Из-за спора с налоговиками юрист дошел до Конституционного суда. Итогом стало ограничение повторных проверок

Из-за спора с налоговиками юрист дошел до Конституционного суда. Итогом стало ограничение повторных проверок

Бизнес считает, что налоговики выжимают деньги из оборудования / Евгений Разумный / Ведомости

Как отличить движимое имущество от недвижимости – ответ на этот вопрос бизнесу и чиновникам никак не удается найти, хотя от него зависят налоги компаний – с оборудования их платить не нужно. Спор дошел до Верховного суда, и на прошлой неделе он принял первое решение по такому делу, защитив бизнес от претензий налоговиков.

В пятницу была опубликована мотивировочная часть решения. Четкого определения движимого имущества нет, налог зависит от оценок экспертов и ставит налогоплательщиков в неравное положение, указывает Верховный суд в решении по делу архангельского «Лесозавода 25».

Верховный суд предостерег налоговые органы от попыток слишком широко трактовать свои полномочия, радуется собственник крупной компании: «Судебная власть услышала бизнес».

Ставку налога на недвижимость устанавливают регионы, она не может превышать 2,2%. С движимого имущества, поставленного на баланс после 2013 г., бизнес не платил налог – так власти рассчитывали стимулировать обновление оборудования. В 2017 г.

чиновники решили восстановить налог в 1,1%, разрешив регионам снижать или отменять его. Бизнес требовал вернуть льготу, утверждая, что власти берут налог с модернизации, и добился своего – с 2019 г. налог был отменен. По итогам 2019 г. эта льгота сэкономит компаниям более 183 млрд руб.

, оценивал ранее представитель Минфина.

Но бизнес столкнулся с проблемой – налоговики называют оборудование недвижимым имуществом и ретроспективно взимают с промышленности налог на имущество, сообщала ассоциация «Русская сталь» (ее возглавляет основной акционер НЛМК Владимир Лисин). Иногда это касается до половины оборудования, жаловалась ассоциация. Что относить к недвижимому имуществу, определяет Гражданский кодекс, но определение размыто, и это приводит к спорам налоговиков и бизнеса.

С такой проблемой столкнулся и «Лесозавод 25». При проверке за 2014–2015 гг.

налоговики посчитали, что права на льготу у компании не было, так как оборудование вмонтировано в фундамент, а значит, является частью цеха как «неделимого объекта» и не может быть признано движимым имуществом.

Всего инспекция по крупнейшим налогоплательщикам по Архангельской области и Ненецкому автономному округу доначислила компании почти 12 млн руб. налогов и штрафа. Налоговики выиграли спор в судах трех инстанций, кроме Верховного, который отправил дело на новое рассмотрение.

Налоговики и суды ориентировались на Гражданский кодекс и технологическую связанность имущества, но законодательство такого критерия не предусматривает, пишет Верховный суд.

Налоговый кодекс обязывает бизнес платить налог с основных средств, когда они поставлены на бухгалтерский баланс, указано в его определении, а в бухучете машины и оборудование выделены в один класс имущества, а здания и сооружения – в другой. Если имущество предназначено для обслуживания здания – оно считается неотделимым объектом, и относится к недвижимости.

Если для производства – то оно считается оборудованием, даже если вмонтировано в фундамент, разъясняет Верховный суд. Подобные критерии весной 2018 г. призывал использовать и Минпромторг, Федеральная налоговая служба (ФНС) доводила их до инспекций.

Налоговики могут доказывать, что имущество в бухучете было искусственно отнесено к движимому, указано в определении. Но требование «должно быть основано на объективных критериях, соблюдение которых оставалось бы ясным любому разумному налогоплательщику», заключает суд, несколько раз упоминая, что четких норм в Налоговом кодексе нет.

Представитель ФНС не комментирует решение суда. Представитель Минфина переадресовал вопросы «Ведомостей» в Минэкономразвития.

Применение критериев бухучета с указанием «предназначение объекта» может даже усложнить практику, поскольку определения «предназначения» нет, говорит представитель Минэкономразвития.

А вот его коллега из Минпромторга считает, что критерия, предложенного Верховным судом, достаточно.

Поправки в Гражданский кодекс, в проекте которых Минэкономразвития предлагало критерии движимого имущества, не были одобрены во время обсуждения в правительстве, говорят два федеральных чиновника.

Вопрос должен быть решен на уровне практики налоговых органов: сейчас в ФНС идут совещания с участием бизнеса, обсуждаются критерии движимого имущества вплоть до конкретных объектов, рассказывает замруководителя службы Светлана Бондарчук.

«Будем стараться выработать общие подходы, чтобы не доводить споры до суда – у ФНС нет цели предъявлять необоснованные претензии налогоплательщикам», – говорит она. Споров с бизнесом по этому вопросу немного – по состоянию на январь в судах было всего 22 дела по применению еще прошлой льготы.

И их число принципиально не растет, утверждает Бондарчук.

Имущество переквалифицируют у многих налогоплательщиков, доначисляются миллиарды рублей, говорит партнер ФБК Галина Акчурина, но подавляющее большинство споров до суда не доходят и решаются на стадии досудебного аудита. Некоторые компании даже приостановили проекты, потому что не могут оценить окупаемость инвестиций, говорит управляющий партнер Taxadvisor Дмитрий Костальгин.

Случается, что инспекции называют недвижимым имуществом все, что «не на колесах», рассказывает Акчурина: «Например, мы столкнулись с переквалификацией ионизатора воздуха, который включается в розетку и легко переносится». Цена вопроса для бизнеса – 1,2–2,2% от стоимости имущества, т. е. с каждого миллиарда 12–20 млн руб. в год, рассказывает собственник промышленной компании.

Бизнес и налоговые органы всегда ориентировались на бухучет, вспоминает председатель совета директоров «Лесозавода 25» Тимур Соколов. Но налоговики, по его словам, от этого критерия отошли и начали использовать более размытые формулировки Гражданского кодекса, в основе которых связь объекта с землей, не позволяющая переместить его без несоразмерного ущерба.

В большинстве случаев критериев бухгалтерского баланса будет достаточно, споров станет гораздо меньше, считает старший юрист «Щекин и партнеры» Евгения Миронова.

Верховный суд дает четкий критерий только по оборудованию, а по остальным объектам (например, трубопроводы, линии электропередачи) вопросы остаются, не согласен партнер Taxology Алексей Артюх.

Сегодня идет спор о понятии недвижимости, а завтра начнется спор о корректности присвоения кодов и разделения в учете одного большого объекта на несколько маленьких, скептичен менеджер промышленной компании: «Кроме того, отправив дело на новое рассмотрение, суд не поставил точку».

Все равно нужно вносить изменения в Гражданский кодекс, совершенствовать бухгалтерский учет и менять отношение налоговых органов к налогоплательщику, уверен собственник промышленного предприятия.

Если власти хотят стимулировать инвестиции, то должны максимально снижать имущественные налоги, оставляя только налог на землю, считает топ-менеджер крупного промышленного предприятия.

«Пока в Налоговом кодексе не появятся четкие формулировки, предполагающие налог только на здания, бизнес остается в неопределенности», – заключает Костальгин.

Блог

21 Декабрь 2020 Консалтинг

Из-за спора с налоговиками юрист дошел до Конституционного суда. Итогом стало ограничение повторных проверок

Налоговые органы крайне редко идут на налоговую реконструкцию — то есть проводят расчет, сколько компания недоплатила в бюджет, и доначисляют налог не более этой суммы. В большинстве же случаев налогоплательщикам доначисляют налоги не с прибыли, а с выручки, отказывая в праве на налоговые вычеты и учет расходов.

Юридической фирмой «Арбитраж.ру» был проведен анализ, который охватил все дела по ст. 54.1 Налогового кодекса начиная с 2018 года (обзор есть у РБК), налоговые, согласно которому, налоговые органы выиграли 294 из 378 споров. Эта статья установила критерии необоснованной налоговой выгоды, вступив в силу в 2017г.

Еще в начале 2020 года глава Федеральной налоговой службы Даниил Егоров сообщал, что этот показатель вполне соответствует балансу по всем налоговым спорам: налоговая выигрывает в судах более 85% дел. Его заместитель, Виктор Бациев приводил следующую статистику споров по ст. 54.

1 НК (по состоянию на 6 ноября): в судах первой инстанции рассмотрено 341 дело, в 24 из них требования налогоплательщиков удовлетворены полностью, 44 — частично, а при последующем оспаривании решения по еще 21 делу были приняты в пользу бизнеса полностью или частично.

То есть 26% споров частично или полностью разрешаются в пользу налогоплательщиков, согласно данным налогового ведомства.

До 2006 года в России не было единого подхода к пониманию необоснованной налоговой выгоды. Ст. 54.1 НК должна была устранить пробелы и установить более четкие критерии признания налоговой выгоды необоснованной.

Злоупотреблением теперь считаются умышленное искажение отчетности, учет фиктивных сделок, а также операции без деловой цели, сделки с единственной целью сэкономить на налогах. Все решения региональных инспекций по этой статье согласовываются с центральным аппаратом ФНС.

Объем налоговых проверок по ст. 54.1 НК значительно превышает число судебных споров. На 6 ноября завершены 862 проверки с применением этой статьи, сообщал Бациев. 80% доначислений не удается урегулировать до суда.

Такой показатель говорит о высокой конфликтности применения правил ст. 54.1 НК, добавил Бациев. Разграничиваем понятия «уход от налогов» и «коррупцию»

Мы все понимаем, как важно отличать случаи налоговой экономии от корпоративного мошенничества, ведь в большинстве дел об оспаривании крупных сделок по ст. 54.1 НК есть признаки внутренней коррупции в компании, воровства или как минимум халатности менеджмента. Приведем наиболее распространенные обстоятельства злоупотреблений в делах по ст. 54.1 НК 

— фиктивность хозяйственных операций (81 дело из 100), — проблемные контрагенты (64 из 100), — отсутствие деловой цели (22 из 100), — взаимозависимость контрагентов (19 из 100), — создание схемы получения налоговой выгоды (16 из 100), — отсутствие права на льготу (12 из 100), — дробление бизнеса (семь из 100). 

Обстоятельств злоупотребления не установлено в шести делах из 100.

Как правило, менеджеры крупных компаний, заключая сделки с фирмами-однодневками, чаще всего хотят нажиться, похитив средства бизнеса, а не уйти от налогов, в то время как мелкие фирмы, привлекая «экономически недееспособных» контрагентов, преследуют цель сэкономить на налогах. Бюджет в таких случаях всегда теряет.

Вообще, случаи корпоративного мошенничества, когда государственный бюджет не пострадал, не должны подпадать под действие ст. 54.1 НК, но суды не учитывают это — в итоге компания наказывается дважды. Сначала менеджмент обманул акционеров, завысив расходы. Потом налоговый орган отказал в вычетах по НДС и учете расходов. 

Наказать, нельзя обжаловать

В большинстве случаев, налогоплательщики, естественно, пытаются обжаловать решения арбитражных судов первой инстанции.

Налоговые органы наказывая бизнес за уход от налогов, зачастую не определяют, сколько он должен был заплатить без нарушения правил, то есть не проводят налоговую реконструкцию. В результате уклонистам доначисляют налоги не с прибыли, а с выручки.

Доначисления налогов вкупе со штрафами до 40% порой могут превышать прибыль компаний, из-за чего бизнесу угрожает банкротство. 

Правила налоговой реконструкции были применены только в восьми из 100 дел. Все эти акты приняты в 2020 году, отмечают в «Арбитраж.ру».

Мизерная доля дел с налоговой реконструкцией объясняется, с одной стороны, отсутствием единого подхода в практике, с другой — инспекции не пытаются установить третьих лиц, которые действительно исполняли обязательства по спорным договорам, а сами налогоплательщики также не способствуют выявлению истинных исполнителей. 

Профессиональное и предпринимательское сообщества ждут публикации письма ФНС о порядке применения правила налоговой реконструкции в условиях действия ст. 54.1. НК, которое, предположительно, будет опубликовано до Нового года. Проект письма обсуждается уже полгода. 

Бизнес-сообщество прогнозирует, что письмо повлияет на судебную практику, поможет найти баланс между фискальными интересами и интересами налогоплательщиков. Письма ФНС — ведомственные акты, они обязательны для применения нижестоящими налоговыми органами, но необязательны для судов. Но на практике суды ориентируются на рекомендации ФНС.

В действительности, ст. 54.1 НК справедливы, самое главное, чтобы налоговые органы начали правильно ее применять — не руководствуясь сиюминутной целью пополнения бюджета в тяжелое время, а для защиты добросовестных налогоплательщиков от налоговых мошенников. // Комментарий эксперта ООО ГК «Авуар»

Читайте также:  Должник реорганизовался. как взыскать с него долг, который не значится в передаточном акте

Текущая редакция статьи 54.1 НК имеет много вопросов и являются юридически непроработанной нормой, что выявлено правоприменительной практикой, сформированной с 2018 года.

Часть первая НК была дополнена статьей 54.1 19 августа 2017 г. (Федеральный закон от 18 июля 2017 г. N 163-ФЗ). При этом, она не несет в себе какого-либо нового правового регулирования, не меняет объема прав и обязанностей налогоплательщика и не порождает новые налоговые правоотношения.

При этом у ФНС появились возможность, в зависимости от толкования ст. 54.1 НК, пренебрегать такими принципами налогообложения как:

• Принцип нейтральности НДС. Закрепление принципа нейтральности НДС преследовало цель невмешательства в развитие торговли и конкуренции среди предпринимателей.

• Недопустимость возложения на налогоплательщика ответственности за действия третьих лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками.

• Не допущение объективного вменения. Согласно части 2 статьи 54 Конституции РФ никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

Кроме того, в рассматриваемой норме не закреплено требование о том, что обязательным условием применения 54.1 НК является не уплата налогов в бюджет, что также приводит к злоупотреблениям со стороны ФНС. В большинстве практических ситуаций, неуплата налогов – это всего лишь элемент состава правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 54.1 НК РФ и подп. 1 п. 2 ст. 54.1 НК.

Еще один вопрос правоприменительной практики заключается в том, что должны или нет налоговые органы при проведении мероприятий налогового контроля выяснять на чьей стороне действовала т.н. «техническая» компания: на стороне покупателя или поставщика.

И должны ли ФНС выявлять контролирующих ее лиц? Ведь в соответствии с п. 4 ст.

110 НК вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения.

Таким образом, должно быть установлено конкретное лицо, действия которого повлекли за собой неуплату налога в бюджет, то есть тот, кто контролировал или присвоил результаты деятельности «технической» компании. А это как раз, чаще всего и не происходит, и все ограничивается доказыванием притворности отношений с «технической» компанией.

Еще один открытый вопрос – «налоговая реконструкция». Постановление Пленума Высшего арбитражного суда N 53 предусматривало возможность налоговой реконструкции, и никто этих положений до настоящего времени не отменял. ФНС в своем письме от 16 августа 2017 г.

№ СА-4-7/16152@ подчеркнули, что при установлении налоговыми органами наличия в рамках заключенных налогоплательщиком сделок (операций) хотя бы одного из двух обстоятельств, определенных в п. 2 ст. 54.

1 НК РФ, ему должно быть отказано в праве на учет понесенных расходов, а также заявления по ним к вычету (зачету) сумм НДС в полном объеме. Тем самым, фактически была опровергнута возможность применения «налоговой реконструкции», закрепленной в Постановлении Пленума ВАС РФ № 53.

Конституционный суд указал, что порядок осуществления налогового контроля с учетом ст. 54.

1 Налогового кодекса РФ «не определяет по-новому объем прав и обязанностей налогоплательщиков при уплате налогов и сборов, а лишь конкретизирует механизм налогового контроля таким образом, чтобы поддерживался баланс частных и публичных интересов в процессе выявления незаконного уменьшения налогоплательщиком налоговой базы, и указывает на обстоятельства и условия, которые могут быть приняты во внимание налоговым органом при квалификации действий налогоплательщика как незаконных». 

13 декабря 2019 года Минфином России было выпущено Письмо № 01-03-11/97904 о соотношении применения ст. 54.1 НК РФ и расчетного метода, которое подтвердило позицию ФНС России, а именно – отрицание «налоговой реконструкции».

Несмотря на позицию ФНС, сформированная на сегодня судебного практика дает надежду на то, что в случаях применения ст. 54.1 НК «налоговую реконструкцию» будут применять.

Ключевыми аргументами являются (по материалам ТПП РФ XVI Всероссийского налогового форума – 2020 «Налоговая вакцинация экономики»):

• ст. 54.1 НК не устанавливает те последствия невыполнения указанных в ней требований, которые налоговые органы вменяют налогоплательщикам, запрет на проведение «налоговой реконструкции» налогового обязательства по налогу на прибыль путем установления расходной части расчетным путем на основании подп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ в рассматриваемой норме отсутствует;

• из ст. 54.1 НК РФ следует, что при формальном документообороте с заявленным контрагентом, но при фактическом исполнении обязательства третьим лицом при несоблюдении условий п. 2 ст. 54.

1 НК РФ, установлен запрет на получение необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком именно по недостоверным (формальным) документам, что не освобождает налоговые органы от обязанности проверить – осуществлялись ли в действительности какие-либо хозяйственные операции под прикрытием формального документооборота, выявить их действительный экономический смысл и определить действительный размер соответствующих налоговых обязательств;

• налогоплательщик, не представивший налоговому органу на проверку никакие документы по совершенным сделкам, будет поставлен в лучшее положение по сравнению с налогоплательщиком, представившим документы, не соответствующие в полном объеме требованиям ст. 54.1 НК РФ, что противоречит принципам справедливости и правовой определенности;

• полное непринятие затрат при исчислении налога на прибыль в ситуации, когда факты поступления товара налогоплательщику и последующего использования товара в деятельности налогоплательщика не оспариваются, неизбежно влечет искажение реального размера налоговых обязательств по налогу на прибыль;

• введение ст. 54.1 НК РФ не сопровождалось изменением принципов правового регулирования в сфере налогообложения, введением дополнительных составов налоговых правонарушений и санкций, сужением полномочий налоговых органов;

• ст. 54.1 НК РФ должна применяться с учетом принципов налогового законодательства (ст. 3 НК РФ, ст. 57 Конституции Российской Федерации), в частности, налог должен иметь экономическое обоснование и не может быть произвольным;

• в обязанность налогового органа входит установление размера всех налоговых обязательств налогоплательщика за проверяемые периоды исходя из выводов, положенных в основу акта налоговой проверки, и являющихся основанием для вынесения решения о доначислении соответствующих сумм налогов (ст. 82, ст. 89 НК РФ);

• преемственность правоприменительной практики, выработанной до ст. 54.1 НК РФ (постановления Пленума ВАС РФ № 53, от 30 июля 2013 г. № 57);

• положения налогового законодательства не допускают доначисления сумм в размере большем, чем установлено законом, такое доначисление становится дополнительной мерой налоговой ответственности, которая действующим налоговым законодательством не предусмотрена;

• налоговые органы в ходе мероприятий налогового контроля определяют объем налоговой обязанности исходя из фактических показателей хозяйственной деятельности налогоплательщика (Определение КС РФ от 4 июля 2017 г. № 1440).

Директор департамента консалтинга ООО АФ «Авуар» Клышкань А.Г.

Кс рф поставил точку в спорах о свободе передвижения во время пандемии

28.12.2020
 1994

Из-за спора с налоговиками юрист дошел до Конституционного суда. Итогом стало ограничение повторных проверок Александр Авилов/АГН Москва

Власти российских регионов вправе принимать решения об ограничении передвижения граждан в период пандемии, поскольку эти меры являются вынужденными. Об этом говорится в свежем постановлении Конституционного суда РФ. Поводом к рассмотрению дела явился запрос Протвинского городского суда Московской области.

В апреле этого года 52-летний житель города Протвино.был задержан на улице за нарушение постановления губернатора Подмосковья Андрея Воробьева об ограничениях из-за пандемии COVID-19. Полиция составила протокол по ст. 20.6.

1 КоАП РФ (невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения). Материалы передали в Протвинский городской суд. В августе он приостановил производство по делу и обратился за разъяснениями в КС РФ.

Заявитель полагал, что постановление издано Воробьевым с превышением полномочий и ограничивает конституционное право граждан на свободу передвижения.

КС отметил, что ограничение свободы передвижения, установленное постановлением главы региона, имеет исключительный характер, преследует цели защиты жизни и здоровья граждан и является соразмерным.

Определенные запреты были обусловлены необходимостью оперативного реагирования на «беспрецедентную угрозу» распространения коронавируса, а такие решения преследовали «конституционно закрепленные цели защиты жизни и здоровья всех лиц», прежде всего самих россиян, которые оказались во временной изоляции.

К тому же, подчеркнули в КС, были исключения из правил. Так, у людей сохранялась возможность выйти из дома, чтобы экстренно получить медицинскую помощь, поехать на работу или пойти в ближайший магазин.

«Эти исключения не содержат в себе признаков социальной и иной дискриминации и основаны на рациональном понимании объективных жизненных потребностей граждан и общества, что также свидетельствует об их конституционно-правовой допустимости», — указывается в постановлении.

По мнению КС, ограничения были временными, не носили характера абсолютного запрета при условии, что граждане имели уважительные причины для передвижения. «Возможность их установления получила своевременное подтверждение в федеральном законодательстве», — указал КС. В суде также отметили, что этот вывод должен применяться и к аналогичным положениям нормативных актов в других регионах РФ.

Вместе с тем прописанные в документах исключения из общего запрета покидать места проживания не могут рассматриваться как исчерпывающие.

При рассмотрении административных дел правоприменительные органы не должны ограничиваться формальной констатацией факта нарушения правил передвижения.

В КС отметили, что должны учитываться и уважительные обстоятельства, ставшие причиной совершенного проступка.

В итоге КС признал оспариваемый пункт постановления губернатора Подмосковья не противоречащим Конституции РФ.

«Установление этого положения по его конституционно значимому предназначению и сути было продиктовано объективной необходимостью оперативного реагирования на экстраординарную (беспрецедентную) опасность распространения коронавирусной инфекции (COVID-2019), вводимые им меры не носили характера абсолютного запрета, допуская возможность перемещения граждан при наличии уважительных обстоятельств, были кратковременными, а возможность их установления получила своевременное подтверждение в федеральном законодательстве», — указал КС РФ.

Государство выиграло почти 80% дел о необоснованной налоговой выгоде — РБК

До 2006 года в России не было единого подхода к пониманию необоснованной налоговой выгоды. Ст. 54.1 НК должна была устранить пробелы и установить более четкие критерии признания налоговой выгоды необоснованной.

Злоупотреблением теперь считаются умышленное искажение отчетности, учет фиктивных сделок, а также операции без деловой цели, сделки с единственной целью сэкономить на налогах.

Все решения региональных инспекций по этой статье согласовываются с центральным аппаратом ФНС.

Объем налоговых проверок по ст. 54.1 НК значительно превышает число судебных споров. На 6 ноября завершены 862 проверки с применением этой статьи, сообщал Бациев. 80% доначислений не удается урегулировать до суда.

Такой показатель говорит о высокой конфликтности применения правил ст. 54.1 НК, добавил Бациев. По другим категориям налоговых дел процент судебного обжалования существенно ниже, сказал РБК адвокат, партнер «Арбитраж.

ру» Денис Черкасов.

Грань между уходом от налогов и коррупцией

Читайте также:  В компании ввели неполное рабочее время. Как платить сотрудникам за переработку

Дополнительно «Арбитраж.ру» проанализировал выборку из 100 дел, которые как минимум прошли апелляцию. Это значит, что выводы по ним имеют большую практическую значимость и показательны для понимания общей картины споров, пояснил РБК Черкасов.

Наиболее распространенные обстоятельства злоупотреблений в делах по ст. 54.

1 НК в порядке убывания — фиктивность хозяйственных операций (81 дело из 100), проблемные контрагенты (64 из 100), отсутствие деловой цели (22 из 100), взаимозависимость контрагентов (19 из 100), создание схемы получения налоговой выгоды (16 из 100), отсутствие права на льготу (12 из 100), дробление бизнеса (семь из 100). Обстоятельств злоупотребления не установлено в шести делах из 100.

Важно отличать случаи налоговой экономии от корпоративного мошенничества, подчеркивает генеральный директор юридической компании «Митра» Юрий Мирзоев. По его словам, в большинстве дел об оспаривании крупных сделок по ст. 54.1 НК есть признаки внутренней коррупции в компании, воровства или как минимум халатности менеджмента.

Крупные компании, как правило, заключают контракты по итогам тендеров. Службы безопасности проверяют, не подведет ли потенциальный подрядчик — есть ли у него ресурсы и опыт для исполнения контракта.

Поэтому если в крупном контракте большой компании вдруг всплывает фирма-однодневка, возникают вопросы к сотрудникам службы безопасности и должностным лицам. «Привлекая фирмы-прокладки, менеджеры крупных компаний чаще всего хотят нажиться, похитив средства бизнеса, а не уйти от налогов», — уверен Мирзоев.

Мелкие же фирмы, привлекая «экономически недееспособных» контрагентов, явно преследуют цель сэкономить на налогах. «Бюджет в таких случаях всегда теряет», — добавил юрист.

Случаи корпоративного мошенничества, когда государственный бюджет не пострадал, не должны подпадать под действие ст. 54.1 НК, подчеркивает Мирзоев. Но суды чаще всего не учитывают это — в итоге компания наказывается дважды. «Сначала менеджмент обманул акционеров, завысив расходы. Потом налоговый орган отказал в вычетах по НДС и учете расходов», — пояснил Мирзоев.

Налогоплательщики попытались обжаловать почти 88% решений арбитражных судов первой инстанции, отмечает «Арбитраж.ру».

Бизнес активно обжалует подобные решения в суде, потому что «подход, при котором налоговый орган отстранился от выяснения действительного размера налоговых обязательств, мягко говоря, несправедлив», отмечает Яголович.

Зачастую, наказывая бизнес за уход от налогов, налоговые органы не определяют, сколько он должен был заплатить без нарушения правил, то есть не проводят налоговую реконструкцию. В результате уклонистам доначисляют налоги не с прибыли, а с выручки. На проблему «карательных мер», в частности, уже обращал внимание бизнес-омбудсмен Борис Титов.

Доначисления налогов вкупе со штрафами до 40% порой могут превышать прибыль компаний, из-за чего бизнесу угрожает банкротство, говорит Черкасов.

Если решение осталось в силе после обжалования в вышестоящем налоговом органе, инспекция может заблокировать счет или арестовать имущество для взыскания налогов.

В такой ситуации компании трудно продолжать деятельность и осуществлять расходы, связанные с оспариванием решения инспекции в суде, указывает адвокат: «Разблокировать счет или снять арест на имущество можно, обратившись в суд, но получить желанные обеспечительные меры удается не всегда».

Разъяснения Высшего арбитражного, Конституционного и Верховного судов в совокупности обязывают налоговые органы проводить реконструкцию. Однако после вступления в силу ст. 54.1 НК в 2017 году ФНС попыталась переломить эту практику и сообщила нижестоящим инспекциям, что прежние подходы потеряли свое значение и в случаях налоговой экономии расчетный способ не применяется.

У налогового органа нет препятствий в расчете действительного размера налоговых обязательств, подчеркивает Яголович. Методики, подтвержденные судебной практикой, применялись в налоговых проверках до 2017 года. «Они просты и доступны для любого инспектора.

Более того, мы видим, что и в проверках по ст. 54.1 НК инспекции устанавливают все необходимые для правильного расчета налогов обстоятельства, определяют их до рубля.

Однако в расчет недоимки не включают, ссылаясь на позицию налогового ведомства», — указал адвокат.

Правила налоговой реконструкции были применены только в восьми из 100 дел. Все эти акты приняты в 2020 году, отмечают в «Арбитраж.ру».

Именно в этом году после дела «Кузбассконсервмолоко» начался тренд на проведение реконструкции. «Все эти дела, по существу, схожи с кейсом «Кузбассконсервмолоко».

Товары или услуги в реальности были поставлены конечному потребителю, а компания понесла расходы.

Суды посчитали необходимым учесть затраты налогоплательщика по налогу на прибыль без учета наценки спорных контрагентов», — говорит Черкасов.

Мизерная доля дел с налоговой реконструкцией объясняется, с одной стороны, отсутствием единого подхода в практике. С другой — инспекции не установили третьих лиц, которые действительно исполняли обязательства по спорным договорам, а сами налогоплательщики также не способствовали выявлению истинных исполнителей.

Надежда на решение проблемы

Профессиональное и предпринимательское сообщества ждут публикации письма ФНС о порядке применения правила налоговой реконструкции в условиях действия ст. 54.1. НК. Проект письма обсуждается уже полгода. Бациев анонсировал публикацию до Нового года.

По его словам, письмо разграничит случаи с фиктивными операциями и реальными, которые компании исказили при учете. Бизнес будет вправе рассчитывать на реконструкцию, если не причастен к схемам и фирмам-однодневкам или не знал о таком характере деятельности контрагентов.

В противном случае компании откажут в вычетах по НДС и учете расходов при определении налога на прибыль.

При этом если будет установлено, что именно компания так или иначе ответственна за действия однодневок, то расходы учтут, если она раскроет истинного исполнителя спорной операции и ее деловую цель.

Также Бациев анонсировал смягчение налоговых последствий в случаях, когда бизнес не проявил «должную осмотрительность» при выборе контрагентов.

«Новое письмо, возможно, повлияет на судебную практику, поможет найти баланс между фискальными интересами и интересами налогоплательщиков», — прогнозирует Черкасов. Письма ФНС — ведомственные акты, они обязательны для применения нижестоящими налоговыми органами, но необязательны для судов. Однако на практике суды ориентируются на рекомендации ФНС, отмечает адвокат.

Сами положения ст. 54.1 НК справедливы, «вопрос в том, чтобы налоговые органы начали правильно ее применять — не руководствуясь сиюминутной целью пополнения бюджета в тяжелое время, а для защиты добросовестных налогоплательщиков от налоговых мошенников», заключил Мирзоев.

Верховный суд признал недопустимой внесудебную блокировку личных счетов

Налоговики не могут списывать деньги с личных счетов граждан во внесудебном порядке — даже если речь о предпринимателях, у которых накопились долги по налогам. Такое прецедентное решение вынес Верховный суд.

Юристы считают, что оно станет мандатом для банков на защиту счетов клиентов

Налоговики не вправе блокировать личные счета граждан во внесудебном порядке, такое прецедентное решение вынес Верховный суд.

Он счел, что при наличии долгов по налогам у индивидуального предпринимателя (ИП) фискальная служба не может в бесспорном порядке взыскать деньги с его счета, открытого в качестве физического лица, пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на решения по двум спорам банка ВТБ с налоговиками.

Собеседник, близкий к ФНС, отметил, что в большинстве случае налоговики обращаются к приставам за взысканием средств с личных счетов, когда на расчетных счетах ИП нет средств, а внесудебные требования возникают тогда, когда они видят, что доходы уходят на счет физлица, а не ИП.

ВТБ отказывался блокировать личные счета ИП из-за налоговых долгов, возникших в связи с предпринимательской деятельностью. Инспекции направили в банк решения о приостановке операций по счетам двух россиян-предпринимателей: из-за неуплаченных 65 300 рублей страховых взносов и 2,1 млн рублей налоговой недоимки.

ВТБ заблокировал только счета, которые были открыты для ведения предпринимательской деятельности, не трогая счета, заведенные ими как физлицами.  Часть денег с личных счетов их держатели потратили, а ФНС оштрафовала ВТБ на 166 000 рублей за неисполнение требования службы.

Банк оспорил штрафы, суды трех инстанций поддержали доводы налоговых инспекций, а Верховный суд передал жалобы ВТБ в свою экономическую коллегию. Коллегия и вынесла решения в защиту физических лиц.

В своем решении Верховный суд отметил, что полномочия налоговиков в отношении ИП и физлиц имеют «принципиальные различия».  Инструкция Центробанка также устанавливает разные типы банковских счетов для ИП (расчетный) и физлиц (текущий).

  В бесспорном внесудебном порядке, разъяснил Верховный суд, инспекция может взыскать только налоги, которые возникли в связи с ведением бизнеса, и только с открытых для этого счетов. Для физлиц закреплен исключительно судебный порядок взыскания.

Даже отсутствие достаточных средств на предпринимательском счете не является основанием для обращения взыскания на личные счета, отметила коллегия Верховного суда.

Она сослалась на позицию Конституционного суда о том, что действия налоговиков по принудительному взысканию правомерны, если «не приобретают характер санкций», а также «не отменяют и не умаляют права и свободы человека и гражданина».

Закон ограничивает взыскание с граждан, обязывая оставить им и их иждивенцам средства не меньше прожиточного минимума, а также сохранить ряд пособий.

Но это невозможно при административной блокировке счета, поскольку банки не способны сами выяснить, какие суммы имеют исполнительский иммунитет и на что именно граждане тратят деньги, резюмировала коллегия.

«Отрадно видеть позицию ВС «с человеческим лицом». Нечасто в нашем правовом пространстве высшие судебные инстанции в споре государства и гражданина поддерживают последнего», — сказала партнер КА «Юков и партнеры» Светлана Тарнопольская.

Заведующий бюро адвокатов «Де-юре» Никита Филиппов назвал подход Верховного суда «крайне важным для практики».  Он добавил, что подобные споры периодически возникают, но мало кто из банков доходит до высших судебных инстанций.

Защита граждан от внесудебного взыскания крайне важна, отметил Филиппов: суд может учесть многие нюансы, например, алименты и расходы на детей.

«ВС напомнил нижестоящим судам о необходимости соблюдения конституционных принципов законности и защиты прав личности, которые не могут игнорироваться по соображениям фискального интереса», — оценила решение партнер КПМГ в России и СНГ Галина Акчурина.

Нельзя ради взыскания налогов лишить человека средств к существованию «еще и во внесудебном порядке, просто по решению чиновника», отметила эксперт, тем более что фискальный интерес «все больше фокусируется на гражданах и их доходах».

«Это решение повышает доверие граждан к банкам и хранению денег в безналичной форме, напоминая об обязательном судебном контроле за взысканием собственности самой незащищенной части общества», — считает Акчурина.

Фискальные границы: почему введение цифрового налога неизбежно

По словам Тарнопольской, позиция Верховного суда сформулирована настолько четко и однозначно, что у налоговых органов не будет шанса ее проигнорировать в будущем. Она, отметила юрист, станет «мандатом для банков на защиту счетов клиентов».

Риски возможных злоупотреблений со стороны граждан, по мнению Филиппова, незначительны, так как у налоговиков остается возможность в судебном порядке обратить взыскание на имущество, использовать меры обеспечения и механизмы исполнительного производства.

По словам источника, близкого к ФНС, решение не носит прецедентного характера. Спор индивидуальный, и таких дел за три последних года по всей стране было всего 17. Их так мало, поскольку налоговики обращали взыскание на счета, открытые не для ведения предпринимательской деятельности, только если явно видели, что туда поступает коммерческий доход.

В обоих рассмотренных делах как раз были такие случаи. В одном предприниматель перевел на текущие счета деньги с расчетного счета до выставления решения о взыскании налоговиками, а в другом все поступления от третьих лиц сразу шли на карт-счет. На расчетном счете при этом ничего не оставлялось.

Почти 100% ситуаций, когда нет денег на счетах ИП, отправляются инспекциями на взыскание приставам, отметил собеседник газеты.

  • Сергей Мингазов Forbes Staff
Читайте также:  Спред маслом не испортишь? фас борется с ндк и за правду на упаковках

#налоги #индивидуальный предприниматель #ФНС #Верховный суд

Статистика Верховного суда–2020: главные цифры

Верховный суд опубликовал статистику рассмотрения административных, гражданских дел, экономических споров, дел об административных правонарушениях и уголовных дел в 2020 году. Нагрузка на все коллегии ВС снизилась: сказалась как пандемия, так и процессуальная реформа 2019 года, которая сняла с суда обязанность рассматривать некоторые категории споров.

Экономколлегия чаще отказывала заявителям, а количество заседаний в гражданской коллегии за два года упало почти в половину. Президиум Верховного суда В 2020 году Верховный суд рассмотрел 4733 надзорных жалобы и представления по уголовным делам.

Этот показатель снижается из года в год: еще в 2017 году суд рассмотрел почти на 40% больше жалоб (6574), в 2018-м их было 5863, а в 2019-м – 5294.

При этом до заседания Президиума доходит лишь малая часть жалоб и представлений: судьи рассмотрели 126 уголовных дел в отношении 147 лиц. Судьи удовлетворили жалобы и представления в отношении 129 человек.

Высокий процент удовлетворения требований объясняется тем, что в большинстве случаев Президиум рассматривает вернувшиеся из ЕСПЧ дела – таких в 2020 году набралось 87. Россия признает решения по ним, а потому ВС пересматривает приговоры в соответствии с постановлениями Страсбургского суда или решает вопрос о выплате компенсаций для фигурантов.

33 раза ВС отменил приговор, 42 раза – постановление о содержании под стражей. Всего 11 раз Президиум признал незаконными действия и бездействия должностных лиц по уголовным делам.

Уголовные дела – самая частая категория, рассматриваемая Президиумом ВС. Остальные попадают туда значительно реже. Так, помимо 126 уголовных дел, Президиум рассмотрел два гражданских спора и два экономических. Это относительно много: за три предшествующих года ВС пересмотрел в порядке надзора те же два экономических спора.

В их числе – спор на 151 млрд руб. между СК «Росгосстрах» и ООО «Капитал Лайф Страхование Жизни» о компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки (дело № А40-127011/2018).

Президиум удовлетворил жалобу «Росгосстраха», отменив решение экономколлегии.

А в деле № А40-232020/2015 Президиум отменил решение экономколлегии по представлению тогда еще председателя гражданской коллегии Василия Нечаева.

Другие категории дел вообще не доходили до заседаний Президиума ВС.

Коллегия по уголовным делам

По апелляции уголовная коллегия ВС рассмотрела 74 особо важных дела, которые по первой инстанции слушал суд областного уровня (верховный суд субъекта РФ, областной или краевой суд): про шпионаж, государственные измены и ряд других преступлений (полный перечень – в ст. 31 УПК), а также дела по статьям, которые допускают пожизненное лишение свободы. 

Из 202 лиц, в отношении которых ВС рассматривал такие дела, 70 человек добились отмены или изменения приговора. Если в 2019 году уголовная апелляция ужесточила наказания 19 преступникам, то в 2020 году такого не случилось ни разу. При этом четырем фигурантам уголовных дел отменили оправдательные решения. А 29 человек добились смягчения приговора.

В порядке кассационного производства уголовная коллегия рассматривает еще больше дел. Это объясняется тем, что для подавляющего большинства уголовных дел ВС является все же второй кассацией, а не апелляцией.

Всего коллегия рассмотрела 39 245 таких жалоб – значительно меньше, чем годом ранее (тогда было 51 273).

А еще 18 411 жалоб было отсеяно на уровне консультантов управления по организационному обеспечению рассмотрения обращений ВС.

До судебного заседания в кассации дошло всего 245 дел – лишь 0,62% от общего их числа. Но это все равно больше, чем в 2019 году, когда «уголовная» коллегия рассмотрела лишь 158 уголовных дел (на 35% меньше).

Зато велик шанс на удовлетворение уже дошедшей до заседания жалобы или представления. Из 245 уголовных дел ВС удовлетворил их по 152 – таким образом, вероятность обжалования акта во второй кассации составляет 62%.

Чаще всего «уголовная» коллегия предпочитает не направлять дело на новое рассмотрение, а самостоятельно изменить приговор – и в таком случае, согласно статистике, ВС только смягчает приговоры, но не ужесточает их.

А еще коллегия по уголовным делам рассматривает представления об изменении территориальной подсудности уголовных дел, например, в случаях, когда есть сомнения в объективности судов целого региона. ВС согласился с переносом рассмотрения дела 58 раз из 73.

Гражданская коллегия

В 2019 году коллегия ВС по гражданским делам рассмотрела:

  • в апелляционной инстанции: 6 гражданских дел и 5 материалов об изменении территориальной подсудности. Хотя еще в 2019 году гражданская апелляция рассмотрела 122 дела. До октября 2019 года гражданские дела, которые рассматривают по первой инстанции суды субъектов, попадали на апелляцию в ВС, а теперь для этого существуют специальные апелляционные СОЮ – с этим и связано снижение показателя;
  • в кассационной инстанции – 50 386 жалоб и представлений против 72 688 (-31%). За год количество жалоб, рассмотренных судьями гражданской коллегии, снизилось почти на 31%. При этом значительная часть жалоб (более 30 000) отсеялась еще до того, как попасть к судьям: их рассматривают сотрудники аппарата ВС, находят не подлежащие рассмотрению жалобы и возвращают заявителям.

Гражданская коллегия, у которой в 2020 году сменилось руководство, продемонстрировала заметное снижение количества заседаний. Если еще в 2018 году ВС рассмотрел в заседании 995 гражданских дел, то в 2019 году этот показатель сократился до 879, а в 2020-м упал до 564 (-44% к 2018 году).

Зато остается высоким процент удовлетворения жалоб, которые все же дошли до заседания: ВС лишь в 34 случаях признал решения нижестоящих инстанций законными.

Таким образом, если дело назначили к рассмотрению на заседании гражданской коллегии ВС, решение по нему с вероятностью в 94% будет пересмотрено.

При этом гражданская коллегия редко самостоятельно выносит новые решения по делам – такое в 2020 году произошло всего два раза. В остальных случаях ВС направляет дело на новое рассмотрение либо отменяет противоречащие первой инстанции акты апелляционных и кассационных инстанций.

Апелляционная коллегия

Пандемия почти не сказалась на производительности апелляционной коллегии ВС, которая за 12 месяцев окончила производство по 533 делам. Это почти столько же, сколько было в 2017 году – 540 (в 2018-м и 2019-м было немногим больше).

В 2020 году апелляция ВС один раз отменила постановление коллег из «уголовной» коллегии об изменении территориальной подсудности, два раза прекратила производство по делам об административных правонарушениях и изменила одно решение об оспаривании правительственного акта. Также коллегия удовлетворила жалобу Минэкономразвития и признала законным порядок рассмотрения жалоб на нарушения при проведении процедуры банкротства, поступающих в адрес СРО арбитражных управляющих.

Все остальные жалобы в апелляцию ВС остались без удовлетворения. Так, статистика показывает, что судьям бесполезно жаловаться в апелляционную коллегию: из 15 жалоб, которые они подали на решение дисциплинарной коллегии, все остались без удовлетворения.

Коллегия по экономическим спорам

Экономколлегия Верховного суда за отчетный период рассмотрела в кассационной инстанции 33 470 жалоб и представлений против 37 015 годом ранее и 34 003 в 2018 году. Таким образом, нагрузка на экономколлегию снизилась почти на 10% после нескольких лет роста.

С каждым годом тройки экономколлегии собираются все реже: рассмотрев 541 дело в 2017 году, они заслушали 529 в 2018 году, 464 дела – в 2019 году и 419 – в 2020-м.

Из 419 дел, которые рассмотрела коллегия, лишь по 29 делам заявителям отказали в удовлетворении кассационной жалобы. По 386 делам судьи удовлетворили жалобы, еще несколько раз оставили их без рассмотрения или прекратили производство по делу.

Судьи экономколлегии удовлетворяют уже попавшую на рассмотрение жалобу в 92% случаев. В прошлом году этот показатель составлял 97%.

Как и коллеги из гражданской коллегии, чаще всего судьи коллегии ВС по экономспорам предпочитают не принимать нового решения по делу, а направлять споры на новое рассмотрение.

В 2020 году экономколлегия рассмотрела 37 кассационных дел с использованием видеоконференцсвязи.

Коллегия по административным делам

Самая популярная категория административных дел, дошедших до Верховного суда, – об оспаривании нормативных правовых актов.

Судьи вынесли 187 решений по таким делам, но требования заявителей были удовлетворены всего по 11 делам (вероятность удовлетворения жалобы – 6%).

Заявителям всего один раз удалось оспорить решения госорганов и местного самоуправления в первой инстанции ВС: отказали по 31 делу из 32.

Зато ВС удовлетворил каждое третье заявление о компенсации за нарушение разумных сроков судопроизводства (четыре дела из 12).

Самый высокий процент удовлетворения – 100% – по делам о привлечении судей к административной ответственности. ВС вынес положительное решение по всем пяти таким делам. Административная коллегия удовлетворила каждое из поданных Минюстом исков о ликвидации политических партий – это произошло 23 раза.

Всего же судьи рассмотрели 260 административных исков по первой инстанции, что почти в три раза меньше, чем было в 2019 году (758). Еще 108 административных дел рассмотрели в апелляции – это сразу в 15 раз меньше, чем в 2019 году (тогда было 1626).

По делам об административных правонарушениях ВС рассмотрел 7675 жалоб (против 13 595 годом ранее), но большинство из них не было передано на рассмотрение. Рассмотрели судьи 690 дел (в 2019-м – 1150 дел).

Чаще всего в ВС обжаловали постановления мировых судей (305 дел), следом – постановления несудебных органов и должностных лиц (259 дел) и постановления районных судов (126 дел). Успешное обжалование случилось по 255 делам из 690.

77 подателей жалоб добились отмены постановления о привлечении к административке – всего 1% от общего числа рассмотренных жалоб.

Дисциплинарная коллегия

Судьям, которые решили отстоять свои права в Верховном суде, приходится сложнее, чем другим. В 2020 году они 96 раз обратились в дисциплинарную коллегию, но 80 таких заявлений вернули. 15 дел приняли к производству, а рассмотрели в заседании лишь 13. По всем рассмотренным делам судьям отказали в пересмотре решений ККС и ВККС.

Для сравнения, в 2017 и 2019 годах дисциплинарная коллегия удовлетворила по одной судейской жалобе, а в 2018 году – целых четыре.

Источник: Обзор статистических данных о рассмотрении в Верховном Суде Российской Федерации в 2020 году административных, гражданских дел, дел по разрешению экономических споров, дел об административных правонарушениях и уголовных дел.

Право.ru

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *