АСВ закон не писан — как включить в РТК сомнительные требования аффилированных лиц на 57 млрд рублей

АСВ закон не писан — как включить в РТК сомнительные требования аффилированных лиц на 57 млрд рублей

Я стараюсь не писать о делах, в которых я представлял интересы одной из сторон. Но существуют ситуации, умалчивать о которых неправильно. Дело о банкротстве Пробизнесбанка является одним из них.

Я давно не верю в объективность и беспристрастность отечественных судов, когда в деле участвуют государственные органы.

Но бывают случаи, когда подыгрывание становится настолько вопиющим, что они превращаются в позор судебной системы.

В частности, мой личный опыт и опыт многих знакомых коллег свидетельствует о том, что споры с участием АСВ и ЦБ частенько превращают суд из храма правосудия в плохой театр.

Из широко известных споров достаточно вспомнить печальную историю клиентов банка «Траст», ставших владельцами злополучных кредитных нот и не сумевших добиться возвращения денежных средств на общую сумму более 20 млрд рублей.

Думаю, что многие юристы, столкнувшиеся в суде с АСВ и ЦБ по более ординарным делам, также смогли прочувствовать всю прелесть таких процессов.

Лично для меня дело «Пробизнесбанка» стало последней каплей для переполнения чаши терпения.

Когда ты понимаешь, что существуют все основания для отмены судебного акта нижестоящего суда, поскольку он не отвечает даже минимальным требованиям, предъявляемым к такого рода делам, но вышестоящая инстанция делает вид, что всё так и должно быть, становится обидно не только за себя и клиентов, но и за сегодняшнюю роль права. Становится стыдно за судей кассации, которые при переполненном независимыми кредиторами зале оглашают резолютивную часть постановления, оставляющего в силе позорный судебный акт (хочется верить, что в глубине души, они это осознают и им за это хотя бы немного неловко). Стыдно даже за АСВ, которое спустя 2 года вынуждено вносить изменения в собственную официальную отчетность, чтобы хоть как-то создать желаемую доказательственную базу, свидетельствующую о законности его действий.

Стыдно становится и самому, потому что почти каждый представитель отечественного юрсообщества косвенно приложил к этому свою руку. Мы привыкли вести себя пассивно и часто просто закрываем глаза на антиправо. Пока мы так себя ведем, надеяться на положительное изменение дел, значит просто плыть по течению в ожидании, что всё само собой наладится.

Но совместимо ли такое поведение с нашей профессией? Думаю, нет. Для меня настоящий юрист не тот, кто хорошо знает право, а тот, кто, зная право, старается бороться за справедливость. Не важно, в какой сфере занят каждый из нас.

Будь ты судья, инхаус, адвокат или учёный, ты должен понимать, что являешься маленьким солдатом справедливости и должен за нее бороться.

История банкротства Финансовой группы «Лайф»

ОАО АКБ «Пробизнесбанк» (далее – Пробизнесбанк) совместно с дочерними обществами входило в единую Финансовую группу «Лайф» и являлось ее головной организацией. Среди дочерних обществ Пробизнесбанка, в частности, были следующие кредитные организации: АО «ВУЗ-Банк», АО АКБ «ЭКСРЕСС-ВОЛГА», ОАО «ГАЗЭНЕРГОБАНК» и ОАО КБ «СОЛИДАРНОСТЬ».

АСВ закон не писан — как включить в РТК сомнительные требования аффилированных лиц на 57 млрд рублей(Источник: https://solid.ru/upload/birga_obzor/solidlajfbroker.pdf)

Однако в 2015 г. дела у Финансовой группы «Лайф» не задались.

Обзор Верховного суда по банкротству: требования аффилированных и контролирующих лиц

Верховный суд 29 января 2020 года представил важный обзор позиций по банкротству. Он касается включения в реестр требований аффилированных лиц и контролирующих должника лиц (КДЛ). Предлагаем ознакомиться с основными выводами.

Бремя доказывания

✔ Если приведены доводы о мнимости договора, на котором основаны требования аффилированного кредитора, то такой кредитор должен опровергать сомнения в ничтожности сделки (пункт 1).

Понижение очередности возможно в случаях:

  • ✔ если КДЛ повлиял на предоставление компенсационного финансирования должнику от аффилированного лица (пункт 4);
  • ✔ если перемена кредитора на КДЛ произошла в условиях финансового кризиса должника (пункт 6);
  • ✔ если КДЛ давал должнику займы в начале его работы для перераспределения риска в случае несостоятельности (пункт 9).

Не может быть единственным основанием для понижения очередности:

  1. ✔ отнесение кредитора к числу КДЛ либо аффилированных с должником лиц (пункт 2);
  2. ✔ наличие у кредитора права контроля должника, чтобы вернуть свою задолженность (например, права акционера по договору залога акций) – при том, что не имеется цели извлекать из деятельности должника прибыль (пункт 11);
  3. ✔ то, что публично-правовое образование участвовало в формировании уставного капитала должника (пункт 13).

Очередность не меняется:

✔ в случае совершений действий, ведущих к необоснованному повышению очередности (пункт 7);

✔ если независимый мажоритарный кредитор договорился, что КДЛ даст должнику заем при финансовом неблагополучии последнего. Это работает при условии, что не нарушены интересы миноритарных кредиторов (пункт 10).

После расчетов с другими кредиторами происходит погашение обязательств:

✔ если КДЛ совершил с должником сделку в условиях неплатежеспособности последнего (пункт 3).

Обязательства не погашаются наравне с другими кредиторами:

✔ если КДЛ привлечено к ответственности по неисполненным обязательствам должника (пункт 8).

Не подлежат включению в реестр требования:

✔ если аффилированное лицо исполнило обязательство за должника, но при этом средства в группе лиц циркулировали свободно, и должник мог погасить долг самостоятельно (пункт 5).

Процессуальные права

Участие аффилированных лиц должника в делах о банкротстве

9.05.20

М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры

Ранее была распространена такая схема: аффилированное с должником лицо (далее — АДЛ) перечисляло должнику деньги по договору займа, должник эти деньги выводил (они проходили через должника транзитом), затем АДЛ приносил в суд платежку и суд включал его в реестр требований кредиторов должника (далее — РТК). В результате АДЛ назначал своего арбитражного управляющего и брал процедуру банкротства полностью под свой контроль.

Сейчас такие фокусы не проходят. Суды последовательно вели борьбу как с “нарисованной кредиторкой”, так и с возможностями АДЛ, даже при наличии у них реальных требований к должнику, влиять на процедуру банкротства и участвовать в распределении конкурсной массы должника.

Особенно сильный удар по АДЛ нанес «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее — Обзор).

Часть Обзора посвящена понижению очередности удовлетворения требований КДЛ и аффилированных с ним лиц. Подробный анализ данных правовых позиций дан в нашей статье “Осторожно — субординация требований кредиторов!”.

Другая часть Обзора посвящена недопущению включения в РТК фиктивных требований АДЛ, а также ограничению участия АДЛ в распределении конкурсной массы и выборах арбитражного управляющего (п.п.1, 5, 8, 12 Обзора).

Рассмотрим эту часть подробнее.

Проверка на мнимость сделки (п.1 Обзора)

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ в целях недопущения включения в РТК фиктивных требований АДЛ судам следует: 

1. Тщательно проверять представленные АДЛ договоры на предмет их мнимости (п.1 ст.170 ГК РФ).

При этом суды не должны ограничиваться формальной проверкой документов. Они должны выяснять существование фактических отношений по договору.

  • 2. Распределять бремя доказывания следующим образом:
  • Независимому кредитору достаточно представить лишь косвенные доказательства prima facie (“на первый взгляд”) мнимости сделки, зародить сомнения. 
  • В ответ АДЛ должен опровергнуть эти сомнения, раскрыв перед судом все обстоятельства заключения и исполнения сделки, опровергнуть транзитный характер движения денег через расчетный счет должника. 
  • Если АДЛ не сможет опровергнуть эти сомнения, то его требование не подлежит включению в РТК.
  • Справедливости ради надо отметить, что данные правовые подходы Верховный Суд РФ выработал задолго до принятия Обзора.

Презумпция получения АДЛ скрытого возмещения при исполнении им обязательства должника внешнему кредитору (п.5 Обзора)

Представим себе следующую ситуацию:

Должник, входящий в группу аффилированных лиц (ст. 9 ФЗ «О защите конкуренции»), получил от независимого кредитора кредит в размере 1 млн.руб. Эти деньги должник передал по займу другому члену группы, после чего впал в состояние имущественного кризиса. 

Что могут предпринять члены этой группы, являющиеся АДЛ, чтобы не допустить преждевременного возбуждения дела о банкротстве должника по заявлению независимого кредитора?

1. Члены группы могут произвести обратное перераспределение ресурсов в пользу должника, из оборота которого кредит был изъят изначально, с тем чтобы должник погасил внешний долг лично. В частности, АДЛ, получивший от должника заем, может его вернуть должнику либо другой АДЛ может передать должнику 1 млн.руб. в качестве вклада в имущество и должник сам погасит внешний долг.

2. АДЛ может поручиться за должника перед кредитором и по требованию кредитора как поручитель погасить внешний долг должника. В этом случае право требования 1 млн.руб. перейдет от кредитора к АДЛ в порядке суброгации (статьи 365, 387 ГК РФ).

3. АДЛ может просто погасить внешний долг должника, основываясь на ст.313 ГК РФ (исполнение обязательства третьим лицом). В этом случае право требования 1 млн.руб. также перейдет от кредитора к АДЛ в порядке суброгации.

Читайте также:  Обзор судебной практики о неудачных попытках должностных лиц наложить штраф по ст. 20.6.1 коап рф

4. АДЛ может выкупить у независимого кредитора требование к должнику за 1 млн.руб. Результат будет тот же — право требования 1 млн.руб. перейдет от кредитора к АДЛ, но только в порядке цессии.

Во всех этих вариантах АДЛ лишается 1 млн.руб., а независимый кредитор его получает. 

Однако в первом случае у АДЛ не возникает никаких прав кредитора по отношению к должнику (и это добросовестный стандарт поведения), а в трех последних — возникает. 

В случае возбуждения дела о банкротстве должника в последних трех случаях АДЛ будет пытаться включиться в РТК, влиять на процедуру банкротства и участвовать в распределении конкурсной массы должника. 

Учитывая то, что деньги были выведены с баланса должника другому члену группы (они были перераспределены, но остались внутри группы), можно сказать, что фактически АДЛ, будучи членом этой группы, перечислил внешнему кредитору деньги, которые в конечном счете были получены от этого же кредитора. В таком случае возникновение у АДЛ прав кредитора по отношению к должнику является необоснованным и несправедливым.

О недопустимости включения в РТК таких необоснованных требований АДЛ и говорится в п.5 Обзора.

Верховный Суд РФ указывает на необходимость исследовать в таких спорах внутригрупповые отношения и, по сути, предлагает исходить из презумпции, что в случае исполнения АДЛ обязательства должника внешнему кредитору, такой АДЛ вероятнее всего получил возмещение исполненного на основании соглашения с должником.

Такое соглашение о погашении АДЛ задолженности должника в счет компенсации за изъятые у должника ранее кредитные ресурсы в пользу одного из членов группы, Верховный Суд РФ именует “договором о покрытии”.

Договор о покрытии, как правило, скрыт от суда и внешних кредиторов. Он может быть заключен членами группы и в устной форме.

Для того, чтобы опровергнуть презумпцию получения возмещения по скрытому договору о покрытии, АДЛ должен подтвердить свою добросовестность.

Он должен “раскрыть основания внутригруппового движения денежных средств, подтвердить, что расчетные операции, опосредующие перемещение активов внутри группы, оформлены в соответствии с их действительным экономическим смыслом и обусловлены разумными экономическими целями”.

Если АДЛ не сможет опровергнуть эту презумпцию, то суд откажет ему во включении в РТК.

Понижение КДЛ, привлеченного к субсидиарной ответственности, в очередности удовлетворения его требования (п.8 Обзора)

В практике возникали случаи, когда требование КДЛ включалось в РТК. Затем этот же КДЛ привлекался к субсидиарной ответственности. А когда наступал момент распределения между кредиторами денежных средств из конкурсной массы должника, данный КДЛ, как кредитор третьей очереди, претендовал на получение своей доли.

Верховный Суд РФ усмотрел пробел в позитивном праве и, применив аналогию закона, указал следующее: 

“Если в возникновении невозможности исполнения по причине банкротства виноват кредитор, он лишается права требовать возврата той части своего предоставления, которая покрывает убытки должника (п.1 ст.6, п.4 ст.401, ст.404, 406 и п.2 ст.416 ГК РФ). 

Следовательно, если контролирующее лицо виновными действиями создало ситуацию банкротства, т.е.

ситуацию, при которой полное исполнение обязательств как перед ним, так и перед другими кредиторами стало невозможно и кредиторы получат лишь часть от причитающегося, такое контролирующее лицо несет риск возникшего неисполнения.

Оно не вправе полагаться на то, что при банкротстве последствия его виновных действий будут относиться не только на него, но и на других кредиторов, а значит, контролирующее лицо не может получить удовлетворение в той же очередности, что и независимые кредиторы)”.

По поводу обоснования данной правовой позиции можно спорить, поскольку не факт, что в данном случае имелся пробел в законе и было уместно применение аналогии закона. Однако сам результат такого “судебного нормотворчества” не вызывает сомнений.

Запрет АДЛ избирать арбитражного управляющего (п.12 Обзора)

Вс защитил право аффилированного с должником лица при выкупе им права требования по договору цессии

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ опубликовала Определение от 20 августа 2020 г. № 305-ЭС20-8593 по делу о включении в реестр требований кредиторов организации-банкрота требования аффилированного лица.

Суды трех инстанций разошлись в оценке прав аффилированного с должником лица, выкупившего право требования к нему

В августе 2018 г. арбитражный суд включил в третью очередь реестра кредиторов ООО «Международная Телекоммуникационная Компания – ЭРА» требования ПАО «Ростелеком» в лице макрорегионального филиала «Центр» на сумму свыше 2 млн руб. (задолженность по договору и проценты за пользование чужими денежными средствами).

Впоследствии «Ростелеком» по договору цессии уступил Сергею Косову право требования к должнику. Косов обратился в суд с заявлением о процессуальной замене ПАО «Ростелеком» на правопреемника в его лице.

Первая инстанция и апелляция удовлетворили заявление, исходя из исполнения договора цессии, которое повлекло материальное правопреемство в гражданско-правовом отношении, являющееся основанием для процессуальной замены кредитора в реестре требований. Апелляция отметила, что факт замены одного кредитора на другого, в том числе аффилированного с должником (Сергей Косов является сыном участника общества-должника), сам по себе не приводит к нарушению прав конкурсных кредиторов.

В дальнейшем окружной суд частично изменил акты нижестоящих судов. Он признал требование Сергея Косова к должнику на сумму свыше 2 млн руб. обоснованным, однако счел его подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст.

148 этого Закона и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При этом кассация исходила из того, что поскольку аффилированное лицо приобрело право требования к должнику уже в процедуре банкротства (в очевидном для заявителя состоянии неплатежеспособности должника), то очередность требования нового кредитора, аффилированного с должником, должна быть понижена.

ВС пояснил, почему права требования аффилированного кредитора в рассматриваемом случае не подлежат субординации

Сергей Косов обжаловал постановление кассации в Верховный Суд.

Изучив материалы дела № А40-113580/2017, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

ВС обобщил практику по субординации требований кредиторовОбзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц содержит 14 правовых позиций

Вместе с тем, пояснил ВС, из этого правила есть ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом ВС от 29 января 2020 г.). Так, в п. 6.

2 обзора рассмотрена ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, – т.е. фактически профинансировал должника.

В рассматриваемом деле, подчеркнул Суд, приобретение требования к должнику по договору цессии осуществлено аффилированным лицом после признания должника банкротом. Это обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в смысле, который заложен в п. 6.2 обзора.

«Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (п. 3.1 обзора). В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица», – отмечается в определении.

Верховный Суд пояснил, что, в отличие от ситуации, приведенной в обзоре, после введения процедуры банкротства невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение должника, поскольку такая процедура является публичной, открытой и гласной.

«Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования. Таким образом, п. 6.

Читайте также:  Гражданско-правовое регулирование вопросов оказания медицинской помощи

2 обзора не подлежит применению в случае, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства», – указал ВС.

Там же подчеркивается, что обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования у независимых кредиторов, лишая тех возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования подобным образом.

При этом само по себе включение в реестр аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным. В связи с этим Верховный Суд отменил постановление окружного суда, оставив в силе решения первой и апелляционной инстанций.

Эксперты отметили важность позиции ВС для банкротной практики

Комментируя «АГ» определение, адвокат АП г. Москвы Виталий Ульянов отметил, что в нем Верховный Суд признал право аффилированного с должником лица при выкупе задолженности у независимого кредитора на стадии конкурсного производства претендовать на конкурсную массу наравне с остальными кредиторами – т.е.

отказался его субординировать. «Такая позиция не является универсальной и принята с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.

При этом Суд установил, что субординация таких требований будет дестимулировать контролирующих должника и аффилированных с ним лиц в приобретении прав требования у независимых кредиторов», – считает он.

Критерии блокировки банковских операций физического лица

Данченко С. П., эксперт информационно-справочной системы «Аюдар Инфо»

10 сентября 2021 года Банк России опубликовал критерии, которые позволят банкам выявлять платежные инструменты (платежные карты и электронные кошельки), используемые теневым бизнесом – незаконными онлайн-казино, организаторами финансовых пирамид, нелегальными форекс-дилерами, криптовалютными интернет-обменниками. Так сказано в официальном релизе мегарегулятора.

Но непосредственно в Методических рекомендациях о повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов – физических лиц, утвержденных ЦБ РФ 06.09.

2021 № 16-МР, речь идет о необходимости повышенного внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов – физических лиц.

В связи с чем, даже если гражданин не является участником перечисленных структур, у него есть риск попасть в зону пристального внимания банка. Как этого избежать?

Опасения мегарегулятора

К сожалению, теневой бизнес в России был, есть и в ближайшем будущем будет. Мегарегулятор борется с ним своими методами.

По мнению Банка России, участники теневого бизнеса осуществляют прием платежей от граждан (физических лиц, пользующихся такими услугами) и выплаты не со своих расчетных счетов, а с подконтрольных им банковских карт и электронных кошельков, зачастую оформленных на подставных физических лиц. При этом по таким платежным инструментам не оплачиваются повседневные покупки, коммунальные и прочие услуги, но в то же время с помощью данных карт проводятся необычные по частоте совершения и суммам операции.

Для автоматизированной обработки значительного по объему потока платежей нелегальный бизнес применяет специальные программные модули, которые подключаются к интернет-страницам кредитных организаций с услугами по переводу денег (P2P-сервисов, используемых добросовестными физическими лицами для переводов типа «с карты на карту», «с кошелька на кошелек» и т. д.).

Банк России исходит из того, что переводы в адрес нелегальных структур связаны с высокими рисками потери денег и вовлечения граждан в мошеннические схемы.

Мегарегулятор рекомендует кредитным организациям оперативно выявлять подозрительные карты и кошельки и применять в отношении подобных инструментов противолегализационные меры.

Банкам следует также обеспечить необходимую защиту P2P-сервисов, чтобы их нельзя было использовать для проведения подозрительных операций.

Методические рекомендации Банка России

В Методических рекомендациях сказано, что в результате осуществления надзорных мероприятий Банком России выявляются случаи использования недобросовестными участниками хозяйственной деятельности услуг кредитных организаций по переводу денежных средств, электронных денежных средств между физическими лицами с применением платежных карт, иных электронных средств платежа (во всех возможных комбинациях применения электронных средств платежа, например переводы типа «с карты на карту», «с кошелька на кошелек», «со счета абонента оператора связи на кошелек или карту» и др.), предоставляемых посредством Интернета. Цель данных манипуляций – легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, осуществление незаконной предпринимательской деятельности, иные противоправные цели, в частности цели, связанные с обеспечением расчетов теневого игорного бизнеса (создание незаконных онлайн-казино и проведение незаконных онлайн-лотерей), нелегальных участников финансового рынка (в том числе лиц, незаконно предлагающих услуги форекс-дилеров, организаторов финансовых пирамид), а также совершение операций в криптовалютных обменниках.

В указанных целях недобросовестные участники хозяйственной деятельности могут использовать платежные карты (иные электронные средства платежа), оформленные на подставных физических лиц (дропов), а также онлайн-сервисы с применением не принадлежащего кредитной организации специального программного обеспечения, которое в автоматическом режиме заполняет необходимые данные для осуществления перевода денежных средств, электронных денежных средств.

Банк России рекомендует кредитным организациям при реализации процедур внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма следующее:

  • проводить анализ обращений к онлайн-сервисам и обновлять их;
  • выявлять банковские счета, оформленные на физических лиц, соответствующие установленным критериям;
  • принимать меры по отношению к таким клиентам.

Анализ обращений к онлайн-сервисам

Кредитным организациям, предоставляющим онлайн-сервисы для перевода физическими лицами денежных средств, электронных денежных средств, рекомендуется:

  • реализовывать меры по анализу обращений к функционалу онлайн-сервисов (например, с помощью логирования данных на веб-сервере, цифрового отпечатка устройства, внешних и внутренних сервисов веб-аналитики и др.), осуществлять их постоянное обновление и совершенствование;
  • использовать протоколы обмена информацией, предусматривающие дополнительные меры аутентификации пользователя (например, MirAccept 2.0);
  • принимать меры, направленные на недопущение использования онлайн-сервисов посредством роботизированного заполнения платежных инструкций, в том числе реализуя решения по распознаванию действий пользователя – физического лица (например, reCAPTCHA, Invisible reCAPTCHA и др.), а также предусматривать постоянное изменение и совершенствование указанных мер;
  • обеспечивать возможность дополнительного подтверждения плательщиком номера счета (идентификатора) получателя при заполнении платежных инструкций;
  • реализовывать меры по выявлению в Интернете неправомерного упоминания и (или) использования онлайн-сервисов и электронных средств платежа кредитной организации, в том числе с указанием на наличие возможности их применения для осуществления расчетов с недобросовестными участниками хозяйственной деятельности.

Кроме того, банки должны будут регулярно (не реже одного раза в течение шести месяцев) проводить оценку эффективности реализуемых мероприятий по недопущению использования онлайн-сервисов с применением специального программного обеспечения и по результатам оценки при необходимости обеспечивать актуализацию названных мероприятий.

Критерии операций, требующих повышенного внимания

Банк России разработал следующие критерии для банковских счетов и электронных средств платежа, оформленных на физических лиц и используемых посредством онлайн-сервисов для осуществления расчетов с другими физическими лицами:

  • необычно большое количество контрагентов – физических лиц (плательщиков и (или) получателей), например более 10 в день, более 50 в месяц;
  • необычно большое количество операций по зачислению и (или) списанию безналичных денежных средств (увеличению и (или) уменьшению остатка электронных денежных средств), проводимых с контрагентами – физическими лицами, например более 30 операций в день;
  • значительные объемы операций по списанию и (или) зачислению безналичных денежных средств (увеличению и (или) уменьшению остатка электронных денежных средств), совершаемых между физическими лицами, например более 100 000 руб. в день, более 1 млн руб. в месяц;
  • короткий промежуток времени (одна минута и менее) между зачислением денежных средств (увеличением остатка электронных денежных средств) и списанием (уменьшением остатка электронных денежных средств);
  • в течение 12 часов (и более) одних суток проводятся операции по зачислению и (или) списанию денежных средств (увеличению и (или) уменьшению остатка электронных денежных средств);
  • в течение недели средний остаток денежных средств на банковском счете (электронных денежных средств) на конец операционного дня не превышает 10 % от среднедневного объема операций по банковскому счету (электронному средству платежа) в указанный период;
  • операции по списанию денежных средств, электронных денежных средств характеризуются отсутствием платежей в пользу юридических лиц и (или) индивидуальных предпринимателей для обеспечения жизнедеятельности физического лица (например, оплата коммунальных услуг, услуг связи, иных услуг, товаров, работ);
  • совпадение идентификационной информации об устройстве (например, MAC-адреса, цифрового отпечатка устройства и др.), используемом разными клиентами – физическими лицами для удаленного доступа к услугам кредитной организации по переводу денежных средств, электронных денежных средств.

В зону повышенного внимания банков попадут банковские счета и электронные средства платежа, открытые на физических лиц, которые одновременно соответствуют двум и более приведенным признакам.

Отметим, что Банк России разработал достаточно конкретные критерии – с четкими и понятными границами.

И что самое важное, вызвать интерес у банка могут и законопослушные граждане. Например, то, что человек не оплачивает коммунальные платежи банковской картой, – весьма распространенное явление, так как не все владеют недвижимостью. Да и платить можно с другой карты (сейчас у многих есть несколько карт). Это означает, что один критерий уже есть.

Что же касается второго, то и его найти будет несложно. Например, под большим количеством контрагентов – физических лиц понимается более 10 в день или более 50 в месяц.

То есть, если гражданин на работе собирает деньги на юбилей коллеге и ему пришло в день около 30 – 40 переводов, к тому же он не оплачивает коммунальные платежи по карте, он сразу должен вызвать повышенный интерес со стороны банка.

Читайте также:  Работник получил выговор за разговоры по мобильному телефону

Меры, которые должны принимать банки при выявлении соответствующих критериям банковских счетов

При выявлении банковских счетов и электронных средств платежа, оформленных на физических лиц, соответствующих приведенным критериям, рекомендуется предпринять следующие меры.

Во-первых, банкам следует обратить повышенное внимание на операции таких клиентов – физических лиц.

Во-вторых, банки должны рассматривать соответствующие операции на предмет наличия подозрений в том, что они осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

В случае наличия таких подозрений им следует реализовать право на отказ в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, предусмотренное п. 11 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ.

То есть банки при возникновении вопросов к совершаемым операциям должны их заблокировать.

В-третьих, в случае принятия в течение календарного года двух и более решений об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении операции на указанных основаниях банк должен рассмотреть вопрос о реализации предусмотренного п. 5.2 ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ права на расторжение договора банковского счета (вклада) с клиентом.

При принятии решений по сомнительным операциям физических лиц банки могут руководствоваться в отношении таких клиентов рекомендациями, содержащимися в Письме ЦБ РФ от 27.04.

2007 № 60-Т «Об особенностях обслуживания кредитными организациями клиентов с использованием технологии дистанционного доступа к банковскому счету клиента (включая интернет-банкинг)».

В этом документе банкам советуют включать в договоры пункт о праве кредитной организации после предварительного предупреждения отказывать клиенту в приеме от него распоряжения на проведение операции по банковскому счету (вкладу), подписанного аналогом собственноручной подписи, в случае выявления сомнительных операций. При этом кредитным организациям следует принимать от таких клиентов только надлежащим образом оформленные расчетные документы на бумажном носителе.

И еще один момент, на который хотелось бы обратить особое внимание. Банк России призывает проводить названные выше мероприятия по оперативному выявлению сомнительных операций с учетом рекомендаций, изложенных в его следующих информационных письмах:

  • от 30.05.2019 № ИН-06-59/46 «О подходах к порядку реализации кредитными организациями права, предусмотренного подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ, в отношении самозанятых»;

Асв оценило уровень возврата денег кредиторам банкротящихся банков — рбк

В последние годы банковский сектор расчищается за счет ухода небольших банков, характеризующихся повышенной проблемностью активов, говорит старший управляющий директор рейтингового агентства НКР Александр Проклов: «Подобные банки пытаются оставаться на плаву, кредитуя такие отрасли экономики и компании, которые отличаются повышенным кредитным риском. С другой стороны, ЦБ часто отзывает лицензии у банков и за нарушение 115-ФЗ «О противодействии отмыванию доходов». Ничего удивительного, что значительная часть кредитного портфеля таких банков носит схемный характер».

Согласно стратегии до конца 2025 года АСВ рассчитывает пройти основные этапы ликвидации не менее 380 банков. Повысить уровень удовлетворения требований их кредиторов агентство, в частности, хочет за счет сокращения расходов.

  • Агентство поэтапно откажется от привлечения специализированных организаций в пользу штатных юристов. АСВ ранее критиковали за завышенные расходы на сторонних юристов. Один из таких случаев в 2019 году получил оценку Верховного суда (ВС): кредитор ликвидируемого Пробизнесбанка компания «Автоцентр» дошла до ВС в попытке оспорить выплату юристам, сопровождающим банкротство банка с 2015 года, — сначала этим занималась юрфирма «Кворум Дебт Менеджмент Групп», а затем московская коллегия адвокатов «Кворум». По договору юристы получали по 8,5 млн руб. в месяц и еще 15% от фактически поступивших денег в конкурсную массу. В итоге к концу 2017 года фирма получила 312,9 млн руб. вознаграждения. Верховный суд отправил дело о целесообразности таких выплат на пересмотр, хотя предыдущие инстанции вставали на сторону АСВ. В 2020 году кредиторы Тагилбанка обратились в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) из-за того, что в российских судах не смогли оспорить привлечение конкурсным управляющим 24 помощников, а также его планы потратить 21 млн руб. на услуги по экспертизе документов и размещению архива.
  • «Ожидаемый экономический эффект [от этой меры] по итогам 2021 года оценивается на уровне 16–17% снижения в целом всех расходов ликвидируемых организаций», — прогнозируют в АСВ. Для сравнения, в 2019 году расходы на ликвидацию банков составили 21,7 млрд руб. 39% от этой суммы — расходы на юридическое сопровождение. Небольшую экономию даст и перевод бухгалтерского сопровождения на ресурсы АСВ.
  • Отдельно в стратегии описываются планы агентства по ускорению продажи активов банков. АСВ рассчитывает в 2021 году проводить инвентаризацию имущества банков уже на этапе введения временной администрации, что позволит выставлять на продажу 50–60% имущества банков в течение полутора месяцев после начала ликвидации кредитной организации.
  • Кроме того, агентство планирует разрабатывать индивидуальные стратегии возврата выведенных из банков активов в сложных кейсах, быстрее обращаться в суды и силовые структуры: шесть месяцев будет отведено на проверку обстоятельств банкротства и два месяца после этого — на подачу исков в суды или обращение в правоохранительные органы.

Планы на зарубежные активы банкиров

В АСВ готовы расширить практику привлечения сторонних компаний к поиску и взысканию активов беглых банкиров уже в 2021 году, сказано в стратегии.

Как правило, они обеспечивают финансирование судебных процедур и поиска активов в обмен на процент от взысканных средств.

АСВ уже работает с компанией А1 (входит в «Альфа-Групп»), которая сопровождает суды агентства с экс-владельцем Межпромбанка Сергеем Пугачевым и бывшим владельцем Внешпромбанка Георгием Беджамовым.

Другой кейс — банкротство бывшего владельца «Российского кредита» Анатолия Мотылева в Великобритании — финансируется Harbour Litigation Funding Limited, одним из крупнейших британских судебных инвесторов. При этом АСВ обещает отказаться от заведомо бесперспективных, но дорогостоящих мероприятий по взысканию «технических активов».

В следующие пять лет в агентстве рассчитывают и на законодательные изменения, которые позволят повысить результативность возврата активов.

  • Создание механизма снятия «корпоративной вуали» (например, когда по долгам юрлица могут напрямую отвечать его учредители) с разных форм неправомерного владения имуществом, приобретенным за счет средств финансовой организации.
  • Наделение Банка России правом обращаться в суд с заявлением о наложении предварительных обеспечительных мер на имущество, если капитал банка ушел в отрицательную зону. Соответствующий законопроект уже прошел первое чтение.
  • Наделение АСВ публичной функцией по организации возврата из-за рубежа активов, полученных в результате совершения преступлений на территории России. Такой статус АСВ рассчитывает получить в отношении ликвидируемых им банков.

В агентстве также предлагают усовершенствовать законодательство, чтобы исключить возможность влияния бывших собственников банков на процесс их банкротства.

Речь идет о принятии ключевых решений на комитете кредиторов, а также субординации требований бывших контролирующих лиц (то есть требования бывшего собственника банка могут быть отнесены в отдельную категорию).

Детально эти инициативы в документе не прописываются.

Решат ли проблему новые подходы

Переход на штатных юристов необязательно будет эффективным, полагает партнер адвокатского бюро «Кульков, Колотилов и партнеры» Олег Колотилов: «АСВ будет нужен большой штат юристов, потому что любое банкротство банка подразумевает огромный объем работы по оспариванию сделок и десятки или сотни обособленных споров. Кроме того, такие юристы не должны быть хуже внешних консультантов, что потребует значительных затрат на зарплаты».

Расширение практики привлечения инвесторов к поиску активов ограничивается привлекательностью последних, продолжает Колотилов. Кроме того, повышенное вознаграждение для инвестора «может вызвать вопросы у кредиторов», хотя мотивация у него будет выше, чем у штатного юриста.

Привлечение бенефициаров к ответственности на практике к быстрому и полному возврату средств не приводит, говорит адвокат коллегии адвокатов «Делькредере» Максим Степанчук. «Во-первых, не всегда удается установить фактических бенефициаров должника.

Во-вторых, реестр требований банка насчитывает миллиарды рублей и такого размера активов у контролирующих лиц обычно не найти», — перечисляет юрист.

Наконец, с учетом срока рассмотрения дел у недобросовестных бенефициаров достаточно времени, чтобы затруднить поиск и возврат активов, заключает эксперт.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *