соответственно, при анализе судебной практики можно выявить лишь основные подходы судов к рассматриваемому вопросу.

Действия, которые совершают сотрудники контрагента, подтверждают одобрение сделки

Суды в совокупности с положениями ст. 182 ГК РФ зачастую применяют и ст. 402 ГК РФ, из которой следует, что действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Например, при передаче претензии юридическому лицу отметку о ее принятии может поставить секретарь.

Его нахождение на рабочем месте по юридическому адресу контрагента, а также его трудовые отношения с контрагентом свидетельствуют о том, что претензия юридическим лицом получена надлежащим образом.

Секретарю в такой ситуации не нужна доверенность, поскольку его полномочия явствуют из обстановки.

Этот вывод для судебной практики является наиболее устойчивым и широко применимым, поскольку он появился еще в разъяснениях, изложенных в п. 5 информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

В этом пункте сказано, что действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении сделки при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абз. 2 п. 1 ст. 182 ГК РФ).

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *