Актуальные проблемы реформирования института УДО

Актуальные проблемы реформирования института УДО

Институт условно-досрочного освобождения от отбывания уголовного наказания давно нуждается в существенном преобразовании на уровне законодательных норм и положений, испытывает настоятельную потребность в специальных органах, которым государство в полной мере может поручить осуществление всеобъемлющего контроля за условно освобожденными лицами.

Проблематика условно-досрочного освобождения от отбывания уголовного наказания носит достаточно актуальный характер, обусловленный совокупностью имеющих определенный вектор направленности обстоятельств.

Согласно данным официальной статистики, условно-досрочное освобождение является одним из наиболее часто использующихся видов освобождения от отбывания уголовного наказания.

Следует обратить внимание и на тот факт, что условно-досрочное освобождение от отбывания уголовного наказания используется для досрочного освобождения лиц, подвергнутых с позиции объема карательного воздействия очень суровым уголовным наказаниям – содержанию в дисциплинарной воинской части, принудительным работам и различным срокам лишения свободы.

Основные вопросы сферы

Среди основных проблем, которые характерны в отношении практического использования уголовно-правового института условно-досрочного освобождения, можно обозначить следующие проблемы:

1) значительно усугубляют имеющие место проблемы в понимании специфики применения условно-досрочного освобождения достаточно нечетко сформулированные определения соответствующих уголовно-правовых понятий, а также отсутствие их единообразной интерпретации или практическое отсутствие в уголовном законодательстве. В частности, до сих пор не существует единообразия понятия «исправление осужденного», являющегося материальным основанием для использования на практике условно-досрочного освобождения от уголовного наказания.

Вместе с тем, законодатель так и не определил возможность применения условно-досрочного освобождения, исходя из достижения осужденным четко определенной степени исправления.

Отметим также, что ныне действующее уголовное законодательство так и не разработало единых критериальных стандартов, которые способны определить ту или иную степень исправления; данное положение приводит к возникновению серьезных проблем в практике правоприменительной направленности, необоснованно расширяет границы судебного усмотрения, провоцирует необоснованные и немотивированные злоупотребления, исходящие от администраций и руководящих должностных лиц исправительных учреждений;

2) так и не был определен на законодательном уровне орган с определенными властными полномочиями, которому было бы доверено осуществление всеобъемлющего надзора за поведением лиц, освобожденных условно-досрочным способом.

Наряду с этим, достаточно существенно снижает результативность условно-досрочного освобождения неурегулированность вопроса о последующей адаптации социального характера лиц, освобожденных из различных мест лишения свободы.

Учитывая значимость обозначенного выше вопроса, Правительство Российской Федерации уполномочило Министерство юстиции РФ, Министерство внутренних дел РФ, заинтересованные органы исполнительной власти на федеральном уровне, Генеральную прокуратуру РФ и Верховный суд РФ совместно определить наделенный специализированными полномочиями государственный орган, главной задачей которого стало бы осуществление постоянного контроля за лицами, освобожденными условно-досрочным способом от дальнейшего отбывания уголовного наказания в виде различных сроков лишения свободы.

Вышеназванные властные структуры вопрос подробно рассмотрели, однако к единому мнению так и не пришли. Правда, с точки зрения Генеральной прокуратуры РФ и МВД РФ, оптимальным решением возникшей проблемы стало бы учреждение по западному образцу и подобию службы пробации.

Однако, принимая во внимание чрезвычайно большие расходы на ее формирование, которые необходимо будет выделять из федерального бюджета, было предложено наделить функцией контроля за лицами, освобожденными условно-досрочным способом, Федеральную службу исполнения наказания (ФСИН) России (Конькова Т.Ю.

О создании специализированного органа по контролю за поведением условно-досрочно освобожденных лиц // Административное право и процесс. – 2011. – № 4. – С. 34);

3) руководствуясь принципом гуманизма, законодатель снял какие-либо ограничения на применение условно-досрочного освобождения. Вместе с тем, с учетом сложной криминогенной ситуации все чаще высказывается мнение о необходимости установления ограничений в применении условно-досрочного освобождения для отдельных категорий осужденных.

В настоящее время ст. 79 УК РФ дополнена ч. 4.1 (учет судом результатов СПЭ в отношении осужденных, совершивших преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших 14-летнего возраста при рассмотрении ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания).

Однако эту тему не обошли вниманием, и в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 г. № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» (в ред.

от 9 февраля 2012 г.) (Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. – 2009. – № 7; 2012.

– № 4) даны разъяснения судам по вопросам, возникающим у судов при применении законодательства об условно-досрочном освобождении от наказания, замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания.

В данном постановлении Пленума Верховного суда РФ рекомендовано судам при применении к осужденному условно-досрочного освобождения от отбывания наказания рассматривать предоставленную законом возможность возложения на осужденного исполнения обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ.

При этом судья вправе в соответствии с ч. 2 ст. 79 УК РФ установить как одну или несколько обязанностей, так и все обязанности, указанные в ч. 5 ст.

73 УК РФ, а также возложить иные обязанности, способствующие его исправлению (Ротанов Р.А. Институт условно-досрочного освобождения от отбывания наказания: проблемы и перспективы // Будущее науки – 2013: мат-лы Междунар.

Молодежной науч. Конф. / отв. ред. А.А. Горохов. – Курск: Юго-Западный гос. ун-т, 2013. – С. 91).

Вышеназванные обстоятельства свидетельствуют о необходимости осуществления детальных научных исследований целого ряда вопросов, связанных с научным анализом практики условно-досрочного освобождения в Российской Федерации и возможными изменениями в рамках реформы ФСИН России, ее сущностных оснований и последствий, правовым анализом судебных решений, изучением зарубежного опыта; анализом специфики адаптации лиц, вышедших по условно-досрочному освобождению, разработкой научно-методических основ совершенствования механизмов социальной адаптации бывших заключенных; разработкой научно-методической базы для совершенствования действующей системы контроля и надзора за лицами, вышедшими по условно-досрочному освобождению; с научным анализом действующей нормативно-правовой основы Российской Федерации по вопросам уголовно-исполнительной системы, изучением исторического отечественного и зарубежного опыта правоприменительной практики в данной сфере, творческим развитием научных и практических разработок российских и зарубежных исследований по рас-смотренной проблематике (Кидяев В.В. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания. Теория и проблемы правоприменительной практики в российском законодательстве // Уголовно-исполнительное право. – 2013. – № 2. – С. 54–55).

Направления развития сферы

  • В качестве возможных направлений совершенствования института условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, на наш взгляд, следует рассматривать следующие:
  • 1) Более качественная подготовка и рассмотрение вопроса об условно-досрочном освобождении осужденных, включающие в себя:
  • согласование вопроса об условно-досрочном освобождении осужденных к лишению свободы с прокуратурой по надзору за деятельностью исправительных учреждений;
  • обязательное участие прокурора в судебном заседании при решении вопроса об условно-досрочном освобождении;
  • письменное оформление указаний прокурора относительно соблюдения установленных законом правил отбывания наказания;
  • надзор за исправительным учреждением должен быть поручен ответственному сотруднику прокуратуры, проживающему в населенном пункте, где расположено исправительное учреждение, либо в непосредственной близости от него, чтобы оперативно решать возникающие вопросы.
  1. 2) Повышение эффективности контроля персонала исправительных учреждений органами прокуратуры и соблюдения прав и законных интересов осужденных:
  • ст. 44 УК РФ «Виды наказания» дополнить следующими пунктами: о) условное осуждение; п) условно-досрочное освобождение от отбывания наказания и надзор;
  • ст. 73 «Условное осуждение» и 79 «Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания» УК РФ перенести соответственно из гл. 10 «Назначение наказания» и гл. 12 «Освобождение от наказания» в гл. 9 «Понятие и цели наказания. Виды наказаний».

Верховный суд пересчитает УДО

Президиум Верховного суда рассмотрит жалобу осужденного Ильи Ерехинского, касающийся механизма условно-досрочного освобождения (УДО). Сейчас осужденные могут претендовать на УДО после того, как отбудут определенную часть срока.

Но если суд меняет лишение свободы на принудительные работы, то право на УДО «обнуляется». По мнению заявителя, период, необходимый для подачи документов на условно-досрочное освобождение, должен отсчитываться с момента приговора — и не зависеть от замены наказания.

Эта проблема может коснуться до 190 тыс. заключенных, указывают в правозащитном фонде «Русь сидящая».

Эксперты фонда подготовили по этому вопросу экспертное заключение «amicus curiae» для Верховного суда: они указывают что «обнуление» сроков не только незаконно, но и препятствует социальной адаптации осужденных.

В ноябре 2016 года Кингисеппский городской суд приговорил Илью Ерехинского к четырем с половиной годам лишения свободы за умышленное причинение тяжкого вреда здоровья, повлекшее по неосторожности смерть (ч. 4 ст. 111 УК РФ).

В 2019 году Тосненский городской суд заменил это наказание на принудительные работы — когда осужденные проживают и трудятся в специальных исправительных центрах. Вскоре после этого мужчина подал ходатайство об УДО, поскольку отбыл необходимые две трети срока.

Однако Колпинский райсуд указал, что теперь срок, необходимый для УДО, отсчитывается заново — с первого дня принудительных работ. Судьи сослались на постановление пленума ВС РФ №8 от 2009 года.

Читайте также:  Обзор практики судебной коллегии по экономическим спорам верховного суда рф за сентябрь 2017 г.

«Логика суда поставила моего подзащитного в неравное положение с другими осужденными, которым оставшийся срок лишения свободы не заменялся на принудительные работы.

Они по отбытии двух третей срока вышли на свободу»,— заявил “Ъ” адвокат Виктор Ермолаев, представляющий интересы Ильи Ерехинского. Он попытался оспорить решение в вышестоящих судах и дошел до Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда. Господин Ермолаев настаивал, что ст.

 79 УК РФ, которая регламентирует право на УДО, не содержит отдельных правил о пересчете сроков при замене наказания.

В январе 2020 года судья Верховного суда согласился с доводами адвоката и перенаправил дело в Третий кассационный суд общей юрисдикции. Там решения районного и городского судов признали незаконными; дело было направлено обратно в Колпинский райсуд. После этого в Верховный суд обратилась Генпрокуратура.

Ведомство заявило, что при замене фактически происходит назначение нового наказания — а значит, и срок не должен оставаться прежним. «Если во время замены назначается новое наказание, то получается, что постановление суда в порядке ст. 80 УК РФ может подменять собой приговор.

Это в корне неверно и противоречит Уголовному кодексу»,— уверен Виктор Ермолаев.

Тем не менее ВС встал на сторону Генпрокуратуры и признал правомерность «обнуления» срока УДО.

Судья ВС Виктор Смирнов, участвовавший в рассмотрении обращения, не согласился с коллегами.

В своем особом мнении он поддержал доводы адвоката: «В отличие от освобождения от наказания, при замене неотбытой части наказания наказанием более мягкого вида исполнение приговора суда не прекращается. Следовательно, не прекращается в этом случае и течение срока».

Судьи Верховного суда «крайне редко» выражают особое мнение в уголовной сфере, пояснил Виктор Ермолаев. Он предположил, что Виктор Смирнов высказал его из-за «очевидных неточностей» в рассуждениях коллег-судей.

По словам адвоката, к делу Ильи Ерехинского «было приковано внимание значительного числа осужденных», отбывающих принудительные работы. А решение Верховного суда привело к отказам в УДО и другим заключенным.

Это побудило адвоката подать надзорную жалобу, хотя Илья Ерехинский за время разбирательств уже воспользовался правом на «обнуленное» УДО.

Теперь точку в вопросе о сроках условно-досрочного освобождения рассмотрит президиум Верховного суда.

«Дело Ильи Ерехинского — первое в своем роде, дошедшее до Верховного суда. Однако с проблемой расчета сроков УДО уже сталкиваются осужденные в разных регионах. Поэтому очень важно, чтобы суд наконец разрешил правовой спор»,— рассказала “Ъ” юрист Фонда помощи осужденным и их семьям «Русь сидящая» Ольга Подоплелова.

Сейчас в России работают 17 исправительных центров и 70 изолированных участков, в которых находятся 5437 осужденных к принудительным работам, напомнила она. Но по статистике ФСИН, около 190 тыс. заключенных имеют основания подать ходатайство о переводе на принудительные работы.

В начале сентября «Русь сидящая» направила в президиум Верховного суда независимое экспертное заключение «amicus curiae» (лат. «друг суда»). Подобный документ — первый в практике фонда.

«Такое участие всегда предполагает, что в деле стоит важная правовая проблема, а решение по нему сформирует определенную практику, в связи с чем требуется учесть множество факторов и аргументов,— пояснила госпожа Подоплелова.— Мы представили дополнительные сведения, на которые стороны ранее не опирались в своих позициях».

Авторы доклада анализировали документы ООН, решения ЕСПЧ и рекомендации Комитета министров Совета Европы. Эксперты фонда пришли к выводу, что аннулирование сроков для УДО не соответствует международным и конституционным требованиям. Они нашли также минимум два довода против. Во-первых, замену неотбытой части наказания нельзя считать смягчением приговора.

«Принудительные работы являются одной из форм лишения свободы и сопряжены с существенными социальными ограничениями»,— отмечается в документе. Во-вторых, срок должен быть четко регламентирован в законе — и не может быть настолько долгим, чтобы обесценивать применение УДО.

«Срок реального заключения должен быть минимизирован из-за возрастающих негативных последствий социальной изоляции, и вопрос об УДО должен ставиться как можно раньше»,— отметила госпожа Подоплелова. Правозащитники подчеркивают, что принудительные работы были введены в российское законодательство как раз для «планомерной и контролируемой интеграции осужденных в общество» и затруднения с правом на УДО могут свести на нет позитивный эффект.

Дата заседания президиума ВС будет известна в течение двух месяцев.

Елизавета Ламова

Проблемы совершенствования законодательства об условно-досрочном освобождении осужденных

УДК 343.8

Юридические науки

Кустова Анастасия Анатольевна

Научный руководитель: Ефремова Н.М., преподаватель кафедры уголовного права и криминологии ВИПЭ ФСИН России.

Ключевые слова: УСЛОВНО-ДОСРОЧНОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ; УЧАСТИЕ ПОТЕРПЕВШЕГО; ОСУЖДЕННЫЕ ПОЖИЗНЕННО; КРИТЕРИИ ОСВОБОЖДЕНИЯ; CONDITIONAL EARLY RELEASE; PARTICIPATION OF THE VICTIM; CONVICTED FOR LIFE; CRITERIA FOR RELEASE.

Аннотация: В статье раскрываются проблемные моменты, связанные с оформлением ходатайства осужденных на условно-досрочное освобождение и его рассмотрением в суде. Предлагаются варианты совершенствования уголовно-исполнительного закона по разрешению участия потерпевшего в данном процессе и отрабатывается законодательный вариант системы критериев для такого освобождения в отношении осужденных пожизненно.

Каждый осужденный, приговоренный судом к отбыванию наказания в колонии, вне зависимости от тяжести совершенного им преступления и срока заключения, имеет право на условно-досрочное освобождение. Данное право предусмотрено ч. 1 ст. 79 УК РФ.

Ходатайство осужденного или его адвоката (законного представителя) подается и рассматривается судом.

В ходатайстве должны содержаться сведения, свидетельствующие о том, что для дальнейшего исправления осужденный не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, поскольку в период отбывания наказания он возместил вред (полностью или частично), причиненный преступлением, раскаялся в совершенном деянии, а также могут содержаться иные сведения, свидетельствующие об исправлении осужденного. Ходатайство об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденный подает через администрацию учреждения или органа, исполняющего наказание, в котором осужденный отбывает наказание в соответствии со статьей 81 настоящего Кодекса.

Стоит отметить, что данная статья не указывает на четкий исчерпывающий список документов, которые необходимо приложить к ходатайству, но судебная практика по данному вопросу сложилась таким образом, что для положительного решения необходимо предоставить суду как можно больше документов, свидетельствующих о том, что осужденный не представляет опасности для общества, а после выхода на свободу будет обеспечен жильем и постоянным трудоустройством. Иными словами, осужденный должен убедить суд в том, что уголовно-исполнительная система в отношении его выполнила свою основную задачу, предусмотренную ч. 1 ст. 1 УИК РФ, а именно, его исправление и предупреждение совершения им новых преступлений. Проблема условно-досрочного освобождения является достаточно дискуссионной, и многие авторы научных статей высказывают свое мнение по тем или иным ее аспектам.

Одной из причин отклонения ходатайства об условно-досрочном освобождении является несогласие потерпевших в принятии данного решения. Согласно ч. 2.1 ст.

399 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ пострадавший или его законный представитель имеет право участвовать в принятии решения о возможном условно-досрочного освобождении осужденного.

При этом норма допускает принятие решения об условно-досрочном освобождении без жертвы преступления только в том случае, если потерпевший был заранее извещен о судебном заседании.

Наличие требования об извещении жертвы преступления приводит к некой неопределенности в деятельности судов ввиду того, что потерпевшим может оказаться иностранец либо лицо без гражданства. Также возможны ситуации переезда либо смены контактных данных потерпевшим, что вызывает отсутствие в материалах дела сведений о месте жительства потерпевших.

По мнению В.С.

Карпова, весьма логичным было бы довести дело до логического завершения: прямо закрепить в тексте закона право потерпевшего возражать против удовлетворения ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении, поскольку именно потерпевший, как никто другой, заинтересован в исправлении осужденного и восстановлении социальной справедливости[1]. К.И.

Сэндуляк имеет на этот счет противоположное мнение. Она полагает, что введение данной нормы, которая позволяет потерпевшим принимать участие в судебных процессах об УДО или смягчении наказания осужденного может нарушить права заключенного, существенно увеличить сроки рассмотрения ходатайств об УДО, а также увеличить коррупцию в данной сфере[2].

Полагаем, что данная позиция требует уточнения в законе. В соответствии со ст. 172.

1 УИК РФ «Уведомление потерпевшего или его законного представителя», при досрочном освобождении осужденного администрация учреждения, исполняющего наказание, должна направить об этом соответствующее уведомление потерпевшему или его законному представителю лишь в день освобождения – при наличии в личном деле осужденного копии постановления или определения суда об этом уведомлении. Получается, что администрация учреждения при сборе материалов на условно-досрочное освобождение осужденного не располагает мнением потерпевшего или его законных представителей по указанному вопросу. А это является важным. Одной из наиболее острых проблем удовлетворения судом ходатайства об УДО – это отсутствие у осужденных возможности погасить причиненный ущерб. При решении этого вопроса об УДО, по мнению А.Ш. Аккулева[3], отрицательное мнение потерпевшего необходимо учитывать в свете того, имел ли осужденный в период отбывания наказания фактическую возможность возместить ущерб потерпевшему. Для этого администрации ИУ не сложно представить суду справки о заработанных осужденным деньгах в период отбывания им наказания, разъяснить потерпевшему или его законному представителю ситуацию с возможностью организации погашения его гражданского иска, а также предварительно разрешить вопрос с потерпевшим о том, имеет ли он имущественные претензии к освобождаемому. В связи с этим ч.1 ст. 172.1 УИК РФ необходимо дополнить положением о предоставлении администрации учреждения, исполняющего наказание, права уведомлять потерпевшего или законного представителя о сборе материалов на предстоящее условно-досрочное освобождение осужденного. Такая практика значительно облегчит последующую работу суда по разрешению ситуации условно-досрочного освобождения.

В сложившейся практике применения условно-досрочного освобождения остро стоит вопрос о досрочном освобождении осужденных к пожизненному лишению свободы.

Читайте также:  Проверка правомерности наложения дисциплинарных взысканий, предшествующих увольнению

По мнению А. Н. Баламута и В. М.

Позднякова, в рамках анализа положительного пенитенциарного опыта следует особо отметить, что «оценка готовности осужденных с пожизненными сроками отбывания наказания к освобождению должна базироваться сразу на двух критериях: внутреннем, связанном с позитивной просоциальной трансформацией личности самого пожизненника, и внешнем, обусловленном предрасположенностью общества простить и принять человека, отбывающего пожизненное лишение свободы, обратно в социум» [4]. Первый из указанных критериев требует готовности осужденного пожизненно к просоциально-продуктивному образу жизни.

Не менее важен и внешний критерий, обусловленный предрасположенностью общества простить и принять человека, отбывающего пожизненное лишение свободы, обратно в социум. Полагаем, что его содержание наиболее полно отражено А.Н. Баламутом и В.М. Поздняковым.

По их мнению, оно должно включать оценку следующих факторов риска освобождения: 1) социального (отсутствие образования, семьи (родственников), жилья, профессиональной квалификации; наличие признаков социальной дезадаптации); 2) криминологического (наличие криминальных наклонностей; категоризация преступлений: насильственные, сексуальные и т. д.

); 3) медицинского (наличие аномалий психики, невротических расстройств, социально значимых заболеваний, травм, алкогольной, наркотической аддикций); 4) психологического (наличие трудностей в общении (деструктивных коммуникативных установок, взглядов, позиций), эмоционального неблагополучия (депрессивные состояния, фобии), отсутствие мотивации к работе над своим противоправным поведением, стремления к условно-досрочному освобождению, духовных ориентиров)[4]. Полагаем, что содержание указанных критериев, внутреннего и внешнего, необходимо внести в качестве дополнения к п. «в» ст. 172 УИК РФ «Основания освобождения от отбывания наказания», что позволит администрации учреждений организовать наиболее полный и дифференцированный подход к разрешению вопроса об условно-досрочном освобождении лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы.

Список литературы

  1. Карпов В.С. Некоторые проблемы применения условно-досрочного освобождения от наказания // Вестник ИрГТУ. 2014. № 4 (87). С. 23-26.
  2. Сэндуляк К.И. Потерпевший в разрешении вопросов об условно-досрочном освобождении:уголовно-процессуальные аспекты. // Вестник Удмуртского университета. 2014. С. 182- 186.
  3. См.: Аккулев А.Ш. Проблемы правоприменения института условно-досрочного освобождения по законодательству Казахстана // Молодой ученый. 2011. № 3, Т. 2. С. 49- 51.
  4. Баламут А.Н., Поздняков В.М. Об ориентирах в оценке степени психологической готовности осужденных с пожизненными сроками отбывания наказания к освобождению. // Вестник ВИПЭ ФСИН. 2018. С. 123- 127.

Проблемы условно-досрочного освобождения в России

Ни одно современное
государство не может не бороться с преступностью, с той или иной степенью
жестокости пресекая нарушения законов, справедливо карая виновных.

Лишение
свободы – самое распространённое в России уголовное наказание. В тюрьмах и
колониях находится более полумиллиона человек.

Крайне важно, чтобы посадки не
были самоцелью, ведь в таком виде исправление преступников не работает.

Государство должно помнить о
том, что в какой-то момент осуждённый вернётся в общество, и именно его
возвращение – главная цель исправительного воздействия.

То, каким и когда
освободится человек, должно в первую очередь зависеть от его собственного
желания и стремления исправиться, а задача уголовно-исполнительной системы –
лишь обеспечить условия для исправления и надзор.

Только в этом случае
уголовное наказание в виде лишения свободы можно считать исправительным
воздействием, а не наказанием ради наказания, то есть пыткой.

Такие институты, как
условно-досрочное освобождение (УДО) и замена неотбытой части наказания более
мягким видом (ЗНБМ), безусловно являются значимыми механизмами ресоциализации
осуждённых. Благодаря этим мерам человек может освободиться из тюрьмы раньше
назначенного судом срока – в большей степени сохранить полезные социальные
связи, легче и быстрее интегрироваться в нормальную жизнь.

Европейские принципы гуманизма
базируются на понимании того, что наказание должно не приводить к мучениям и
страданиям, а лишь направлять человека в сторону его исправления, задавать
правильные векторы, придавать динамику.

Задача уголовно-исполнительной системы –
не только изъять опасного человека из общества, но и сняв признаки общественной
опасности, вернуть его обратно. Зачастую, российская система исполнения
наказаний с этой задачей справиться не способна.

Беда в том, что это именно
система исполнения наказаний, а не настоящая исправительная система.

Природа условно-досрочного освобождения

Природа условно-досрочного
освобождения не так проста, как может показаться на первый взгляд. Это довольно
сложный и комплексный институт уголовного и уголовно-исполнительного
права.  Его суть – в предоставлении
человеку возможности исправляться лучше, чем предполагалось судом на этапе
вынесения приговора.

Судья назначает наказание исходя из требований уголовного
кодекса – на основе «средней температуры по больнице». Законодатели решили, что
совершившего такое-то преступление можно исправить за год, а такое – только за
три.

При этом сам осуждённый может доказать своё исправление и раньше – в этом
случае он имеет право подать ходатайство об условно-досрочном освобождении или
смягчении неотбытой части наказания.

Практически, УДО и ЗНБМ – это «задачи
максимум» для уголовно-исполнительной системы. Осуждённого за преступление
средней тяжести человека хорошо бы исправить за треть назначенного судом срока
наказания – если это удастся, суд выпустит его по УДО.

Если исправить человека
не получится, но будет очевидной положительная динамика исправления – можно смягчить
наказание, придав дополнительные стимулы к дальнейшему исправлению (например,
перевести человека в облегчённые условия содержания или колонию более мягкого
режима).

Если же система отработает плохо, придётся смириться с «программой
минимум» — осуждённый проведёт в тюрьме весь назначенный срок, выйдет «по
звонку».

Несмотря на то, что в
значительной степени вероятность выхода по УДО зависит от осуждённого
(поведения, отношения к труду, заглаживания вины и так далее), нельзя
недооценивать и влияние на этот фактор исправительной системы.

Косвенным
доказательством этого утверждения служит то, что есть прямая связь между
вероятностью рецидива преступления и временем освобождения.

Практически, чем
раньше человек освобождается из колонии, тем ниже вероятность совершения им
новых преступлений, а подавляющее число рецидивистов – отсидели предыдущий срок
полностью.

К сожалению, проблема не
только в осуждённом, но и в системе. Если она не справилась с исправлением, человек
выйдет на свободу, так и не утратив признака общественной опасности.

Получается,
что пойманного волка попросту выпускают обратно в загон с овцами. Это настолько
очевидно, что в некоторых странах срок лишения свободы можно продлить.

В
российской правовой системе такая возможность не предусмотрена.

Основания для
условно-досрочного освобождения

Принимая решение об УДО
осуждённого, суд обращает внимание на его отношение к содеянному, поведение в
учреждениях ФСИН, подход к работе и учёбе, действия по заглаживанию
причинённого преступлением вреда, а также наличию социально-экономических
факторов, необходимых для успешной ресоциализации. Считается, что условно-досрочное
освобождение является сегодня одним из наиболее значительных факторов, стимулирующих
правопослушное поведение осуждённого и обеспечивающих его положительное
отношение к воспитательному воздействию.

Перечисленные снования служат
формальным подтверждением того, что освободившись из тюрьмы условно-досрочно,
гражданин будет работать, честно исполнять возложенные на него судом
обязанности и соблюдать общественный порядок, а также не совершит новых
преступлений.

Важно понимать при этом, что УДО – это не окончание наказания, а
именно смягчение, так как после своего освобождения осуждённый продолжает
исправляться и находиться под контролем уголовно-исполнительной инспекции.

В
зависимости от индивидуальных особенностей человека, суд назначает те или иные
ограничения – те самые условия, которые добавляют к досрочному освобождению
букву «У».

Задача суда при вынесении
постановления об УДО – убедиться в том, что для своего исправления осуждённый не
нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания. Эксперты ZNBM.ru считают,
что перечень критериев исправления, содержащийся в российском законодательстве,
требует значительной доработки и переосмысления.

Когда можно подаваться на УДО?

Крайне важным является
развитие дифференциации срока наступления самой возможности обращения с
ходатайством об условно-досрочном освобождении. Сейчас разделение крайне грубо
и зависит от тяжести преступления.

Читайте также:  Когда к работнику утрачено доверие

Осуждённые за преступления небольшой
или средней тяжести имеют право освободиться условно-досрочно, фактически отбыв
треть срока, тяжкие преступления – половину срока, особо тяжкие преступления –
две трети срока.

Наркоманы подают ходатайства, отбыв три четверти срока, а педофилы
– и вовсе после четырёх пятых наказания.

Могут обратиться с ходатайством об
условно-досрочном освобождении и те, кто осуждён к пожизненному лишению свободы
– для них это право наступает через 25 лет.

Текущая дифференциация видится
не очень справедливой. Давайте предположим, что у нас есть двое осуждённых. Оба
получили полтора года колонии-поселения, один – за хранение небольшой дозы
наркотиков, второй – за кражу. «Наркоман» сможет податься на УДО только через
14 месяцев, а вор – уже через 6. При этом кража является умышленным
преступление, а хранение «плюшки» для себя – не совсем.

Эксперты ZNBM.ru уверены
в необходимости более сложной системы критериев возникновения права на условно-досрочного
освобождения.

В том числе важно научиться и оценивать степень участия в
собственном исправлении и самого осуждённого.

Например, работающий человек
должен получать возможность подать ходатайство об УДО раньше, чем
отказывающийся от работы, выплачивающий иск – раньше, чем игнорирующий
обязанность возместить вред.

Дифференцированный подход
позволил бы выпускать из тюрьмы раньше тех, кто исправляется быстрее, что в
итоге сократило бы количество рецидивов. Ведь ни для кого не секрет, что лишение
свободы оказывает на человека не только исправительное воздействие, но и значительное
негативное влияние.

Ценности и приоритеты преступной микросреды могут привиться
в неволе даже людям, не разделявшим их до погружения в эту среду.

Некоторые
специалисты (например, г-н Красковский из Пензенского государственного
университета) даже высказывают время от времени крамольные мнения о
целесообразности введения запретов условно-досрочного освобождения для
некоторых категорий осуждённых.

Правовая неопределённость института
УДО

Сегодня условно-досрочное
освобождение регулируется нормами и Уголовного, и Уголовно-исполнительного кодексов.
Мы считаем, что система критериев условно-досрочного освобождения должны
полностью содержаться в УК РФ, а из УИК быть исключены.

Переосмысления требует и
процессуальная составляющая. Сейчас решения об условно-досрочном освобождении
принимаются судами в рамках производства об исполнении приговора. При этом судьи
находятся в значительной зависимости от данных, предоставляемых учреждением уголовно-исполнительной
системы, то есть о том, как человек исправляется суду сообщает тот, кто должен
его исправлять.

 Осуждённый при этом, как правило, оказывается в
ситуации, когда он сам во всём виноват. Это не начальник отряда проводит
воспитательные мероприятия бездарно, а осуждённые не делают должных выводов.

Это не сотрудник колонии докопался до неровно висящей прикроватной таблички, а
осуждённый нарушил правила внутреннего распорядка.

Это не учреждение не
обеспечило осуждённого рабочими местами, а он сам не трудоустроен.

Вот и получается, что с одной
стороны, судья не ограничен практически никакими рамками при принятии решения
об условно-досрочном освобождении, а с другой – значительно ограничен в возможности
получения объективных сведений о реальной специфике исправления конкретного
осуждённого.

Ходатайства об УДО
рассматриваются неправильно

Уголовно-процессуальный кодекс
предписывает рассматривать ходатайства об УДО и ЗНБМ в рамках рассмотрения вопросов
об исполнении приговора. В таких заседаниях нет не только состязательности
сторон, но, как бы, и самих сторон нет. В текущей правовой системе осуждённый
обращается с ходатайством, а суд – рассматривает материалы и выносит решение в
форме постановления.

При этом фактически состязательность всё же присутствует – мнения учреждения и прокурора часто оказываются решающими для суда (особенно, если они считают, что человек не достоин УДО).

Ещё больше состязательности появилось с появлением права участвовать в таких заседаниях потерпевших (мы недавно уже поднимали этот вопрос).

По закону, условно-досрочное освобождение является законным интересом осуждённого, и все перечисленные факторы состязательности действуют против этого интереса.

Если бы суды по УДО были действительно
состязательными (например, прокуратура выступала против условно-досрочного
освобождения, а осуждённый при поддержке адвоката – доказывал бы своё
исправление), справедливости в таком процессе было бы больше.

Для этого нужно
наделить осуждённого и его защитника возможностями собирать доказательства, сейчас
практически все материалы готовит учреждение, т.е. ФСИН оказывает решающее
влияние не на то, как человек в действительности исправляется, а на то, как это
выглядит в суде.

Кому поверит суд – в преступнику или полицейскому? К
сожалению, ответ на этот вопрос довольно очевиден.

Проблема и в том, что рассмотрение материалов по УДО и ЗНБМ – дополнительная нагрузка для районных судей, отвлекающая их от гораздо более важной и сложной работы, от рассмотрения уголовных дел.

Вместо того, чтобы заниматься правосудием, судьи вынуждены проводить огромное количество времени, разбираясь с теми, кто уже осуждён и никуда не денется. У судей нет никакой мотивации смягчать уже назначенные наказания.

Мы даже нашли судью, которая за всю свою карьеру не удовлетворила ни одного ходатайства о замене неотбытой части наказания более мягким его видом. Неужели ей попадались только те, кто плохо исправляется? Навряд ли.

Ходатайства об УДО могли бы
рассматривать специальные комиссии уголовно-исполнительной инспекции или
отдельные пенитенциарные суды, но обязательно в отдельном, открытом и
состязательном заседании, личное участие в котором было бы обязательным для
осуждённого, адвоката и прокурора.

К слову, сами колонии
действительно проводят заседания комиссий по УДО, в рамках которых принимаются
решения о том, будет ли учреждение поддерживать ходатайство того или иного
осуждённого.

Вполне можно было бы привлекать к участию в таких комиссиях
общественность, адвокатов, а может и судей.

Всё это позволило бы дать суду
больше объективных фактов для всестороннего рассмотрения вопроса о
целесообразности условно-досрочного освобождения человека от наказания,
связанного с лишением свободы.

Главная проблема УДО

На наш взгляд, одной из главных проблем УДО является то, что большинство людей считают эту меру освобождением от наказания, т.е. прекращением исправительного воздействия. Якобы, человека отпустили из колонии – и на этом всё.

Так думают и сотрудники УИС, и адвокаты, и даже судьи.

На самом же деле, уместно рассматривать институт условно-досрочного освобождения как смягчение наказания – как предоставление человеку дополнительных возможностей для исправления и скорейшей социализации.

Нельзя забывать о том, что речь идёт не о досрочном освобождении, а именно об УСЛОВНО-досрочном. Задача УИС, суда и общества так подобрать условия досрочного освобождения из МЛС, чтобы человек самостоятельно продолжил двигаться по пути исправления наиболее эффективно. Именно такие цели должны ставить перед собой наши государство и общество.

Магистерские диссертации, дипломные и курсовые работы, по праву. Консультационные услуги

Свяжитесь с нами:

ICQ: 197839245
e-mail: justicemaker@yandex.ru

ПОДБОР ЛИТЕРАТУРЫ, НОРМАТИВНЫХ АКТОВ И СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ. ПРОВЕРКА НА СООТВЕТСТВИЕ ДЕЙСТВУЮЩЕМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ. ИНЫЕ КОНСУЛЬТАЦИОННЫЕ УСЛУГИ.

На нашем сайте Вы можете заказать консультативную помощь в подготовке студенческих работ по праву (юриспруденции). 

Консультативные услуги выполняются специалистами с высшим юридическим образованием, имеющими опыт научной и практической работы.

Внимание! Мы не продаем готовые работы, а оказываем консультационные услуги в данной сфере.

Наши преимущества:

  • консультации по подбору темы работы (бесплатно);
  • бесплатные консультации по составлению плана работы;
  • строгая специализация — консультации по подготовке работы оказываются лицами, имеющими, как минимум, высшее юридическое образование (мы оказываем консультационные услуги только по работам по праву).
  • проверка работы на соответствии действующему законодательству;
  • подбор новейших литературных источников и новейшей судебной практики;
  • полное сопровождение до защиты работы;
  • гарантийные обязательства.

При оказании наших услуг используются регулярно обновляемые справочные правовые системы «Гарант» и «Консультант Плюс», что позволяет учитывать самые последние вступившие в силу изменения законодательства, а также законопроекты, планируемые к принятию Государственной Думой в ближайшее время.

                                           

Имеющаяся в нашем распоряжении как обычная, так и обширная электронная библиотека, позволяет нам использовать как классические труды отечественных и зарубежных ученых-правоведов, так и научные работы, учебники, комментарии, монографии и статьи, вышедшие в самое последнее время. Как правило, обязательным требованием для магистерских диссертаций, дипломных и курсовых работ по праву является наличие в них использованных источников выпущенных в текущем году.

  • На оказание наших услуг даются гарантии.
  • Мы оперативно обрабатываем заказ и стараемся как можно быстрее помочь Вам.
  • Мы оказываем консультации по следующим видам работ:

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *